Узнав, что Цинь Ваньжу собирается приехать, великая княгиня Жуйань специально послала няню Гао встретить её у ворот.

Войдя в главный зал, Цинь Ваньжу почтительно поприветствовала великую княгиню Жуйань, а затем быстро отошла в сторону и указала на человека позади себя. Она спросила великую княгиню Жуйань:

– Ваше Высочество, вы помните этого человека?

Великая княгиня Жуйань, старшая принцесса правящей династии, подняла глаза и, нахмурившись, посмотрела на мужчину среднего возраста. После стольких лет она узнала его не сразу. Она несколько раз окинула его взглядом с головы до ног и покачала головой.

Няня Гао, стоявшая в стороне, была взволнована и не могла сдержать дрожь, когда потрясённо воскликнула:

– Ты… Ты ведь Шао Хуай?

Отец Цюйлэ, Шао Хуай, опустился на колени перед Великой княгиней Жуйань и взволнованно обратился к няне Гао:

– Да, я Шао Хуай. Няня Гао, ты всё ещё меня не забыла!

– Шао Хуай? – повторила великая княгине Жуйань, вспомнив это имя, и внезапно изменилась в лице. Она тут же встала и в несколько шагов подошла к Шао Хуаю. Она внимательно вгляделась в его лицо. – Ты… Ты тот самый Шао Хуай, который служил наследнику Син?

– Да, Ваше Высочество, это я. Я – тот самый Шао Хуай. Я много лет искал нашего наследника и никогда не сдавался!

Шао Хуай расплакался. Столько лет он скитался и всегда верил, что сможет вернуть своего господина домой. Теперь, когда он узнал, что наследник умер, он не мог не чувствовать себя подавленным и отчаявшимся.

Он был слугой наследника герцога Син и служил ему с малых лет. Он всегда был верен наследнику, и это было одной из важных причин, по которой старый герцог Син отправил его за своим старшим сыном.

– Ты… Ты нашёл его? – Великая княгиня Жуйань с трудом сдерживала слёзы и говорила дрожащим голосом, глядя на него с большими надеждами.

– Великая княгиня, Ваше Высочество, я не могу найти… найти... Он умер... давно умер, ещё во время того восстания... – Шао Хуай рыдал, размазывая слёзы по щеках.

Великая княгиня Жуйань, гордая принцесса, задрожала всем телом и чуть не упала. Няня Гао подхватила её и взяла за руку, всхлипывая:

– Ваше Высочество, Ваше Высочество, не переживайте так… Мы догадывались… Мы давно догадывались…

На самом деле, после стольких лет отсутствия новостей все решили, что бывший наследник герцога Син не мог выжить. Но это были лишь догадки. Услышав столь достоверную новость, Великая княгиня Жуйань почувствовала, как сильно забилось её сердце.

Она, седовласая женщина, всегда теряла черноволосых людей. В молодости она потеряла мужа. А в зрелом возрасте – единственную дочь, и теперь у неё остался только маленький внук, которого она силой вырвала из лап особняка герцога Син. Она вспомнила, что сказал Хао’эр по возвращении – если бы его отец всё ещё был в особняке герцога Син, разве могло бы такое случиться?

Старуха из особняка герцога Син так сильно её ненавидела, что даже хотела избавиться от единственного ребёнка её дочери, от Хао’эра, собственного внука? Она действительно стремилась, чтобы из семьи её первого сына, бывшего наследника из особняка герцога Син, больше никого не осталось?

Увидев, что Старшей принцессе Жуйань так невыносимо больно, Шао Хуай поспешил утешить её:

– Ваше Высочество, послушайте, я нашёл юную леди!

– Малышка... Её дочка? – Великая княгиня Жуйань успокоилась и наконец смогла стоять прямо. Затем она поспешно спросила: – Где, где она?

На протяжении многих лет Великая княгиня Жуйань тоже отправляла людей на её поиски. Она всегда думала, что они живы или, по крайней мере, жива девочка.

– Ваше Высочество, это юная леди, которую наш наследник доверил перед смертью генералу Цинь. – Шао Хуай перевёл взгляд на Цинь Ваньжу. – До сих пор её растил генерал армии Нинъюань.

– Вторая леди Цинь? – Великая княгиня Жуйань пристально посмотрела на девочку.

Няня Гао помогла ей сесть.

Великая княгиня Жуйань, помолчала и махнула рукой Цинь Ваньжу.

– Подойди!

Цинь Ваньжу кивнула и медленно подошла к ней. Когда она оказалась перед Великой княгиней Жуйань и уже собиралась поклониться, та внезапно схватила её за руку и пристально уставилась ей в лицо. Её глаза внезапно наполнились слезами.

– Ваше Высочество, эти глаза действительно похожи на глаза нашей княжны! – со слезами сказала няня Гао, глядя на Цинь Ваньжу.

– Как так получилось? – спросила Великая княгиня Жуйань. Её глаза слегка дрожали от волнения и печали.

– Ваше Высочество, это моё. Мне сказали, что изначально меня забрала с собой моя мама, но нас разлучили мятежники. Моя мама исчезла, а отец нашёл меня и передал на попечение старой мадам Цинь. В то время у меня на шее висела печать! – Цинь Ваньжу взяла из рук Юйцзе маленькую коробочку и открыла её. Внутри была печать с бело-голубым посконником.

– Это, это Хуа'эр… – Увидев знакомую печать, Великая княгиня Жуйань не смогла сдержать слёз. Слёзы капали одна за другой, и она взяла коробочку дрожащими руками. В этот момент она была не принцессой с высоким статусом, а горюющей матерью, потерявшей дочь.

Цинь Ваньжу вложила маленькую коробочку в руки Великой княгини Жуйань, и её глаза наполнились слезами. Она прикусила губу и подавила печаль в своём сердце, заставив себя улыбнуться.

– Ваше Высочество, пожалуйста, взгляните!

Великая княгиня Жуйань держала в руках печать и рассматривала её. Чем дольше она смотрела на неё, тем больше слёз выступало у неё на глазах, застилая взор. Как она могла не узнать эту печать? Это была печать её дочери, которую вырезал для неё покойный муж. Она так дорожила ею, что всегда носила с собой.

Если бы люди писали или рисовали, они бы оставляли отметку на своих работах. Поэтому она наверняка использовала бы эту печать, чтобы ставить отметку на своих работах.

– Ваше Высочество, это действительно печать княжны Цинхуа. Видите… вот. Маленький уголок откололся, потому что наша княжна случайно уронила печать, когда была маленькой! – Когда няня Гао сказала это, ей стало очень грустно. Она заплакала и указала на маленький щербатый уголок.

Цинь Ваньжу взглянула на него. На печати действительно не хватало небольшого уголка. Она видела это раньше, но не придала значения. Она даже не подумала, что печать уронила её мама, когда была ребёнком.

– Это печать Цинхуа! Осталось ли… что-то ещё? – Великая княгиня Жуйань подняла голову и спросила Цинь Ваньжу, выжидающе глядя на неё.

– Со мной ещё была глазурованная лампа Фэнхуа! – подумав, сказала Цинь Ваньжу, кусая губы.

– Где! Скорее! Принеси её и дай мне посмотреть! – взволнованно вскрикнула Великая княгиня Жуйань.

– Эта лампа Фэнхуа сейчас находится у Великого князя Чэнь. Когда я была в Цзянчжоу, Великий князь Чэнь сказал, что ищет глазурованную лампу Фэнхуа. Он слышал, что такая есть в нашем особняке, и позже она попала к нему в руки, – уклончиво ответила Цинь Ваньжу.

Великая княгиня Жуйань была в восторге и протянула руку, чтобы притянуть к себе Цинь Ваньжу. В то же время она дала поручение няне Гао:

– Иди, отправь гонца в особняк принца Чэня и принеси сюда ту лампу Фэнхуа!

– Хорошо, Ваше Высочество, я немедленно отправлю слугу в особняк принца Чэня! – сказала няня Гао и собралась уходить.

Но её остановили слова Цинь Ваньжу:

– Ваше Высочество, Его Высочество Великий князь Чэнь сейчас во дворце. Боюсь, его нет в особняке. Даже если вы отправите человека в его особняк, вы всё равно не сможете его найти.

Её слова напомнили великой княгине Жуйань о покушении на принцев. Она смахнула слёзы и кивнула, приказав няне Гао найти Чу Лючэня через несколько дней. До этого момента Великая княгиня Жуйань решила считать, что Цинь Ваньжу – её внучка.

Раз глазурованная лампа Фэнхуа оказалась в руках Чу Лючэня, значит, она существует. Чу Лючэнь был не из тех, кого можно обмануть. Если бы девочка посмела солгать, не только она, но и Чу Лючэнь не простили бы её.

– Ваньжу, на твою долю выпало много горечи. Скорее, дай бабушке взглянуть на тебя, дай бабушке как следует тебя рассмотреть! – Великая княгиня Жуйань посмотрела в прекрасные глаза Цинь Ваньжу и вдруг не смогла сдержать слёз. Она тут же обняла девочку и горько зарыдала.

В этот момент Ваньжу тоже не могла сдержать чувств, и слёзы потекли по её щекам. После двух жизней она наконец-то обрела семью. От такого чувства любви, даже если она знала об этом заранее, ей хотелось плакать.

Они чуть не разрыдалась от нахлынувших эмоций.

Няня Гао и Шао Хуай поспешно кинулись к ним и наконец смогли усадить и успокоить.

Цинь Ваньжу сидела рядом с Великой княгиней Жуйань, которая крепко сжимала её руку. Увидев слёзы на детском личике Цинь Ваньжу, Великая княгиня Жуйань, которая всегда была очень сильной, снова чуть не разрыдалась.

Её внучка, которая была не только кровной родственницей герцога Син, но и представительницей царской семьи, потерялась в Цзянчжоу и даже считала себя дочерью чужих людей.

Она и раньше обращала внимание на Цинь Ваньжу, зная, что та не была дочерью мадам Ди, а злобная мадам Ди хотела разрушить её репутацию или даже убить. Эта женщина даже подослала человека, чтобы тот похитил Цинь Ваньжу, когда та была в монастыре Цзиньсинь. Бедную девочку собиралась опоить и продать.

Услышав эту историю, Великая княгиня Жуйань захотела отомстить за Цинь Ваньжу, но няня Гао остановила её, сказав, что это неразумно. Хотя Великая княгиня Жуйань была очень знатной, она не могла влезать в дела чужой семьи по своему желанию. Ей не следовало вмешиваться.

Теперь, когда Цинь Ваньжу оказалась её внучкой, она снова вспомнила об этом.

Сердце Великой княгини Жуйань сжалось, и ей нестерпимо захотелось влепить пощёчину мадам Ди.

– Ваше Высочество... – Цинь Ваньжу прикусила губу, вытерла слёзы и несмело заговорила.

Няня Гао с улыбкой перебила её и напомнила:

– Барышня, почему вы до сих пор так официально называете Великую княгиню? Она же ваша бабушка! Наша принцесса с нетерпением ждёт от вас рассказа о вашей жизни. Она столько лет не переставала искать вас!

Великая княгиня Жуйань, старшая принцесса царской семьи, выжидающе посмотрела на неё.

– Бабушка! – тихо произнесла Цинь Ваньжу. Когда она сказала вслух это слово, на неё нахлынула новая волна чувств, и она не смогла сдержать слёз.

Великая княгиня Жуйань тоже была охвачена волнением. Это «бабушка», услышанное от Цинь Ваньжу, снова заставило её плакать от боли в сердце.

Прошло много времени, прежде чем они немного успокоились и перестали плакать.

Великая княгиня Жуйань вытерла слёзы и сердито сказала:

– Ваньжу, после того как ты официально поклонишься своим предкам, тебе не нужно будет жить в особняке герцога Син. Поскольку эта старая мадам недолюбливает тебя и Хао’эра, вы можете жить со мной. И тебе не нужно будет носить фамилию Шао, просто возьми мою фамилию. Чу – фамилия царской семьи. Кто потом посмеет тебя обижать!

И её собственная дочь, и зять попали в беду из-за старой герцогини Син. Она очень любила свою племянницу, поэтому обращалась с Цинхуа как со служанкой. Она даже не принимала во внимание высокое происхождение Цинхуа и свой собственный подчинённый статус.

Всякий раз, когда Великая княгиня Жуйань думала об этом, её сердце сжималось от боли за дочь. Она с огромным трудом вырастила свою дочь, но та подвергалась таким мучениям со стороны семьи мужа. В конце концов ей с мужем даже пришлось сбежать на край света. Трагедия её семьи произошла из-за этой злобной старухи.

– Бабушка, называйте меня просто Чжо-Чжо. Сколько себя помню, моя бабушка из особняка Цинь всегда так меня называла! – тихо сказала Цинь Ваньжу.

– Что?!!

Руки Великой княгини Жуйань задрожали, и чашка с чаем, стоявшая на столе, упала на пол и разлетелась вдребезги…