— Не знаю, что делать с таким плохим бизнесом. Зато мы можем спокойно поговорить.
Теодора Клаусвиц цокнула языком и открыла нотный сборник, стоявший на старой полке. Она просто быстро листала страницы, ни разу не взглянув на них.
Одетта, сжав дрожащие руки, снова осмотре нотный магазин. Кроме хозяина, который сидел за прилавком и дремал под звуки проигрывателя, покупателей не было. Сегодня играла фантазия. Прекрасная мелодия, не очень подходящая для мрачного тайного свидания, разносилась по пустой лавке.
— Вот список, о котором вы просили.
Одетта осторожно протянула конверт, который достала из внутреннего кармана пальто.
Теодора слегка приподняла бровь и небрежно приняла его.
— Тут много интересных имен. Но это все?
— Пока что мне удалось добыть только это.
— У тебя нет времени, чтобы медлить. Не так ли?
— Бастиан большую часть работы делает в компании. Информации, которую можно получить дома...
— Тогда иди в компанию.
Теодора, нахмурившись, резко прервала Одетту.
— Ты меня разочаровываешь, Одетта. Ты вела себя так, словно готова на все. Разве это не слишком беспечное и ленивое отношение?
— Если тебя не устраивает, найди кого-нибудь другого.
— Не думаю, что ты в том положении, чтобы мне дерзить.
— Думаю, что и ты, мадам, в таком же положении.
Даже став той, которую ведут на поводке, Одетта оставалась высокомерной и дерзкой. Теодора удовлетворенно кивнула и спрятала переданные ей документы.
Нужна такая смелость, чтобы ударить Бастиана Клаусвица в спину.
Хотя это был выбор, сделанный за неимением альтернативы, она могла поставить высокую оценку.
— Но, если позволите, один совет: я бы предпочла, чтобы ты не тратила время на расследование насчет миссис Палмер, а занималась своим делом.
— Ты все еще следишь за мной.
Одетта вздохнула, не проявляя особого удивления.
Отец отказался от своего утверждения, что жена управляющего зданием станет свидетелем того происшествия. Она сказала, что вроде бы была там, а вроде бы и нет.
Вероятность того, что она ничего не видела, была высока, но сложно было быть уверенным. Вот почему она наняла частного детектива, чтобы узнать о передвижениях миссис Палмер. Она думала, что действует максимально тайно. Похоже, у Теодоры Клаусвиц был не только один глаз в лице Молли.
— Лучше убедиться во всем.
Теодора пожала плечами и повернулась.
— Постарайся еще немного. Осталось всего несколько дней.
— Это в последний раз. Сдержи свое обещание.
— Знаю. В конце концов, ты все равно не сможешь быть шпионом еще какое-то время. Бастиан уедет из Берка после фестиваля.
Теодора изобразила сожаление.
Мне нужно выиграть время до развода.
Одетта утешала себя этой мыслью, чтобы вынести чувство вины в этот момент.
Было глупо доверять этой женщине. Возможно, когда Бастиан вернется, она снова начнет шантажировать и требовать несправедливого. Какое счастье, что к тому времени она уже не будет женой Бастиана.
Когда этот брак закончится, она собиралась уехать с Тирой в Новый Свет. Далеко, очень далеко. Скрыться там, где их никто не найдет.
Даже если тогда разразится скандал, он не будет иметь таких серьезных последствий, как сейчас. Основа Бастиана будет гораздо прочнее, и его сделка с Императором, вероятно, будет успешно завершена. Было бы хорошо, если бы он поспешил со свадьбой с Сандрин. Чтобы существование его бывшей жены, оставшееся как пятно, могло исчезнуть.
— Кстати, о железнодорожной компании Бастиана. Разве он не объединился с Лавьером?
Имя, которое Теодора внезапно упомянула, снова заставило Одетту напрячься.
— Кажется, отношения дочери герцога Лавьера и Бастиана не так просты. Что ты думаешь?
— Бастиан не такой неверный мужчина. Нельзя считать, что все семьи, с которыми он сотрудничает по бизнесу, связаны такими отношениями.
Одетта покачала головой без малейшего колебания. Это была просто приманка, чтобы ее проверить, и она не должна была оставлять никаких лазеек.
— Ты веришь мужчинам? Ты на удивление наивна.
— Я не хочу говорить об этом.
— Я беспокоюсь. Мои предчувствия очень плохи. Мы с Джеффом встретились именно так. Тогда родная мать Бастиана думала так же, как ты. Что ее муж никогда не сделает такого. Но результат, ну, ты видишь.
Теодора рассказывала о своей неверности, словно это была забавная история. Одетта никак не могла понять такого отношения.
— В таком случае, я тем более должна верить Бастиану. Мужчина, который знает, через что прошла его мать, не повторит той же ошибки, что и его отец.
— Человек — не такое благородное существо. Тем более, что он сын, который унаследовал все от своего отца. Куда денется эта кровь?
— Я удивлена, что вы говорите такие вещи с такой прямотой. Вам не стыдно перед Бастианом?
— Нисколько.
Теодора рассмеялась, словно услышала отличную шутку, и поправила воротник.
— И последний совет, Одетта. Не притворяйся. Это делает тебя только более отвратительной.
Ее нежный шепот доносился под мелодию фантазии.
— Увидимся скоро.
Теодора похлопала ее по напряженному плечу и легко прошла мимо Одетты.
Даже после того, как звон колокольчика стих, Одетта еще долго оставалась на месте.
Проигрыватель начал воспроизводить следующую часть фантазии. Это была та же самая мелодия, которая звучала в гостиной Райнфельда в весенний день, когда цвели цветы.
Столовая военно-морского министерства была переполнена солдатами, пришедшими на обед. Пространство на третьем этаже, отведенное для старших офицеров, было не хуже любого ресторана, но два нижних этажа были обычными столовыми.
Бастиан занял место у окна на втором этаже. Он давно не был здесь, так как обычно обедал со своим начальником.
— Бастиан! Ты рано пришел.
Вскоре напротив него сел офицер с добродушным лицом. Это был заурядный военный из семьи среднего класса, не имевший титула, не особо выдающийся, но и не отстающий. Он был капитаном, когда Бастиан только получил офицерское звание, и до сих пор носил капитанские погоны.
— Что случилось? Герой фестиваля, который так занят, пришел навестить меня.
— Я подумал, что должен увидеть вас перед отъездом.
— Говори проще. Я тебе больше не начальник. Зачем ты так говоришь, когда через несколько дней получишь звание майора?
Он махнул рукой, но радостно рассмеялся.
Обед двух офицеров, которые давно не виделись, начался с формальных приветствий. Разговор на подходящих, вежливых и скучных темах — последние новости и вести из военно-морского министерства — продолжался, пока столовая становилась все более оживленной.
— Каково было жить в служебном жилье на островах Троса?
Бастиан перешел к сути дела, когда обед подходил к концу.
— Почему ты спрашиваешь меня? Ты ведь тоже жил в том служебном жилье.
Он спросил в недоумении.
— Этого было достаточно, чтобы жить одному, но я спрашиваю, потому что не представляю, как это будет для жены.
Услышав дополнительное объяснение, он кивнул, понимающе улыбаясь. Они вместе служили на островах Троса. Бастиан прибыл один, но у того офицера были жена и маленький ребенок.
— Это не то место, которое понравится женщинам. Старое жилье, плохая погода. К тому же, даже самый процветающий город там хуже, чем деревня на материке.
— Вашей жене не понравилось?
— Ну... не совсем.
Он неловко улыбнулся и почесал щеку.
— Она жаловалась каждый день, но говорила, что рада быть со мной. Говорила, что там, где я, — дворец.
— Вот как.
— У нас там родилась младшая дочь, так что это место имеет для нас особое значение. И, несмотря ни на что, там живут люди. Если можешь быть с любимой семьей, это и есть рай.
В его глазах была непоколебимая решимость. Его карьера военного, возможно, закончится посредственно, но как человек он добился успеха в жизни. Бастиан выразил ему свое уважение короткой улыбкой.
— Но разве ты не собирался ехать один? Кажется, я слышал такой слух.
— Так доложено начальству.
— Внезапно передумал?
— Я рассматриваю различные сценарии.
— Ну да. Нелегко оставить такую красавицу-жену и уехать.
Он кивнул, а потом вдруг громко рассмеялся.
— Надо же, настал день, когда Бастиан Клаусвиц пришел ко мне за советом. Это человечно. Впервые ты выглядишь как человек.
Его взгляд на Бастиана стал более дружелюбным.
— На твоем месте я бы просто сказал честно. Я люблю тебя. Я не могу без тебя. Поехали вместе. Не думаю, что какая-либо жена отказала бы в таком признании мужу.
— Я не это имел в виду.
— А-а. Да. Пусть будет так.
Он самовольно сделал вывод и сменил тему, начав рассказывать о своей младшей дочери. Благодаря этому обед завершился в непринужденной атмосфере.
Расставшись с ним, Бастиан направился не сразу в штаб, а в сторону Водного сада.
Он не хотел отменять свое решение. Но он не мог представить себе ночи и утра без Одетты. Кто эта женщина, с которой он провел всего два сезона? Это было смешно.
Бастиан сел на скамейку с видом на реку Пратер и подъемный мост и закурил. С дальнего конца города надвигались густые тучи.
Погода была, словно предвещала сильный дождь.
Он прибыл в финансовый район в центре Ратца, когда только начали падать первые капли дождя.
Одетта тихо вздохнула, поняв, что не взяла зонт. Она спряталась под навесом магазина, но дождь, похоже, не собирался прекращаться.
Выйдя из нотного магазина, Одетта сразу же направилась к ожидавшему ее шоферу. Чтобы дать ему указание уехать домой без нее. Это было решение, принятое из опасения, что она может поддаться слабости.
Бастиан сказал, что сегодня вернется поздно. Что ему нужно заехать в компанию, чтобы уладить дела. Значит, сейчас он должен быть в том здании.
Мост, по которому можно было отступить, сожжен, остается только пойти к Бастиану.
Она долго блуждала по городу, пытаясь собраться с духом, но ей было трудно сдвинуться с места.
Не знаю, что делать.
Даже если ей удастся войти в кабинет, найти документы будет сложно. Бастиан будет рядом. Как она сможет отвлечь его?
В тот момент, когда ей захотелось просто сбежать, роскошный черный автомобиль остановился перед мраморным зданием рядом с Центральным банком. Это была компания, принадлежащая Бастиану.
Водитель, раскрыв зонт, открыл заднюю дверь, и вышел джентльмен средних лет. За ним последовала рыжеволосая леди.
Одетта, узнав эту женщину, невольно спряталась в переулке. Это была Сандрин. Джентльмен, похожий на нее, был, вероятно, ее отцом.
Почему герцог Лавьер и его дочь приехали сюда?
Вопрос, который мучил ее, разрешился, когда появился мужчина.
Бастиан, с вежливой улыбкой, спускался по лестнице здания. Сначала он поприветствовал герцога Лавьера, а затем вежливо поклонился Сандрин.
Трое вскоре вместе вошли в вестибюль компании.
Шум дождя, который начал лить как из ведра, стал настолько громким, что заглушил шум города.