— Я спросил, можно ли вас поцеловать.
— Т-ты что такое говоришь?!
— Нельзя?
— Если я скажу «нельзя», ты не станешь?
— ...То есть нельзя?
— Ах, нет!
— Почему? Лилли поцеловала меня, даже не спросив. Меня поцеловали без моего согласия, а я хотя бы спрашиваю разрешения. И вы говорите, что нельзя? Вам не кажется это несправедливым?
Он опять вспомнил тот поцелуй на яхте. У него действительно была длинная память на обиды.
— Что?! Если ты так ставишь вопрос…! Ну, то, что я сделала это самовольно, действительно было неправильно…!
— Не нужно извиняться. Мне понравилось.
От такой наглости Демиана Лилиана потеряла дар речи. Тем временем его лицо приблизилось.
— Так нельзя?
— Здесь же парк, вокруг люди…! И вообще, почему ты заговорил о поцелуях именно сейчас?
Лилиана отвернулась, избегая его взгляда.
— Потому что… я хочу, чтобы мы стали теми, кто так делает. И здесь тихий уголок, люди сюда редко заходят. Посмотрите — никого нет.
— Как ты можешь говорить такое?
Пока Лилиана оглядывалась, проверяя, действительно ли никого нет, Демиан обнял её за талию одной рукой:
— Я люблю вас, Лилли.
Он коротко поцеловал тыльную сторону её ладони и продолжил:
— Я люблю вас так сильно, что словами не выразить.
Демиан говорил о любви спокойно, но его лицо пылало. И Лилиана выглядела не лучше.
— Я тоже!
Лилиана ответила громче, чем планировала. Осознав это, она смутилась и на мгновение замолчала. Затем, опустив взгляд, продолжила:
— Я тоже очень-очень люблю тебя, Демиан. Я хотела сказать это как можно скорее, но не было возможности, поэтому…
Но Лилиана не успела договорить.
Её слова, вместе с дыханием, были поглощены его губами. Лилиана невольно широко раскрыла глаза.
Одной рукой он обвивал её талию, а другой запутался в её волосах, поддерживая затылок.
Демиан, который умудрился поцеловать её так, как хотел, сначала смутил Лилиану. Но когда он прижался к ней, ею овладело первобытное желание.
Приняв ситуацию, она действовала естественно.
Она медленно обвила руками его шею. Его объятия стали крепче.
— Ха…
Этот поцелуй нельзя было назвать умелым, но и неуклюжим он не был. Лилиана всё больше прижималась к нему.
Демиан чувствовал себя так, будто пробовал самый сладкий плод в мире. От её запаха и губ исходил приторный аромат.
Он удивлялся тому, что он, не любивший сладкое, так жадно ищет этот вкус. Когда он наклонил её голову, её прерывистый вздох казался невероятно сладким.
Сколько это длилось? Время то ускорялось, то замедлялось, когда Демиан легонько лизнул её нижнюю губу и отстранился.
— ...
— ...
Они сидели молча, оба с пылающими лицами, избегая смотреть друг на друга.
Демиан покосился на Лилиану, и она тоже взглянула на него — их взгляды встретились.
Лилиана, не выдержав неловкости, заговорила:
— З-значит, с этого момента мы те, кто… так делает…
— Мы стали теми, кто так делает?
— Что? Ты же сам сказал! Что хочешь стать тем, кто так делает! Вот, теперь мы те, кто так делает!
— Не могли бы вы определить это точнее? Даже не вполне здоровые отношения могут подразумевать такие вещи.
— Здоровые, нормальные, встречающиеся! Ты — мой парень! А я — твоя девушка! Всё ясно?!
Лилиана, вся красная от смущения, резко отвернулась. Ей казалось, что только она чувствует себя неловко, и она не хотела показывать своё пылающее лицо.
Но со стороны Демиана тоже не было ни звука. Она украдкой взглянула на него — он закрыл лицо обеими руками.
Сквозь пальцы виднелась покрасневшая кожа. Лилиана была в шоке от этой картины.
— Т-то есть мы договорились об этих отношениях?
— ...
Демиан перевёл взгляд на неё. Их взгляды встретились — и снова повисла тишина.
Он не стал тянуть с ответом, просто кивнул. Лилиана изо всех сил пыталась сдержать расползающуюся улыбку.
Демиан всё ещё закрывал лицо руками, не в силах смотреть на неё прямо.
Лилиана, раздражённая этим, схватила его за запястья и отняла от лица:
— Ах, да перестань, покажи лицо.
Убрав руки, Демиан нахмурился: брови сведены, губы сжаты.
Лилиана на мгновение растерялась, подумав, что ему что-то не нравится. Но Демиан отстранился и оправдался:
— Нет, просто… простите. Я не могу контролировать выражение лица… Я боялся, что выгляжу как дурак.
То есть он намеренно хмурился, чтобы скрыть расплывающуюся от счастья улыбку.
Лилиана нашла это одновременно нелепым и милым.
Когда Демиан снова попытался закрыть лицо руками, Лилиана схватила его за запястья и не отпускала.
— Ах. Лилли, ну пожалуйста…!
Демиан взмолился, а затем уткнулся лицом в её плечо. От его внезапного прикосновения Лилиана на мгновение застыла.
Но затем она рассмеялась, поняв его отчаянное желание не показывать лицо.
— Что ты так смущаешься? И что ты там за такое грандиозное выражение лица прячешь?
Вместо ответа Демиан только глубже зарылся в её объятия.
— Потому что я хочу выглядеть круто в ваших глазах.
— Я и так знаю, какой ты крутой, Демиан. Так что можешь иногда выглядеть как дурак — я не разочаруюсь. Наш Демиан такой красивый и способный…
— Мне не нравится, когда вы так со мной обращаетесь!
Демиан невольно отстранил её и запротестовал. Лилиана на мгновение удивилась, а затем рассмеялась:
— Ты хочешь сказать, что тебе не нравится, когда я обращаюсь с тобой как с ребёнком?
Демиан, всё ещё красный, отвёл взгляд. Лилиана снова рассмеялась, затем привалилась к его плечу:
— Ну и что? Как приятно знать, что ты будешь рядом.
Демиан обнял её за плечи и пробормотал:
— Даже если причина быть рядом — не любовь, мне всё равно. Я буду с вами в любой роли.
— Мне нравится это.
Лилиана довольно рассмеялась. Демиан улыбнулся в ответ, а затем внезапно вспомнил:
— Кстати, я всё хотел спросить, но не было времени. Кто был тот тип?
— Какой тип?
Лилиана моргнула. Демиан с явным раздражением повторил:
— Тот, кого вы любили. Где он и что делает? Раз вы вернули память, вы должны вспомнить и о нём.
Демиан ворчал. Лилиана внезапно расхохоталась, так сильно, что хлопала его по плечу.
Лилиана, которая не сразу ответила, наконец заговорила:
— Это был лейтенант Макард!
