— Пойдем?

Голос, похожий на речной ветер, скользнул мимо ее уха.

Одетта вздрогнула и повернула голову. Бастиан, неслышно подошедший, стоял рядом с ней у окна, откуда открывался вид на реку.

— Кажется, это не очень далеко отсюда.

Бастиан прищурился, глядя на другую сторону реки Шультер, окрашенную закатом. Там стояло колесо обозрения парка развлечений, на которое Одетта смотрела до этого момента.

— Нет. Все в порядке.

— Ты же смотрела на это прошлой ночью. Разве нет?

Одетта попыталась отмахнуться, но Бастиан не собирался отступать.

— Это...

Одетта сначала отошла на шаг в сторону. Похоже, отрицать было сложно. Ведь это был очевидный факт, что она смотрела на огни колеса обозрения перед этим окном до поздней ночи.

— Просто. Оно красивое. Вот и все.

После долгих размышлений Одетта открыла ему самое искреннее свое чувство.

Она просто оказалась в комнате с видом на колесо обозрения, и смотрела на него, потому что его огни были красивыми, вот и все. Ее сердце болело при мысли о том весеннем вечере, когда она пообещала Тире пойти в парк, но это был ее личный секрет.

Как она могла сказать этому мужчине, что сожалела о том, что вообще дала такое обещание Тире?

Если бы она этого не сделала, Тира не стала бы так отчаянно защищать свои тайные сбережения. Тогда ее отец просто забрал бы деньги, как обычно, после обычного спора.

Возможно, это был бы такой же обычный день. Сахарная вата. Карусель. Электрический замок. Аппарат для гадания. Колесо обозрения. Если бы только она не поддалась, как ребенок, восторженным рассказам Тиры.

Она оправдывала себя тем, что это из-за ее неразумной младшей сестры, но на самом деле Одетте тоже было любопытно. Огни парка развлечений, которые она видела, проезжая мимо центра города. Она даже представляла, как поднимается на колесе обозрения, похожем на огромное золотое колесо, и медленно пересекает ночное небо. Даже в ту ночь, когда она держала половник и мешала кипящий суп. Тот факт, что она тогда была немного взволнована, делал пятно на сердце Одетты еще темнее.

Мне не следовало этого делать.

Одетта подтянула уголки губ, чтобы сдержать эмоции, вспоминая свои глупые ошибки прошлого.

Сейчас пора выполнять обязанности жены.

Напоминание о миссии, которая еще не завершена, позволило ей встретиться с Бастианом с более спокойным выражением лица.

— У вас же вечерняя встреча.

Посещение семьи герцога Херхардта на обед, а вечером — участие в собрании северных промышленников. Именно такой график Одетта помнила на сегодня. Она не могла ошибаться. Ведь она договорилась встретиться с Тирой, как только Бастиан уйдет на вечернюю встречу.

— Вам пора идти.

Несмотря на ее повторные призывы, Бастиан не ответил. Его голубые глаза, смотревшие на колесо обозрения, пересекающее предзакатное небо, вскоре снова устремились на Одетту.

— Расписание изменилось.

Бастиан спокойно сообщил эту новость.

Основной целью поездки в Карлсвар был Герхардт. Так как это было отлично выполнено, оставшиеся мелкие дела можно было уладить позже. Это было решение, принятое в карете по пути обратно в отель. И Бастиан завершил свои официальные дела, сообщив об отмене своего участия в сегодняшнем вечернем собрании.

Он хотел быть с этой женщиной.

Бастиан хотел этого. Он четко осознал это и потому последовал своему желанию.

— Готовься.

Бастиан спокойно приказал, глядя на удивленное лицо Одетты.

После завтрашнего посещения родительского мероприятия в школе-интернате Тиры ей нужно было возвращаться в Арденн. Он подумал, что было бы неплохо сделать этой женщине небольшой подарок до этого. В конце концов, Одета отлично справилась со своей ролью.

— Бастиан!

Голос, поспешно зовущий его по имени, раздался в тот момент, когда Бастиан уже собрался уходить. Он обернулся через плечо, и Одетта, колеблясь, продолжила.

— Можно я возьму Тиру с собой?

Губы, которые произнесли нежеланное имя, светились красным в остаточном свете заката.

— Я обещала пойти к ней сегодня вечером. Так что... если мы действительно должны пойти, я хочу взять Тиру с собой.

Глаза отчаявшейся птицы-матери сияли твердой решимостью.

— Сестра, почему ты такая бесцеремонная?

Колкость Тиры затерялась в шумном гаме парка развлечений.

— Бесцеремонная?

Одетта в ответ наклонила голову. Ее лицо выглядело так, будто она совершенно не понимала, что сделала не так.

— Зачем ты привела меня сюда? Я чувствовала, что задыхаюсь от неловкости.

Тира, цокнув языком, прямо указала на ошибку сестры и оглянулась. Бастиан направлялся к киоску, где продавалась сахарная вата, которую Тира выпросила. Это был хитрый план, чтобы выиграть время для разговора с сестрой.

— Не будь грубой, Тира. Бастиан не сделал тебе ничего плохого.

Одетта, погруженная в размышления, отругала Тиру.

Тира, вздохнув от возмущения, отвела сестру на свободную скамейку. Она не забывала время от времени следить за Бастианом.

Он только что подошел к киоску. Он был высоким и выделялся, даже в толпе. К счастью, очередь была длинной, и у нее было немного больше времени.

— Когда я сказала, что капитан плохой?

Тира покачала головой и села рядом с Одеттой.

Когда она услышала, что сестра приехала, Тира была вне себя от радости. Она думала, что сможет повеселиться, вырвавшись из удушающего общежития. Но ее счастье оборвалось, когда она столкнулась с Бастианом в холле первого этажа.

— Плохой не капитан, а ты, сестра.

Одетта все еще выглядела озадаченной перед Тирой, чьи глаза горели возмущением.

— Я? Почему?

— Зачем ты привела сестру на свидание с мужем?

— Это не свидание.

Одетта нахмурилась, словно ее сильно оскорбили. Тира постучала себя по груди, выражая свое негодование.

— Тогда что? Как еще можно объяснить эту ситуацию?

— Мы просто...

— Видишь? Это свидание, не так ли?

Тира снова тяжело вздохнула, глядя на Одетту, которая не могла сразу ответить.

— Капитан и так пугает меня, а я еще и мешаю вам, чувствуя себя как на иголках.

— Бастиан — человек, который оказал тебе большую услугу и проявил заботу. Не говори так.

— А что плохого в том, чтобы сказать, что страшный человек страшен?

— Бастиан страшен?

Одетта переспросила, совершенно не понимая.

— А тебе капитан не страшен?

Тира, казалось, сама не могла понять Одетту.

Одетта прищурилась и посмотрела на Бастиана. Киоск с сахарной ватой, носившей громкое название «Волшебная нить», привлекал внимание разноцветными гирляндами. Бастиан, стоящий в очереди прямо и неподвижно, выглядел чужеродно, как масло на воде.

Одетта кивнула и перевела взгляд на Тиру.

Он не страшен.

Конечно, он был человеком, рядом с которым она чувствовала себя бесконечно неловко, но это было другое чувство, нежели страх. Хотя он был скуп на эмоции и немногословен, он никогда не был бессердечным. На самом деле, он был довольно джентльменским и внимательным человеком.

— Ну, конечно. Ты-то, конечно, нет. Потому что вы любите друг друга.

Одетта непроизвольно вздрогнула от небрежно брошенного Тирой замечания.

Нет.

Слово, которое она чуть не выкрикнула рефлекторно, она с трудом сдержала.

— Но я боюсь капитана. У меня мурашки по коже, когда наши взгляды встречаются. Он просто как ледяная глыба.

Тира преувеличенно вздрогнула и посмотрела на киоск с сахарной ватой. Очередь Бастиана уже подошла.

В тот момент, когда она была в отчаянии от того, что снова будет мешать, она услышала громкий возглас «Тира!». Ее одноклассницы из того же общежития махали ей, широко улыбаясь. С ними была и группа мальчиков из соседней школы.

— Я пойду к друзьям.

Тира, найдя выход, радостно вскочила со скамейки.

— Тира Веллер!

Одетта позвала ее, отчитывая, но не смогла сломить ее волю.

— Увидимся позже, сестра! Я приду к колесу обозрения к девяти!

Оставив одностороннее сообщение, Тира поспешно убежала к друзьям.

По пути, убегая от сестры, Тира пробежала мимо киоска с сахарной ватой. Страшный, но красивый муж ее сестры только что получил белое, похожее на облако, лакомство.

— Мне очень жаль, Бастиан.

Одетта снова поклонилась, объясняя ситуацию, в которой ее оставили одну.

— Наверное, в ее возрасте веселее с друзьями. Вы так старались и проявили столько внимания, а я опозорилась.

Бастиан, переводя взгляд с сахарной ваты в своей руке на жену, которая не знала, что делать, обессиленно рассмеялся.

Сестра Одетты сбежала. Сказала, что пошла с друзьями, которых случайно встретила здесь. Похоже, у этого беззаботного ребенка все же было немного сообразительности.

— Не переживай, Одета.

Бастиан посмотрел на часы и добродушно кивнул. До 9 часов, когда они должны были встретиться снова, оставалось еще около двух часов. Это был первый раз, когда Тира Веллер показалась ему полезной.

— Она еще молода. Как ты сказала, это возраст, когда хочется быть с друзьями.

— Спасибо, что вы так сказали.

Одетта наконец улыбнулась с облегчением.

В шерстяном платье в клетку и короткой накидке Одетта выглядела моложе, чем обычно. Она сильно отличалась от элегантной дамы, которой была сегодня днем. Возможно, это было просто заблуждение, вызванное этим местом, наполненным криками и смехом детей, но он не стал глубоко задумываться.

Бастиан сначала протянул ей сахарную вату, которую держал в руке. Глаза Одетты округлились, когда она растерянно приняла ее.

— Я не ребенок, чтобы любить такое.

— Но ты моложе меня, не так ли?

Бастиан рассмеялся и взял Одетту за руку. Огни аттракционов, которые только что зажглись, осветили ночной парк, как днем.

Бастиан смело направился к огням, на которые Одетта так долго смотрела. Вместе с женой, держащей сахарную вату.