Чокнувшись с Кейси, Анетт осушила свой бокал и спросила:
— Кстати, Кейси, ты работаешь?
— Прямо сейчас — нет, — ответил он.
— А до этого?
— Играл с Лилли.
Лилиана посмотрела на брата странным взглядом.
— Лилли отдыхала, ничего не делала. Вот и я отдыхал.
Лилиана хотела спросить, что это значит, но, покосившись на Эшера и Анетт, промолчала. Анетт, сияя, продолжила:
— Значит, ты был рядом с ней все эти два года, которые она не помнит?
— Да.
— Как здорово, Лилли! Похоже, Кейси сможет помочь тебе вернуть память!
Анетт искренне радовалась, и Лилиане пришлось, сдерживаясь, поддержать её.
— Ага, да. Я тоже надеюсь.
Она мило улыбнулась Кейси.
— Очень надеюсь, брат.
Кейси сделал глоток бренди и покачал головой.
— Нет. Я не буду тебе рассказывать.
За столом повисла ледяная тишина. Лилиана, застыв с натянутой улыбкой, сквозь зубы спросила:
— Почему?
— Потому что нет причин.
— Аха-ха-ха-ха!
Лилиана звонко рассмеялась и замахала рукой на Анетт.
— Мой брат любит шутить! Он просто дразнит меня.
Кейси открыл рот, чтобы возразить, но Демиан, сидевший рядом, сильно ущипнул его за бок и снова наполнил бокал.
— Пей.
Кейси послушно выпил. Анетт, видимо, приняв слова Кейси за неудачную шутку, вытерла рукавом губы и рассмеялась.
— Похоже, все братья такие.
— У Анетт тоже есть братья? — спросила Лилиана.
Анетт, расхохотавшись ещё громче, ответила:
— Было двое. Погибли в движении за независимость. Ха-ха-ха!
За столом воцарилась ещё более ледяная тишина, чем раньше. Эшер потёр глаза и проворчал:
— Если ты пьянеешь с двух бокалов, зачем вообще пить?
Анетт покачала головой и хлопнула его по плечу.
— Аха-ха-ха, я не пьяна, не пьяна.
— Не пьяна? — Эшер налил ей ещё. — Тогда пей.
Не успел Демиан вмешаться, как Анетт осушила и этот бокал.
— Ого, как идёт...
С раскрасневшимся лицом она вдруг рухнула лицом в стол.
— Анетт! — воскликнула Лилиана.
Эшер, сидевший рядом, с удовлетворённым видом посмотрел на неё.
— Отлично, отключилась.
Он кивнул Демиану.
— Отведи её в комнату.
Кейси и Демиан одновременно поднялись и, взяв Анетт под руки, уложили их себе на плечи и увели.
Вернувшись за стол, Кейси и Демиан сели. Эшер тяжело вздохнул.
— Сейчас 23-й год независимости. Вы, молодёжь, родились уже после. А мы с Анетт родились ещё в колониальные времена. Мы уже были достаточно взрослыми, чтобы понимать, но не осознавали, что что-то не так.
Остальные трое, затаив дыхание, слушали его.
— Анетт из семьи борцов за независимость. Говорят, этот дом использовали как явочную квартиру. До сих пор здесь есть тайные ходы и потайные комнаты. Анетт не рассказывала подробностей, я знаю только пару мест. Короче, из её семьи в живых осталась только она. Обоих братьев казнили, родители умерли от последствий пыток. Поэтому она болезненно реагирует, когда речь заходит об Империи Субельц.
Эшер, потягивая сок, продолжил:
— У меня тоже не самые приятные воспоминания. Левую ногу я потерял из-за субельцев. В детстве я случайно столкнулся с одним из них, и он швырнул меня на проезжую часть. В этот момент грузовик, гружёный солью, переехал мне ногу. Хрупкие кости и плоть ребёнка не выдержали. Полиция даже не стала толком расследовать тот случай. Я был просто беззащитным истарикским ребёнком.
Он потёр глаза, словно они слезились.
— Поэтому мы с Анетт ненавидим Империю Субельц. Вы, молодёжь, не знаете, каково это — жить в колонии. Это... очень горько. Ах, Демиан, ты, наверное, понимаешь.
Эшер повторил, словно заклинание:
— Империя Субельц, и эти аристократы, которые были их прихвостнями и до сих пор важничают, — хоть бы они все сдохли.
Повисла тишина. Демиан с недоумением посмотрел на Эшера.
— Господин Эшер, почему вы так разговорились? На вас не похоже...
В его голосе не было осуждения, только искреннее любопытство. Эшер задумался.
— И правда, почему я сегодня такой разговорчивый?
Он уткнулся носом в свой стакан с соком и принюхался. Затем, нахмурившись, выпил его и пробормотал:
— Анетт, чёрт бы её побрал, подмешала мне в сок алкоголь...
Он встал, покачиваясь.
— Пойду-ка я спать.
Он отказался от помощи Демиана и, шатаясь, поднялся по лестнице. Кейси, глядя ему вслед, пробормотал:
— Интересно.
Он улыбнулся Лилиане.
— Похоже, здесь будет весело, Лилли.
— Кстати, брат, у меня к тебе много вопросов...
Лилиана хотела задержать его, не зная, насколько он готов отвечать. Но Кейси был не в том состоянии, чтобы продолжать разговор. Скривившись, его вырвало. Демиан и Лилиана, с каменными лицами, уложили Кейси в постель и молча убрали за ним.
***
— Ох, ну и переполох. Не для того всё это затевалось, — проворчала Лилиана, вытирая пот со лба, когда они вышли, убедившись, что Кейси больше не тошнит.
— Лилиана, — тихо позвал Демиан.
Пара голубых глаз спокойно посмотрела на него. Он беззвучно улыбнулся.
— Я скучал.
— По чему?
От неожиданного вопроса Лилиана приподняла бровь. Демиан, не отвечая, сказал другое:
— Боялся, что не смогу уснуть, если не скажу этого сейчас...
Лилиана заметила, что его лицо, хотя он и не пил, раскраснелось. Он провёл по нему правой рукой, несколько раз открыл рот, но, так и не вымолвив ни слова, проглотил всё, что хотел сказать.
Между ними повисло неловкое молчание. Лилиана, озадаченная, смотрела на него.
— И... простите за сегодняшнее утро, — наконец выдавил он.
Лилиана тихо рассмеялась.
— Демиан, ты сегодня какой-то странный.
— Странный?
— Ага, очень.
Похоже, она была готова списать его странное поведение на что-то другое. Демиан вздохнул с облегчением.
— Ладно, прощаю. В конце концов, ты помог мне присмотреть за братом, чтобы он не натворил глупостей.
— Спасибо.
Лицо Демиана просветлело, но краснота не уходила.
— Демиан, ты точно в порядке? У тебя лицо красное...
