.·:·.✧.·:·.
Одетта нашла свой купальник во втором сундуке. Тот самый, что она приготовила для летних встреч, был аккуратно спрятан среди одеял и полотенец. Она удивилась, как могла его пропустить. Воспользовавшись моментом, Одетта схватила купальник, собранный Дорой, и нашла уединенное место за скалой, чтобы переодеться. Когда Бастиан вернулся после второй ходки к яхте, переправляя вещи для пикника, он рассмеялся, увидев, как Одетта нырнула в укрытие с одеждой в руках.
Она никак не могла взять в толк, зачем Бастиан тащил её на этот крошечный остров с миниатюрным пляжем, когда они могли устроить пикник прямо у особняка, но решила не портить момент и извлечь из ситуации максимум удовольствия.
Переодевшись в купальник и почувствовав себя немного свободнее, Одетта вернулась на берег и принялась обустраивать место. Она расстелила покрывало и укрепила в песке зонтик. Усевшись в тени, она наблюдала за Бастианом, который снова поплыл к яхте за провизией.
Чем ближе он подходил к берегу, тем мельче становилась вода. Под защитной сенью зонта щеки Одетты вспыхнули румянцем, когда она смотрела, как он выходит из океана. Полуденное летнее солнце искрилось на его влажной коже. Несмотря на то что он был почти наг, Бастиан шагал по пляжу так уверенно, словно находился в стенах собственной спальни. Размашистыми, целеустремленными шагами он подошел и поставил сумку-холодильник на песок рядом с ней.
В большой плетеной корзине обнаружилось разнообразие блюд, приготовленных поваром. Одетта разложила ланч на кружевной скатерти, превратив его в изысканную композицию, украшенную корзинами с яркими фруктами и аппетитными напитками. Чтобы скрыть неловкость, она сосредоточилась на сервировке, пока Бастиан обсыхал.
Удовлетворенная видом красочной и ароматной еды, она открыла последний кейс и нашла там набор женских принадлежностей для ухода за собой. Она была благодарна Доре за предусмотрительность.
— Ты, должно быть, проголодался, давай поедим, — сказала Одетта, заставляя себя поднять взгляд выше крепких грудных мышц Бастиана.
Вопреки её ожиданиям, что он наденет рубашку, Бастиан остался в прежнем виде — без верха, разве что стал чуть суше.
— Ты вообще собираешься одеваться? — спросила Одетта, принимаясь искать в багаже его плавательный костюм. Её охватила паника, когда она поняла, что плавок для Бастиана нет.
— О нет, кажется, горничные забыли твои… — Одетта осеклась, осознав, что, возможно, горничные тут ни при чем. Бастиан даже не пытался скрыть улыбку, молча беря яблоко. Его невозмутимый вид красноречиво намекал: это не была ошибка прислуги.
— Ты ведь не всегда будешь таким, верно? — вздохнула Одетта, бросив на него недоверчивый взгляд, когда до неё наконец дошел смысл происходящего.
— Верь во что хочешь, — беспечно отозвался Бастиан, откусывая большой кусок зеленого яблока. Теперь Одетта окончательно поняла, почему ему так полюбилось это место.
— Бастиан! А если нас кто-нибудь увидит?
— Всё, что я вижу — это небо и море. Ах да, еще несколько чаек, но не думаю, что они против. — Голос Бастиана так и сочился сарказмом. — Иди сюда, тебе, должно быть, жарко в этой кружевной штуке, не стесняйся, снимай её.
Бастиан медленно повернул голову, разглядывая её расшитый оборками пляжный робе, совершенно не разбираясь в тонкостях моды, но с озорным блеском в глазах. Одетта шутливо пожурила его взглядом, давая понять, что не в восторге от его мальчишеских выходок.
Пока они обменивались многозначительными взглядами, солнце стало припекать еще сильнее.
— Давай уважать привычки друг друга, — сказала Одетта, выбирая волеван с тунцом. Позади них высились отвесные скалы, впереди расстилался бескрайний океан — их уединение могли нарушить разве что случайные птицы, поэтому она решила немного уступить.
— Но давай хотя бы соблюдать элементарный этикет за едой, хорошо?
Одетта прервала свои хлопоты по сервировке и тихо вздохнула. Бастиан тем временем вытер испачканные соком руки полотенцем, помня об элегантных стандартах своей жены. Так чета Клаузиц, несмотря на разницу в стилях, начала по-своему наслаждаться обедом на берегу.
.·:·.✧.·:·.
Разноцветные ракушки сверкали в песке, словно драгоценные камни. Одетта с восторгом разглядывала их и собирала самые красивые, гуляя вдоль кромки воды.
— Бастиан, посмотри на эту! — радостно крикнула она, поднимая ярко-розовую раковину.
Бастиан был в море, изящно плавая вокруг яхты. Передумав звать его, Одетта решила показать находку, когда он вернется. Она разложила свои сокровища на плоском камне рядом с местом пикника.
Бастиан закончил плавать и встал в полный рост; вода плескалась у его талии, а солнце играло на мокром торсе. Одетта почувствовала внезапный прилив жара, глядя на то, как он мерцает, словно часть самого океана.
Когда он вышел на берег, Одетта взяла полотенце и осторожно промокнула воду с его лица. Она начала напевать песню на старое пеллийское стихотворение — гимн вечной любви. Бастиан мог не понимать слов, но Одетте всё равно нравилось это петь. Музыка позволяла ей выразить то, что было на сердце.
Бастиан прислонился к камню, слушая её пение. Яркое послеполуденное солнце окутывало их своим сиянием, пока их взгляды не встретились в долгом, напряженном контакте. Она смутилась, но продолжила, вкладывая душу в каждый стих. Тихий плеск воды и далекие крики чаек гармонично сплетались с её мелодией. Закончила она песню застенчивым смехом.
— Мне нравится вот эта, — сказал Бастиан, поднимая большую витую раковину. В такие моменты Одетта чувствовала себя маленькой девочкой. Её лицо залил алый румянец — выражение, предназначавшееся только Бастиану; невинность, ставшая её подарком ему, даром счастья.
Когда волна радости немного утихла, Бастиан показал еще одно сокровище, которое достал со дна моря.
— Что это? — спросила Одетта, глядя на сверкающий в его руке самоцвет.
— Морское стекло, — ответил Бастиан.
— Этот камень когда-то был осколком стекла?
Бастиан кивнул и протянул ей еще один кусочек.
— Оно получается из осколков, которые морские течения и песок отшлифовали до идеальной гладкости.
— Оно прекрасно, как настоящий изумруд, — восхитилась Одетта, бережно укладывая стекло в корзинку к остальным находкам.
Внезапно в Одетту полетели брызги воды. От неожиданного холода на разогретой солнцем коже она вскрикнула.
— БАСТИАН! — возопила она, пока тот с мальчишеским хохотом отступал в воду. Он плеснул в неё снова, еще сильнее.
Под его натиском Одетта, то ли возмущаясь, то ли смеясь, попыталась дать отпор. Озадаченная азартом, она бросилась в море за ним. Шарф соскользнул с головы, прическа рассыпалась, но это больше не имело значения.
Водная битва закончилась победой Одетты: она всем телом налетела на Бастиана, заставив его потерять равновесие и рухнуть в воду. Бастиан поднялся из пены, высоко поднимая победительницу над собой. Они улыбались друг другу, обменивались глубокими поцелуями и снова смеялись — это был момент чистого, ничем не омраченного счастья.
.·:·.✧.·:·.
Одетта наслаждалась теплом песка под ногами, стоя на берегу в одном полотенце, пока второе было закручено тюрбаном на голове. Её одежда всё еще была мокрой, и она старалась отогнать мысль о том, что ей придется возвращаться на яхту нагой.
Она отступила под тень зонта, подальше от палящего солнца.
— Разве тебе не жарко? — спросила она Бастиана, освежаясь водой с ломтиком ароматного апельсина.
— Это лучше, чем носить мокрую одежду, — ответил Бастиан, приоткрыв глаза. Он лежал на полотенце под прямыми лучами.
— Иди сюда, полежи со мной. — Нет, спасибо, я не хочу зажариться, — твердо отказалась она, забиваясь глубже в тень.
Вместо этого Одетта занялась расчесыванием запутавшихся волос, надеясь, что купальник высохнет к тому времени, как они соберутся домой. Приведя себя в порядок, она принялась организовывать свои сокровища: мыла их и вытирала насухо. С любовью она укладывала их в сундучок. Морское стекло она упаковала последним.
Сверкающий цвет стекла напоминал ей глаза Бастиана, и от этого оно казалось ей еще дороже. Она улыбнулась. Ей была приятна мысль о том, что разбитое стекло может превратиться в нечто прекрасное. Так же, как чье-то израненное, зазубренное сердце может стать гладким и красивым.
Эта любовь заставляла тосковать о ребенке. Желание, которое Одетта отчаянно хотела исполнить, металось где-то между надеждой и отчаянием. Врач сказал ей, что это не невозможно, но советовал не быть слишком оптимистичной. Порой она чувствовала себя Сизифом, вечно толкающим камень в гору, преследуемая прошлым и сожалениями.
А вдруг это желание разрушит ту любовь, что у них уже есть? Одетта иногда боялась потерять то, что имела с Бастианом, в погоне за недостижимой мечтой об идеальной семье. Было бы чудесно, если бы чудо случилось, но она знала: с ребенком или без, любовь Бастиана к ней никогда не изменится, как и её любовь к нему никогда не угаснет. Даже без детей всё было идеально так, как есть.
Одетта убрала морское стекло и улыбнулась, глядя в чистое синее небо. Бастиан приподнялся, чтобы отхлебнуть воды, и снова лег греться на солнце. Одетта пристально посмотрела на него и приняла решение. Она сбросила тяжелое шерстяное полотенце и вышла из-под зонта, позволяя солнцу поцеловать каждый дюйм своей кожи.