Богиня победы улыбнулась Империи.

Триумфальное шествие началось с провозглашения победы Императором. Восторженные крики, начавшиеся от толпы на площади перед Императорским дворцом, быстро распространились по всему городу.

Одетта сидела на почётном месте за трибуной Императора и наблюдала за шествием. Солнечный свет, льющийся с чистого, безоблачного неба, окрашивал мир в сияющие тона.

С прошлой зимы ход войны изменился.

Пока флот сокрушал силы адмирала Шера и завоёвывал господство в Северном море, сухопутные войска оккупировали ключевые города Ровиты. Ровита, которая боролась со связанными руками, в конце концов сама предложила перемирие. Это произошло примерно в то время, когда весна начала приходить и на далёкие северные острова.

Война, начавшаяся летом, закончилась с наступлением следующего лета.

Одетта узнала о заключении мирного соглашения, находясь на архипелаге Тросса. Они возвращались в резиденцию вместе с Бастианом после его реабилитационных тренировок.

Бастиан остановился и долго смотрел на горизонт, где садилось солнце. И Одетта молча стояла рядом. Ей казалось, что она смутно понимает, какие чувства таились в его глубоких глазах. Солнце садилось в славе, полной шрамов, и взошла луна.

«Скоро начнётся триумфальное шествие», — Осторожно обратилась к ней пожилая придворная дама, бросавшая любопытные взгляды. После этого посыпались вопросы от сплетников. В основном они касались Бастиана Клаувица, вернувшегося в качестве триумфального генерала, мужчины, который когда-то был мужем Одетты, а теперь был её любовником.

«Каково это — наблюдать за триумфальным шествием своего мужа?»

«Строго говоря, он мне не муж. Мы официально разведены».

«Но фактически вы воссоединились, не так ли? Вы были вместе даже на поле боя. К тому же, говорят, вы до сих пор живёте в одном доме».

На неё были направлены взгляды, выражающие откровенный интерес, но Одетта не дрогнула. Она отвечала вежливо и поверхностно, сохраняя милую улыбку.

Умеренная вежливость и внешнее приличие.

Оружие, которым обладала Одетта, было наиболее эффективным в мире показного лицемерия.

«Вот видишь, Одетта. Я же тебя предупреждала, что по всему высшему свету пойдут слухи», — Когда сплетники успокоились, графиня де Трие, цокнув языком, упрекнула её.

«Я тебе много раз говорила сначала аннулировать развод, а потом официально съезжаться, но ты не слушала. В итоге ты получила ярлык женщины, которая сожительствует с бывшим мужем».

«Со мной всё в порядке, графиня. Это ведь не пустые слухи».

«Ох, ты стала такой смелой и отважной, поучаствовав в войне».

Графиня де Трие недоверчиво усмехнулась и покачала головой. Лицо Одетты, застенчиво улыбавшейся, было свежим, как только что распустившийся цветок. Одно это заставляло чувствовать, что можно всё понять и простить.

Одетта оставалась на архипелаге Тросса до конца войны. Ухаживая за тяжелораненым Бастианом Клаувицем и продолжая работу в волонтёрской сестринской службе ВМФ.

Император сказал, что Одетта сама этого хотела, но графиня де Трие не верила. Она считала это бессердечным поступком — снова использовать свою племянницу как пешку, чтобы успокоить общественное мнение по поводу восстановления принцессы Хелен. Так было до того, как она встретила Одетту, вернувшуюся вместе с Бастианом Клаувицем.

«Всё же, постарайся в скором времени всё уладить. Сейчас важный момент, когда вас ждёт только успех, и не стоит давать повод для лишних сплетен», — Графиня де Трие дала ей искренний совет.

Война многое изменила. Мощная волна перемен захлестнула послевоенный мир.

Бастиан Клаувиц станет ключевой фигурой новой эпохи.

Высший свет, который на протяжении многих лет отвергал внука старьёвщика, больше не мог отрицать этот факт. Сегодняшняя слава только укрепит его позицию.

«Да, графиня. Я сделаю всё, чтобы не было причин для беспокойства», — Одетта ответила вежливо и улыбнулась.

Вернувшись в Берг, они пока жили вместе в доме Одетты в Ратце. Они знали, что это противоречит правилам, но не хотели тратить время на соблюдение формальностей. Однако Одетта также понимала, что необходимо официально восстановить их отношения. Она решила, что после триумфального шествия у них появится время, и они смогут обсудить и решить это с Бастианом.

Кстати, это всегда было лето.

Одетта прищурилась и посмотрела на небо из-под навеса.

Под летним солнцем они заключили фиктивный брак.

Под летним солнцем они расторгли этот брак.

И под летним солнцем она хочет начать всё сначала.

Взгляд Одетты, осознавшей, какой долгий путь они прошли, стал глубоким. В этот момент прозвучал пушечный выстрел, возвещающий о начале триумфального шествия. Вскоре раздалась мелодия марша, исполняемая военным оркестром.

Все почётные гости встали, чтобы поприветствовать героев победы. Одетта тоже тихо поднялась. Подол её платья цвета морской волны мягко колыхался от ветра, пахнущего розами.

Одетта поправила одежду, а также снова прикоснулась к своему прямому поясу и короне. И прямым взглядом посмотрела на проспект Пребе, по которому приближалась триумфальная процессия. Во главе ехали военные машины с главнокомандующими всех родов войск, за ними следовали генералы, совершившие великие подвиги. О том, что наступила очередь Бастиана, можно было судить по ещё более восторженным крикам толпы.

Герой Северного моря. Герцог Тросса.

Военная машина, медленно ехавшая сквозь ликующую толпу, въехала на площадь перед Императорским дворцом. Когда Бастиан отдал честь Императору, раздался салют.

Машина, постепенно замедляя ход, остановилась перед трибуной. Когда Бастиан вышел из машины и остановился, ожидавшие императорские гвардейцы отдали честь герою. Бастиан, одетый в белоснежный парадный мундир, который Одетта сама ему гладила, поднялся на трибуну уверенным шагом.

Одетта ярко улыбнулась и зааплодировала. Бастиан, направлявшийся к Императору, на мгновение повернул голову к почётному месту, где сидела она. И сразу нашёл Одетту.

Их глаза встретились в солнечном свете июня.

Из-за тени от фуражки было трудно разглядеть его глаза, но Одетта была уверена. Улыбка, скользнувшая по губам Бастиана, слегка наклонённым, ещё раз подтвердила это.

Завершив мимолётное отступление, Бастиан снова направился к месту славы. Одетта смотрела на мужчину, похожего на летнее солнцестояние, взглядом, полным неприкрытой любви.

Пройдя долгую тьму, они достигли ослепительного дня.

И этот свет больше не казался Одетте печальным.

После триумфального шествия начался банкет в честь победы. Он был устроен для героев войны, награждённых орденами.

Бастиан, который закончил аудиенцию у Императора, с опозданием вошёл в банкетный зал. Было объявлено, что гости должны быть с партнёрами, но он вошёл один. Однако никто не удивился.

«Прибыл адмирал Клаувиц!» — Когда раздался возглас камердинера, взгляды всех гостей обратились ко входу в большой банкетный зал. Одетта, которой в этот момент представляли подруг кронпринцессы, тоже повернула голову и посмотрела на Бастиана.

Взгляд Бастиана, внимательно осматривавшего зал, неподвижно замер на лице Одетты. Когда их глаза встретились, Одетта мило улыбнулась. И как ни в чём не бывало продолжила разговор с дамами.

У Бастиана вырвался смешок, когда он пристально посмотрел на Одетту, которая вела себя как вежливый незнакомец. Его принцесса вела себя так весь день.

Одетта сказала, что им пока лучше держаться на расстоянии на официальных мероприятиях. Хотя все уже считают их парой, она считала, что есть разница между тем, что известно в частном порядке, и публичным заявлением. Бастиан рассмеялся от абсурдности ситуации, но Одетта не уступала. Она добавила серьёзный совет, что для репутации будет лучше сохранять дистанцию до официального воссоединения.

Это был разговор, который не стоило вести в постели, но Бастиан с готовностью согласился. Потому что всё равно будет так, как хочет его принцесса.

Пока утихала страсть, Одетта рассказывала о триумфальном шествии и банкете в Императорском дворце. Было видно, что она немного нервничает по поводу своего первого официального мероприятия после восстановления в титуле. Она казалась равнодушной ко всему, но на самом деле была очень ранимой женщиной. Бастиан любил этот её секрет, о котором знал только он.

Разговор, которым они наслаждались после близости, закончился, когда Одетта тихо уснула.

Бастиан, отбросив остатки желания, натянул одеяло, которое сползло с кровати, и укрыл Одетту. И лёг рядом с ней. Они обнялись и уснули под светом колеса обозрения, пересекающего ночное небо. Это была часть их повседневной жизни с момента возвращения.

«Здравствуйте, принцесса», — Бастиан, остановившись перед Одеттой, поприветствовал её со всей учтивостью. Внимание окружающих мгновенно сосредоточилось на них двоих.

«...Здравствуйте, адмирал Клаувиц», — Одетта ответила с неопределённой улыбкой. Ей хотелось, чтобы он ушёл, но Бастиан стоял, как стена. В тот момент, когда она поняла, что он разыгрывает её, заиграла мелодия танца. Начинался первый танец бала.

«Не окажете ли мне честь быть моей партнёршей в первом танце?» — Бастиан элегантным жестом пригласил её на танец.

«Пожалуйста, пожалейте меня, принцесса, ведь у меня нет партнёрши», — Когда Одетта замялась, он добавил дерзкую шутку, подмигнув. Смех окружающих ещё больше смутил Одетту.

«Примите приглашение адмирала Клаувица, Одетта. Будет неловко, если герой сегодняшнего дня не сможет танцевать из-за отсутствия партнёрши», — Кронпринцесса поддержала героя, слегка подтолкнув Одетту.

Одетта улыбнулась в знак смирения и взяла Бастиана за руку.

Адмирал пригласил принцессу на танец.

Слухи мгновенно распространились, и зеваки собрались вокруг пары, направлявшейся в центр зала.

В ночь, когда заходило солнце необычайно долгого лета, под люстрами большого банкетного зала начался танец адмирала и принцессы.