Между спорящими Эшером и Анетт протиснулась Лилиана.

— Господин Эшер, успокойтесь, пожалуйста…

Эшер холодно посмотрел на неё и тихо сказал:

— Я абсолютно спокоен.

По сравнению с тем, что было пять секунд назад, разница была разительной. Лилиана растерялась.

— Почему вы вдруг так резко переменились?

— Ты просила успокоиться — я успокоился. Теперь я могу увидеть Шарлотту Шелбир?

Эшер выглядел действительно хладнокровным, поэтому Анетт, хоть и с сомнением, достала из кармана ключ и отперла замок.

Когда дверь открылась, Шарлотта, которая листала оставленную Кейси книгу, уставилась на них широко раскрытыми глазами. Двое незнакомцев, и у одного из них был очень холодный взгляд. Она невольно попятилась в глубь комнаты.

— Шарлотта Шелбир? — тихо позвал Эшер.

Шарлотта вздрогнула и рефлекторно ответила:

— Да?

Эшер вошёл в комнату, внезапно схватил её за подбородок и повертел головой из стороны в сторону.

— Эшер! — возмутилась Анетт.

Демиан, поспешивший за ним, перехватил его руку.

— Не надо, — сказал он.

Но Эшер оттолкнул Демиана, внимательно оглядел Шарлотту и коротко выдохнул:

— Ха. Похоже, это действительно Шарлотта Шелбир.

— Д-да… — робко ответила Шарлотта.

Эшер без лишних слов развернулся и вышел. Все немного растерялись.

— Шарлотта, господин Эшер просто немного взволнован, ты уж прости, — сказала Лилиана как можно мягче.

Но лицо перепуганной Шарлотты не прояснилось.

— Прости, Шарлотта. У него плохой характер. Не принимай на свой счёт, — даже Анетт извинилась перед ней.

Взгляд, которым Эшер оглядел Шарлотту, был ей непривычен. У него и правда был отвратительный характер, но прежде она не видела, чтобы он так смотрел на людей.

— Ну… мы пойдём. Отдыхай, — Кейси, смеясь, вытолкал всех.

Шарлотта с ошеломлённым видом смотрела, как они уходят.

Когда Демиан вышел в гостиную, Эшер уже сидел на диване, скрестив ноги. Он был неестественно спокоен.

— Господин Эшер? — осторожно позвал Демиан.

Эшер перевёл на него взгляд.

— И каковы ваши дальнейшие планы? — спросил он.

Все переглянулись. Первой заговорила Лилиана:

— Мы планируем оставить Шарлотту у себя, пока ситуация не успокоится.

— Какая ситуация?

— Как я уже говорила, маркиз Зюдэн пытается нас использовать. Сейчас, когда Шарлотта исчезла, у них не будет времени строить козни…

— Думаешь, всё так просто?

— Нет, не просто, — признала Лилиана. — Но Шарлотту просто используют, ей всего тринадцать. Я считаю, что у неё должен быть шанс выбрать свою жизнь.

— Наивно, — цокнул Эшер. — Знаешь, почему убили Веронику Шелбир? Потому что она была взрослой? Нет, потому что она была Шелбир. Дело не в возрасте. Раз Вероники нет, Шарлотта Шелбир — последний потомок королевской семьи. Поэтому её…

Он снял очки, потёр глаза и закончил:

— …надо убить.

— Нет, — твёрдо сказала Лилиана.

Но Эшер настаивал:

— Знаешь, как проще всего решить вашу проблему с маркизом Зюдэном и Сителлом Лурианцем? Для начала избавиться от Шарлотты Шелбир.

— Я понимаю, но не буду использовать этот метод.

— Почему?

— Даже если это трудно и долго, я предпочту правильный путь.

— Ах, значит, убить Шарлотту Шелбир — неправильный путь? — съязвил Эшер.

Анетт вспылила:

— Ты ничего не делаешь для Лилли и Кейси, но указываешь?!

— Потому что меня в это втянули!

— Извини, что так вышло, но что сделано, то сделано. Ты знаешь всю подноготную, но остаёшься в этом доме. Если не хочешь ввязываться, поживи пока в своей мастерской. Когда здесь всё устаканится, вернёшься. Я не буду брать с тебя арендную плату за год. Если хочешь, могу даже заплатить неустойку — иди в гостиницу.

Эшер открыл было рот, но только цокнул, поправил очки и проворчал:

— Делайте, что хотите. Мне всё равно.

Он встал и, ворча, поднялся наверх.

Лилиана с недоумением смотрела ему вслед.

— Почему господин Эшер, будучи таким недовольным, не уходит? Он ведь не помогает нам активно.

— Я тоже его не понимаю. Ему было бы проще уйти, и всем стало спокойнее. Я перед ним немного виновата. Пожалуй, действительно не буду брать с него аренду за год, — с сожалением сказала Анетт.

Тильман, который всё это время стоял в стороне, откашлялся, снял шляпу с вешалки и сказал:

— Я, кажется, всё сказал. Тогда пойду.

— Ах, спасибо, что зашли, господин Тильман.

— Не стоит. Если проблемы у Анетт, я обязан помогать. Я многим обязан семье Виллойе.

Тильман вспомнил дни в движении за независимость. Анетт горько усмехнулась.

Он поклонился и вышел в прихожую. Демиан последовал за ним.

— Я провожу. В такой ситуации не хватало, чтобы за вами следили…

— А, благодарю. Информатор под слежкой — забавно, — усмехнулся Тильман.

Они вышли из дома, сели в лифт. С грохотом тросов лифт поехал вниз. Демиан тихо спросил:

— Вы слышали?

— Да, — прищурился Тильман.

— Эшер Оллон знает, что Вероника Шелбир мертва.

— Откуда? Убийство ещё не попало в прессу, — заметил Тильман.

— Верно. Остатки «Рыцарей Кампера» заняты тем, что заметают следы, и скрывают известие о смерти Вероники. Вы рассказали нам об этом. И даже если бы кто-то просочил эту новость, её бы замяли. В наше время мало кто интересуется королевской семьёй Шелбир.

— Вы говорили, что проверили Эшера Оллона?

— Только базовую информацию. Он жил здесь до того, как всё началось с мисс Лилианой, так что я не счёл его опасным.

— Я тоже не думаю, что он может нам навредить. У него было много возможностей, но ничего не случилось. Однако…

Глаза Демиана сверкнули.

— Та агрессия, что он проявил сейчас… у обычного человека не может быть такой убийственной ауры. Она бывает у тех, кто прошёл военную подготовку, кто участвовал в реальных боях…

Демиан помассировал затылок и продолжил:

— Меня беспокоит, что обычно Эшер, хоть и раздражительный, был просто обычным нервным человеком. Он никогда не проявлял такой энергии.

Тильман понимающе кивнул. Они вышли из лифта. Демиан проводил его до дороги, поправил волосы.

— Хорошо бы он оказался просто соседом, — сказал он.

— Но он не плохой человек. Мне так кажется, — Тильман ободряюще похлопал его по плечу. — Ладно, я пойду.

— Да, надеюсь, хвоста нет.

Демиан проводил взглядом удаляющегося Тильмана и поднял глаза на дом.

Всё же откуда Эшер знает секреты дома Анетт? Очевидно, он что-то скрывает.