Одетта открыла глаза в белом свете. Ослепительный летний утренний солнечный свет заливал пустое место рядом с ней.

Одетта поспешно поднялась и первым делом проверила настольные часы. Всего 6 утра. Слишком рано, чтобы он мог уже уехать.

Одетта умылась, стряхивая сон, и быстро слезла с кровати. Она надела ночную рубашку и открыла дверь спальни, услышав приглушённый звук воды. Звук доносился из ванной. Только тогда она смогла перевести дух, и в поле зрения попал её собственный растрёпанный вид. Спутанные волосы, босиком. Область груди и шеи, виднеющаяся над вырезом ночной рубашки, была вся в следах Бастиана.

Одетта покраснела, вернулась в спальню и переоделась. Она быстро расчесала и собрала волосы, нашла и надела туфли.

Сначала приготовить завтрак.

Приведя в порядок свои сбивчивые мысли, Одетта, выглядя гораздо лучше, снова вышла из комнаты. Из ванной всё ещё доносился шум душа.

Поколебавшись, Одетта направилась в гостевую комнату. Унылый вид комнаты, который открылся, когда она открыла дверь, был таким же, как обычно, и в то же время другим. Одетта вскоре поняла причину.

Чемодан стоял снаружи шкафа. Все вещи Бастиана исчезли. Остался только мундир, висевший на двери шкафа. Судя по тому, что он уже собрался, время отъезда, похоже, было раньше, чем она предполагала.

Одетта осторожно перешагнула порог и подошла к мундиру. Её пальцы, касавшиеся ярко сияющих нашивок и наград, слегка дрожали. Вероятно, Бастиан собирался немедленно вернуться в Военно-морское министерство. Это было вполне ожидаемо, так как он всегда был занятым человеком.

Одетта остро ощутила, каким сказочным было это прошлое пятидневное пребывание в этой деревушке. Но ночь прошла, и пришло время проснуться.

Одетта спокойно приняла этот факт. Она совершила безрассудный и глупый поступок, но не жалела об этом. Впервые в жизни она столкнулась с чем-то по-настоящему. Этого было достаточно, так как она не оставила ни тени сожаления.

Одетта тихо вышла из гостевой комнаты, спустилась на кухню и начала готовить завтрак. Она вспомнила о его мятой рубашке в тот момент, когда закончила замешивать тесто для хлеба.

Поколебавшись, Одетта повернулась. Звук её шагов, идущих по коридору и поднимающихся по лестнице, тихо растворился в утреннем солнечном свете.

На рубашке всё ещё ощущалось слабое тепло утюга.

Бастиан прервал переодевание и опустил взгляд на рубашку в своей руке. Видимо, Одетта была здесь. Кстати, складки на брюках тоже стали чётче.

Бастиан глубоко вздохнул и надел тёплую рубашку. Мгновения счастья, которые он пережил с Одеттой здесь, снова всплыли на поверхность его сознания. Кадык, который дрожал, как рябь на поверхности воды, успокоился только к тому моменту, когда он полностью надел мундир.

Бастиан в последний раз внимательно осмотрел комнату и посмотрел на наручные часы холодным, спокойным взглядом. Он задержался в душе, и время поджимало. Он не мог заставить Императора ждать, поэтому пришло время отбросить сожаления.

Бастиан поправил форму, взял фуражку и чемодан и вышел из комнаты. Ритмичный стук его ботинок внезапно остановился за несколько ступенек до конца лестницы. Внизу стояла Одетта, с чистым, словно только что умытым лицом. Она была в фартуке, а её волосы не успели высохнуть.

«Вы сейчас уезжаете?» — Её мягкий, мелодичный голос звучал как музыка.

«Завтрак почти готов...» — В её глазах, пристально смотрящих на молчащего Бастиана, светился чистый свет.

«Если у вас не слишком мало времени, позавтракайте». — Одетта опустила взгляд на свои сцепленные руки, а затем снова подняла прямой взгляд.

Бастиан ещё раз проверил время, которое уже знал. Времени на завтрак оставалось, но было бы правильнее отказаться. Чем дольше он будет тянуть, тем глубже будет рана. Но его глупое сердце беспомощно рушится от одного только взгляда этой женщины.

«Хорошо. Давай позавтракаем». — Бастиан, в конце концов, дал ответ, который предал его волю. Так будет со всеми оставшимися днями его жизни.

«Приготовить вам чай?» — Одетта, наблюдая, как Бастиан спускается по оставшимся ступенькам, спокойно спросила.

«Нет. Я предпочту кофе», — Ответив вежливо, Бастиан подошёл к входной двери и поставил чемодан. В его сдержанных и элегантных движениях не осталось и следа от любовника, который так страстно жаждал Одетту.

До этого места.

Одетта спокойно приняла границу, которую провёл Бастиан. Это был уже предрешённый финал. Ничего нового в этом не было.

«Хорошо. Тогда я приготовлю кофе», — Одетта приподняла уголки губ и ласково улыбнулась.

Бастиан сдержал своё обещание. Одетта была искренне благодарна за то, что смогла достойно завершить их отношения. Сейчас она решила думать только об этом чувстве. Смятение, оставшееся за этим, было её бременем, которое она должна нести в одиночку.

«Я накрыла стол в заднем дворе. Пожалуйста, подождите немного», — Одетта отступила на шаг назад, открывая ему путь. Бастиан кивнул и прошёл мимо неё большими шагами.

Достаточный уровень вежливости и внешняя любезность.

Это оружие, которое когда-то принадлежало Одетте, теперь стало его собственностью.

Когда мужчина, который за одну ночь стал совершенно чужим, ушёл, Одетта вернулась на кухню, чтобы продолжить приготовление завтрака. Она поставила в духовку хлеб, который замесила, и достала из шкафа корзину с яйцами. Каждый раз, когда её взгляд обращался к окну, тупая боль, напоминающая о ночи, становилась всё более отчётливой.

Бастиан сидел на стуле, который сам починил, и смотрел в далёкое небо. Он не поворачивал головы в сторону Одетты. И даже после долгого пристального взгляда всё оставалось по-прежнему. Его вид, когда ни один волосок не был растрёпан, заставил её почувствовать себя ещё более жалкой.

Я не хочу такого финала.

Одетта проглотила нахлынувшее чувство и убрала ингредиенты, которые приготовила для омлета. Она положила все яйца в кастрюлю с водой, поставила её на плиту и поспешно поднялась на второй этаж.

Одетта понимала холодность Бастиана. Она сама была такой, когда расставалась с Тирой. Она решила стать ещё более решительной и безжалостной ради этого ребёнка. Она приняла это решение, зная, что безответственная жалость не поможет будущему Тиры.

Одетта искренне желала счастья Тире. Поэтому она могла охотно взять на себя роль злодейки. Бастиан, вероятно, делал то же самое. Одетта не хотела, чтобы его забота оказалась напрасной.

Одетта вошла в спальню и сняла одежду, которую надела наспех. Новое муслиновое платье с небесно-голубым поясом. Она снова надела то, что носила в день их воссоединения с Бастианом, и села перед туалетным столиком.

Она не хотела расставаться, как Тира, которая была поглощена только своими чувствами до самого конца. Она не хотела оставаться в памяти Бастиана такой. Это решение поддерживало её слабеющее сердце.

Одетта отдышалась и распустила волосы. Летнее солнце, уже высоко поднявшееся в небе, освещало её бледные руки, которые изо всех сил сжимали золотую расчёску.

Приготовление завтрака завершилось, когда часы пробили ровно 8 утра.

Бастиан сидел прямо и смотрел на стол. Одетта, принёсшая свежеиспечённый хлеб, тихо села напротив. Утренний солнечный свет, проникающий сквозь густые ветви деревьев, ложился на аккуратно одетую женщину. Бастиан вдруг подумал, что это похоже на ту вуаль. Кружевную вуаль, которая была на невесте, пришедшей к нему в самый длинный день лета.

«Бастиан?» — Голос Одетты, тихо шепчущий его имя, донёсся с освежающим ветерком. Когда она наклонила голову, маленькая жемчужная серёжка в её ухе ярко блеснула.

Бастиан отвёл взгляд от Одетты и сделал глоток кофе, который был пресным, как простая вода. В центре стола, покрытого кружевной скатертью, отличавшейся от вчерашней, стояла ваза со свежераспустившимися розами. Она купила их на рынке, куда они ходили вместе. Приглядевшись, он узнал и чайную ложку, и щипцы для сахара-рафинада.

Воспоминания, о которых он даже не знал, что помнит, разрывали его сердце.

Бастиан поднял голову в бессмысленном, но сладком чувстве поражения. Когда их взгляды встретились, Одетта мягко улыбнулась. Её благородный вид развеял его последние опасения.

Бастиан, который проверил время, казавшееся ему всё более быстротечным, взял чайную ложку сдержанным движением. Звук разбивающегося варёного яйца просочился в углубляющуюся тишину.

«Каков ваш сегодняшний прогноз?» — Бастиан протянул чашку с треснутым яйцом Одетте. Глаза Одетты покраснели, когда она ошеломлённо приняла её.

Она хотела хорошо расстаться. Одетта искренне желала этого. Но ей было трудно понять, почему она чувствовала себя так.

Останьтесь ненадолго.

Она просила об этом с таким сильным желанием.

Теперь не приходите.

И вот это желание исполнилось.

Одетта низко наклонила голову и посмотрела на яйцо Бастиана. Её зрение было затуманено, но это не было большой проблемой. Потому что Одетта была опытным лжецом.

«Спокойная вода», — Одетта солгала, как всегда, изо всех сил.

«Ваша судьба – спокойствие, как эта вода, во все дни». — Одетта вытерла слёзы, наполнившие глаза, и снова посмотрела на Бастиана с бледной улыбкой.

«Вот как», — Он кивнул с мирной улыбкой, словно фальшивое предсказание сбылось.

«Теперь я предскажу вашу судьбу». — Бастиан, поставив возвращённую чашку для яйца, указал глазами на яйцо Одетты. В его взгляде, в котором чувствовалась лёгкая игривость, было много нежности. Одетта посмотрела в эти глаза и разбила скорлупу яйца.

«Крылья птицы», — Бастиан, делая вид, что серьёзно рассматривает форму разбитой скорлупы, сделал предсказание.

«Вы будете свободны, как птица, летящая в небесах». — Бастиан довольно правдоподобно изображал астролога. На его лице, лишённом улыбки, был спокойный свет.

«Наш контракт завершён сегодня». — Бастиан вернул ей яйцо и вежливо и спокойно объявил о конце. Пока Одетта моргала ошеломлёнными глазами, птицы, сидевшие на ветке и певшие, вспорхнули.

«Процедура развода будет завершена в кратчайшие сроки. Официальной причиной развода станет изменение чувств мужа». — Бастиан снова посмотрел прямо на Одетту, окончательно закрепив это.

«Вознаграждение за вашу роль жены в течение последних трёх лет будет выплачено, как и было обещано вначале. Сумма будет пересчитана с учётом продлённого на один год периода, непредусмотренной контрактом работы и компенсации за причинённый ущерб, и о ней будет сообщено через моего адвоката».

«Нет, Бастиан. Не надо», — Одетта с лицом, готовым заплакать, поспешно покачала головой.

«Я была той, кто нарушил контракт первой и причинил вам огромный ущерб. Я не жду никакого вознаграждения».

«Это решение, принятое ради меня, а не ради вас». — Бастиан снова проверил часы. Вскоре прибудет военный грузовик. Учитывая время, чтобы добраться до места встречи в начале деревни, пришло время уходить.

«Я не могу компенсировать боль и страдания, которые я вам причинил, деньгами, но если я возьму на себя ответственность хотя бы таким образом, мне станет немного легче. Поэтому примите это. Этого будет достаточно». — Бастиан медленно улыбнулся, подавляя желание просто сойти с ума.

«Теперь я буду плыть, как спокойная вода». — Звук тающего льда, падающего в стакан, растворился в ослепительном солнечном свете.

«И я буду желать, чтобы вы взлетели, как свободная птица».

Покой и Свобода.

Взгляд Бастиана, скользнувший по их предсказаниям, остановился на лице прекрасной женщины, которая доминировала над ним с того момента, как он снял вуаль, и будет доминировать впредь.

«Вы проделали большую работу. Будьте счастливы, леди Одетта».