Трапеза имела четкую цель.

Любимое место светских львиц и знаменитостей, оживленное субботнее обеденное время. Стол, установленный в таком положении, чтобы глаза были сфокусированы.

Мелкий трюк был разгадан с первого взгляда, но Бастиан с готовностью стал марионеткой для двух свах. В любом случае, пришло время показать Одетте, что он увидит ее снова в ближайшем будущем. Благодаря этому он легко получил такую возможность, так что причин отказываться не было.

Несчастный случай, совершенный принцессой, был каким-то образом улажен, но слухи с каждым днем распространялись все активнее. Предположение о том, что рано или поздно трагедия предшественника повторится, набирало силу. Было также немало дураков, которые всерьез опасались, что их союз с Беллофом будет разорван из-за искаженного национального брака.

— Апрель - такой дикий месяц. Зима снова наступает, когда цветы в полном расцвете.

Адмирал Демель, который с энтузиазмом похвалил хорошо подобранную пару, тихо сменил тему.

— Жаль, если игру придется отложить из-за погоды.

Демель, переглянувшийся со старой графиней, вздохнул с внезапно посерьезневшим лицом.

Осознавая их цель, Бастиан присоединился к игре, спокойно наблюдая. Как и ожидалось, следующей была дуэнья леди Одетты, графиня Трирская.

— Похоже, происходит какое-то важное событие.

— Ах, да. Товарищеский матч по поло между военно-морскими силами и армией состоится в следующие выходные. Это значимое мероприятие, проводимое каждый год для укрепления гармонии между двумя силами.

Адмирал Демель быстро дал ответ, будто ждал этой возможности.

— Понимаю. Я помню, что слышала об этом. Капитан тоже участвует в игре?

Графиня Трирская, естественно, спросила Бастиана.

— Да, графиня.

Понимая намерения двух свах, Бастиан дал соответствующий ответ. Одетта, которая до этого молча ела, только тогда подняла взгляд. Несмотря на усердное многократное пережевывание и проглатывание, на ее тарелке все еще оставалось много еды.

— На самом деле, капитан Клаусвиц - лучший игрок в Адмиралтействе. За исключением периода, когда он выступал за океаном, он каждый год выходил в стартовом составе и показывал хорошие результаты.

— В самом деле? Тогда он был хорош не только на поле боя.

— Конечно. Будь то на поле боя или на арене, он является бесспорным героем. Он обладает превосходными боевыми искусствами и находчивостью, поэтому я могу гарантировать, что день, когда он будет командовать флотом, не за горами.

Голос адмирала Демеля, откровенно восхвалявшего Бастиана, становился все громче и громче, но Одетта не проявляла никаких эмоций. Единственный раз, когда что-то, что можно было бы назвать эмоциями, промелькнуло на ее спокойном лице, это когда она осторожно опустила взгляд в свою тарелку.

С озабоченным выражением лица разглядывая оставшуюся еду, Одетта тихо вздохнула и снова подняла взгляд. Увидев, как переставлены столовые приборы, она, казалось, решила, что доесть невозможно.

— Я говорю это не потому, что он мой лейтенант, он действительно хороший солдат, который является ничем иным, как сокровищем военно-морского флота, — закончил адмирал Демель свою длинную речь с уверенной улыбкой. Не осознавая, что сокровище военно-морского флота уступило блюду из морского окуня, которое он собирался съесть.

— Теперь, когда у него будет хорошая жена, жизнь капитана будет идеальной. В двадцать шесть лет самое время обзавестись семьей.

Графиня Трирская посмотрела на Бастиана прищуренными глазами, словно сонная кошка. Это было вопиющее проявление ее холодных истинных чувств.

— Конечно, графиня.

Ха-ха, адмирал Демель, который неловко рассмеялся, добавил нотку сочувствия, задержавшись на мгновение.

— Если у вас нет предварительной договоренности, как насчет того, чтобы посмотреть матч по поло, леди Одетта? Уверяю тебя, это будет хорошее времяпрепровождение.

Адмирал Демель, стоявший лицом к лицу с Одеттой, выполнил свой долг, отдавая приказы под видом допроса. Если бы он не был в состоянии следовать воле императора, он никогда бы не согласился на это сватовство.

Каким бы великим происхождением и красотой она не обладала, в конце концов, в ней не было ничего существенного. Она была бесполезной невестой для Бастиана, который должен был использовать этот брак как возможность сделать рывок вперед. Другими словами, это также означало, что леди обладала богатством всей своей жизни.

— Если меня пригласят, я с радостью приду.

В тот момент, когда на сердце адмирала уже почти стало тяжело, поскольку ему пришлось пожертвовать своими любимыми подчиненными, чтобы быть верным империи, Одетта открыла рот.

— Тогда, да будет так.

Довольная улыбка появилась на лице адмирала Демеля, он стер выражение недовольства из своих глаз. Было не так уж трудно добросовестно вернуться к отведенной ему роли. Столы были убраны, а десерты поданы, несмотря на преувеличенные ожидания от предстоящих выходных.

Адмирал Демель поспешно опустошил тарелку, скорее положив конец этому жалкому клоунадному представлению. Так же поступили Бастиан и графиня. Только Одетта медленно откусывала от тарелки, которая не была пуста даже наполовину, сохраняя молчание.

После трапезы адмирал Демель пожал руку графине Трирской  и покинул ресторан. Одетта, оставшаяся позади, естественно, стала подопечной Бастиана.

— Нам с адмиралом Деммелом нужно кое-что обсудить, поэтому мы должны попросить капитана проводить Одетту. — Графиня Трирская повела адмирала Деммеля к карете.

Он тоже, казалось, был доволен завершением предварительных переговоров.

— До скорой встречи, капитан.

Графиня Трирская, небрежно попрощавшаяся с ним, забралась в карету. Адмирал Демель, наблюдавший за ней, вскоре последовал ее примеру. После успешной операции карета, перевозившая двух заговорщиков, уехала через улицу.

Бастиан опустил взгляд на доверенную ему женщину. Вскоре после этого Одетта тоже повернула к нему голову. Пока они смотрели друг на друга, подъехала машина кремового цвета с золотистыми колесиками.

— Пойдем.

На бесчувственном лице Бастиана появилась элегантная улыбка. Одетта, которая отвела от него взгляд, слегка покачала головой в знак одобрения.

Бастиан, поздоровавшийся с официантом, который подогнал машину, проводил Одетту. Жест открывания и закрывания пассажирской двери был так же прекрасен, как вальс в ту ночь.

Теперь бежать было некуда.

Одетта собралась с духом, повторив этот факт. Она должна была взять на себя ответственность за принятое ею решение. Конечно, это было бы нелегко.

Одетта смутно предчувствовала свой грядущий позор и горе. Но все было в порядке. Потому что она очень хорошо знала, что живет этой жизнью в меру своих возможностей, и поэтому ее сердце ни в коем случае не будет поколеблено.

Бастиан забрался на водительское сиденье как раз в тот момент, когда Одетта приняла решение и перевела дыхание.

Лицо мужчины, на котором больше не было улыбки, было таким же холодным, как сегодняшнее небо.

— Скажи мне, есть ли у тебя на примете какое-нибудь место?

Когда машина остановилась на перекрестке, Бастиан наконец заговорил. Одетта, наблюдавшая за проносящимися машинами с другой стороны дороги, удивленно повернула голову.

— Мне жаль, но я не так уж много знаю об этих вещах.

— О каких вещах?

— Так скажем... между молодым джентльменом и леди.

После минутного размышления Одетта дала честный ответ. Улыбка тронула губы Бастиана, когда он непонимающе уставился на нее.

— Я последую решению капитана.

— Ну, я не думаю, что это очень хорошая идея.

Бастиан что-то невнятно ответил и снова уставился вперед.

Неужели он оговорился?

Долго и упорно размышляя, Одетта наконец нашла ответ, в то время как поезд миновал рельсы, и вагон снова тронулся.

Вид на город с совершенно иной точки зрения, чем когда она ехала в карете или трамвае, казался очень незнакомым.

— Если это встреча для распространения слухов, я думаю, что место с большим количеством глаз было бы лучше.

Примерно в то время, когда машина свернула на бульвар Прев, Одетта нашла подходящую альтернативу. Гламурные огни роскошных магазинов и отелей освещали город в пасмурный день.

— Это был бы самый эффективный способ.

Бастиан, который с готовностью согласился, начал внимательно изучать пейзажи проплывающего мимо делового района.

Оперный театр.

Время начала представления еще не пришло, и сейчас было бы трудно занять хорошее место.

Универмаг.

Несмотря на то, что там было много народу, выделиться из-за этого было довольно трудно.

Отель.

Он бы не хотел связываться подобным образом с этой дамой.

Пока он перебирал варианты один за другим, машина подъехала к центру бульвара Преве. Это было место, где два музея стояли лицом друг к другу.

— Тебе нравятся картины?

Глаза Бастиана сузились, когда он посмотрел в сторону Музея истории искусств. Снаружи здания красовался большой плакат, анонсирующий специальную выставку. Это была неплохая обстановка, место сбора скучающих дам, у которых были лишние деньги и свободное время.

— ....Да. Это так.

Одетта, внимательно осматривавшая это место, тихо ответила.

Бастиан, кивнув головой, без колебаний повернул машину в указанном направлении. Роскошные экипажи и легковые автомобили выстроились в ряд на пустыре за зданием.

Задняя дверь была гораздо ближе, но Бастиан повел Одетту к парадной двери, которая привлекла бы наибольшее внимание. Это было, когда Одетта, которая проявляла готовность к сотрудничеству, внезапно остановилась, дойдя до подножия лестницы Музея истории искусств.

Мягкая улыбка расплылась по лицу Одетты, когда она посмотрела на небо. Бастиан вскоре понял почему.

Сквозь цветущие ветви падал снег.

Это не было редкостью в Лютце с его капризной весенней погодой, но Одетта смотрела на заснеженное небо с мечтательным выражением лица.

Сколько лет было этой женщине?

Пока Бастиан возвращался к воспоминаниям, которые он прокручивал в голове, на ресницы Одетты упала снежинка.

Одетта, удивленно моргавшая, выглядела гораздо нежнее и моложе, чем обычно.

— Она выглядит такой холодной, — внезапно подумал Бастиан. Она была хрупким беспорядком, мимолетной мыслью, которая оставалась тихой, как снежинка, и исчезла в одно мгновение, когда лепестки разлетелись на ветру и весенний снег упал на Одетту.

Бастиан ждал Одетту под апрельским снегом.

Он думал, что это было обузой, но, оглядываясь назад, это был также неожиданный подарок. Благодаря этому он смог проникнуть в этот мир на фоне острого интереса и избавиться от принцессы, которая была подобна бомбе замедленного действия.

Имя Одетты оказало бы большую помощь брачному бизнесу. Даже если она оказалась в ситуации, когда ей пришлось опуститься на самое дно, переезжая с одного места на другое, она, безусловно, была женщиной благородного статуса и происхождения. Брак с таким партнером скорее стал бы историей, которая повысила бы ценность имени Бастиана Клаусвица.

Он с радостью воспользовался бы этой женщиной до того дня, пока она не сослужит свою службу.

В тот момент, когда Бастиан пришел к однозначному выводу, Одетта повернула голову. Ее большие, ясные глаза были обрамлены длинными густыми ресницами. Осторожное любопытство, возможно, смутный страх. В любом случае, это была эмоция, не подобающая женщине, которая продавала себя, чтобы выбраться из пропасти.

Леди Одетта была настоящей лгуньей, и этот факт очень нравился Бастиану.

Вскоре после этого с выставки вышла группа благородных дам. Сняв офицерскую фуражку, чтобы показать свое лицо, Бастиан повел Одетту вверх по лестнице музея истории искусств. Прошло совсем немного времени, прежде чем внимание дам было приковано к ним.