Звук мелодичного смеха доносился по ночному ветру.
Бастиан медленно опустил взгляд на жену, стоявшую рядом. Одетта не выглядела напряженной даже перед пожилыми адмиралами флота. Ее социальные навыки, напротив, проявлялись еще ярче, когда она общалась со сложными собеседниками.
— Оставить такую жену и уехать одному. Майор Клаусвиц, должно быть, обладает необычайной силой духа.
Седовласый адмирал отпустил невинную шутку. Даже во время разговора с Бастианом его взгляд не отрывался от Одетты. И другие генералы не сильно отличались.
— Она драгоценна и любима, поэтому я хочу ее беречь.
После лукавого ответа Бастиана раздался веселый смех: «Ха-ха-ха!»
— Ну да. Острова Троса не лучшее место для молодой леди.
— Я слышал слухи, что ты стал женолюбом, но не верил. Я дожил до того дня, когда увидел тебя таким.
Генералы, которые с удовольствием дразнили молодоженов, повернулись, только когда их бокалы опустели.
Даже в момент облегчения Бастиан не отпускал руку, обнимавшую жену за талию. Его влажные от вина губы по-прежнему сохраняли стойкую улыбку. Он выглядел так, словно был абсолютно уверен, что переживает лучший день в своей жизни.
— Улыбайся.
Бастиан тихо приказал, глядя на лицо Одетты, с которого исчезло всякое выражение. Одетта, ошеломленно смотревшая в пустоту, наконец вздрогнула и подняла голову. Когда их взгляды встретились, ее раскрасневшиеся щеки стали еще более алыми. Бастиан слегка усмехнулся, находя лицемерие женщины, притворяющейся невинной, отвратительным.
— Ты была готова отдать жизнь за свою сестру. Твое мнение изменилось?
— ……
— Если так, скажи мне. Я с радостью уважаю твое решение.
— ……
— Отвечай, Одетта.
Голос Бастиана теперь был зловеще низким.
Одетта, которая старалась избегать его взгляда, наконец посмотрела на Бастиана как следует. Женщина была похожа на треснувшую стеклянную куклу. Казалось, она рассыплется вдребезги от одного прикосновения.
Бастиану вдруг захотелось, чтобы Одетта заплакала.
Он хотел увидеть, как она умоляет и просит прощения, проливая даже крокодиловы слезы. Чтобы ему надоело настолько, что он не смог бы терпеть ни секунды. Тогда он, возможно, смог бы забыть о оставшейся сделке и бросить эту женщину. Это был импульс за пределами разума, который знал, что он не должен этого делать.
— …Прости.
Одетта открыла свои дрожащие губы, когда пальцы, обнимавшие ее тонкую талию, начали слегка сжиматься.
Бастиан тихо выдохнул горячий вздох. Глаза Одетты, лишенные слез, снова стали холодными и спокойными, как глубокая вода. Крепко сжатые губы и длинная, прямая шея еще больше подчеркивали ее гордый вид.
Одетта была великолепной актрисой.
Бастиан вдруг вспомнил этот факт, о котором он забыл, погрузившись в собственные фантазии. Это была также главная причина, по которой он выбрал Одетту в качестве партнера для брака по расчету.
И все же я верил этой женщине.
В тот момент, когда он вдруг осознал, насколько глупым он был, Одетта улыбнулась. В свете цветных фонарей, украшавших палубу. Так же красиво, как и в те дни, когда она заставляла его строить напрасные мечты.
В конце концов, каждый момент был ложью.
В тот самый момент, когда Бастиан смотрел в лицо реальности, которую больше не мог отрицать, медленно идущий военный корабль остановился. Пришло время для фейерверка, который должен был стать кульминацией фестиваля.
Места для четы майора Клаусвица были приготовлены на верхней палубе в носовой части корабля. Это было особое внимание Императора к герою.
Одетта, охваченная нереальным ощущением, словно она идет по облакам, прошла сквозь толпу. Громкие аплодисменты жужжали, как звон в ушах.
Это был предел.
Она изо всех сил старалась продержаться, но ее измученное тело уже не слушалось воли. Чувство исчезло из ног, и зрение затуманилось. К тому времени, когда она остановилась перед перилами, ей было трудно даже открыть глаза.
Еще немного.
Одетта упрекнула себя, прикусив нежную кожу внутри рта. Самое большее — час. Ей нужно было продержаться, пока фейерверк не закончится и корабль не вернется.
Бастиан сдержит свое слово.
Одетта не сомневалась в этом.
Он был человеком, который обязательно выполнял свои обещания. Пусть его методы были подлыми и вульгарными, но он делал это. С их первой встречи и до настоящего момента. Это было доказано всем проведенным вместе временем.
Одетта выровняла сбившееся дыхание и схватилась за перила палубы. В то же мгновение Бах! — взвился первый фейерверк. Громкий рев и последовавшие за ним восторженные крики толпы начали сотрясать весь город.
Развернулось зрелище из разноцветных, последовательно взлетающих фейерверков, но пустые глаза Одетты больше ничего не воспринимали. В одно мгновение исчезли все звуки мира. Затем погас свет, и земля под ногами рухнула.
Пожалуйста.
Даже в бессилии, когда все казалось законченным, Одетта не могла отпустить свою последнюю привязанность. В тот момент, когда слезы готовы были пролиться от ужаса этой пытки-надежды, Бастиан подошел.
Ракеты, установленные вдоль длинной береговой линии, взлетели одновременно. Когда фейерверки расцвели высоко в небе, ночь Лозанны окрасилась сияющим золотом.
Бастиан обнял Одетту под этим золотым дождем. Он не обращал внимания на зевак. Сопротивление Одетты тоже.
Он обязательно заставит ее заплатить за предательство.
Бастиан поставил точку в своих многодневных мучениях выводом, основанным на четком расчете. Одетту, которая почти потеряла сознание, он спрятал в своих объятиях. Глубоко, еще глубже, чтобы никто не заметил ее состояния.
Еще нет.
Именно он должен был положить конец жизни этой женщины. Поэтому до наступления этого дня Одетта не должна была рухнуть.
Бастиан, лаская спину Одетты, словно успокаивая испуганного зверя, огляделся. Гости на корабле, нашедшие зрелище более захватывающее, чем фейерверк, пристально следили за ними. Император не был исключением.
Одетта смогла выбраться из состояния паники только к концу фейерверка. Она все еще не могла толком стоять, но ее дыхание стало намного стабильнее.
Бастиан поднял руку в перчатке и вытер холодный пот со лба Одетты. Чем сильнее становилось его желание задушить ее, тем нежнее становилась улыбка на его губах.
Грандиозный фестиваль подходил к концу. Разноцветные фейерверки украшали небо и море Лозанны, где сгущалась ночь. Это было особенно прекрасное мгновение, зная, что оно скоро исчезнет впустую.
Бастиан слегка опустил взгляд на Одетту. Ему было нетрудно понять, чего хотят зрители. И это было желание, которое он вполне мог исполнить.
— Терпи.
Бастиан отдал суровый приказ сладким голосом, словно шептал о любви. Пока Одетта пыталась понять его слова, его большая и крепкая рука обхватила ее лицо.
Ее охватил инстинктивный страх, но Одетта не смогла сопротивляться. Все уже смотрели на них. Все, что могла сделать Одетта, заключенная в тюрьму их взглядов, это ждать предначертанной боли.
Откуда-то донесся свист. За ним последовали насмешливые возгласы.
В этот момент они были клоунами.
Внезапно осознав этот факт, зрение Одетты затуманилось от слез унижения. Бастиан. Имя, которое она невольно прошептала, разнеслось по ветру с запахом пороха.
Бастиан спокойно посмотрел на Одетту опущенными глазами. В его бледно-голубых глазах таилась холодная усмешка. В тот момент, когда Одетта, потерявшая последнюю надежду, обмякла, он поцеловал ее.
Одетта закрыла глаза, словно смиряясь.
Фестиваль, самый грандиозный со времен основания Военно-морского министерства, успешно завершился.
От парада в честь победы и церемонии особого повышения до морского смотра, продемонстрировавшего величие Имперского флота. Во всех этих славных моментах присутствовал Бастиан Клаусвиц, герой битвы при Тросе.
Кульминацией фейерверка стал поцелуй героя, посвященный его жене.
Император наблюдал за этой сценой с удовлетворением в глазах. Он давно знал, что это честолюбивый человек, разбирающийся в дипломатии, но это было больше, чем он ожидал. Какая драматическая сцена. Превосходная игра, которая могла бы обмануть даже его самого, автора сценария.
Династический брак будет заключен до конца этого года.
На лице Императора, который следил за действиями белловской делегации, появилась уверенная улыбка. Князь Николай был самым восторженным зрителем. Теперь никто не посмеет усомниться в верности Изабель.
Продолжит ли этот человек свой брак с Одеттой после обещанного срока?
Взгляд Императора, наблюдающего за своим нечестивым, но преданным героем, углубился. Это было бы лучшим решением, но он был готов уважать его выбор, даже если он решит развестись. Он не мог легко нарушить обещание, данное от имени и чести Императора.
Поцелуй любовников, прекрасный, как картина, закончился под последним фейерверком. Император приветствовал их громкими аплодисментами.
Брак Изабель и Николая уже считался состоявшимся. А союз между двумя странами благодаря этому станет еще крепче.
Это был достойный финал, заслуживающий аплодисментов.