Контент удален!

— Кха… кха…

С каждым выдохом Лилианы изо рта вырывалось пламя. Её голубые глаза светились слишком ярко.

— Лилли…!

Паска растерянно окликнула её, но ответа не последовало. Лилиана была без сознания.

Она поднялась, вся охваченная огнём, и медленно направилась к Сителлу. Путь ей преградили големы Дороти.

Из тела Лилианы вырвалась ослепительная, почти синяя вспышка. Жар, исходивший от неё, заставил даже Кейси поморщиться.

Такой температуры Кейси никогда не достигал — он опасался, что его человеческая часть не выдержит. Но Лилиана, почти полностью человек, не могла выдержать такого жара. Все были в растерянности.

— Лилли, прекрати!

— Твоё тело не выдержит этой силы! Лилиана Канель!

Големы, принявшие на себя прямой удар жара, начали плавиться.

Температура превысила предел, который могла выдержать магия. У големов не было шанса.

Но и тело Лилианы тоже достигло своего предела.

Все големы обратились в пепел. Однако сила Лилианы всё ещё бушевала.

— А-а-а-а!

Лилиана закричала от боли. Это был не просто физический крик — из неё вырывалась душевная мука.

«Все в опасности. Из-за меня… Всё из-за меня!»

От этих мыслей Лилиана не могла остановиться. Вернее, она просто не знала, как подавить эту силу, когда та вышла из-под контроля.

Когда все её големы исчезли, Сителл цокнул языком. Затем тихо позвал своего спутника:

— Джеффри.

Из темноты вышел мужчина. Он был не похож на бойца — одет в опрятный фрак.

— Да, господин Сителл.

Джеффри поклонился. Сителл вздохнул:

— На сегодня отступим.

— Что? Почему?

Джеффри широко раскрыл глаза. Сителл указал подбородком на Лилиану:

— Если так продолжится, она умрёт. Если она умрёт, тебе тоже будет нелегко, верно? Наша цель — захватить Лилиану Канель и обеспечить её безопасность, а не убивать. К тому же все мои големы уничтожены, и я больше ничего не могу сделать.

— Ах…

Джеффри вздохнул.

— Мы же только что нашли её. Но мы действительно можем уйти?

— С ними алхимик. Он знает, что делать.

— Придётся смириться.

Джеффри, искренне сожалея, кивнул:

— Хорошо. Возможность ещё будет. Вот только не знаю, как объяснить это маркизу.

Сителл взмахнул посохом, и в воздухе открылся портал. Он пропустил Джеффри вперёд, а затем шагнул следом.

— Мерзавец!

Кейси заскрежетал зубами, глядя, как Сителл трусливо сбегает, оставив за собой хаос. Сителл, прежде чем исчезнуть, мельком взглянул на них. Проигнорировав Кейси, он скрылся в портале.

Паска не знала, радоваться ли или всё ещё отчаиваться. Она подошла к Лилиане.

— Лилли! Успокойся, Лилли!

Но никакой голос не достигал её.

Кейси шагнул вперёд, схватил Лилиану за руку и другой рукой надавил ей на грудь, пытаясь подавить её силу своей энергией.

Но вопреки его ожиданиям, энергия Лилианы смешалась с его собственной и начала перетекать в него. Сила, которую её маленькое тело не могло вместить, хлынула в него, ища больший сосуд.

Кейси поспешно отступил. Если бы контакт продлился дольше, он мог бы забрать всю энергию Лилианы. Как это случилось, когда им было по десять лет.

— Отойди, Кейси.

— Отец!

Маркус, кашляя и тяжело дыша, почти ползком добрался до Лилианы.

— Отец, ты как?

Кейси посмотрел на рану отца, из которой всё ещё сочилась тёмно-красная кровь. Нож всё ещё торчал из живота Маркуса, и кровь капала с рукояти. Он выглядел так, будто мог умереть в любой момент.

— Так… не получится…

Маркус слабо прошептал и достал из-за пазухи несколько камней духов. Не колеблясь, он схватил Лилиану. В тот же миг его рука, коснувшаяся Лилианы, вспыхнула.

— Отец!

Кейси попытался оттащить Маркуса, но тот, стиснув зубы, уложил Лилиану на землю и положил камни духов ей на грудь.

Затем он вырвал нож из своего живота. Из раны хлынула кровь, но Маркус не остановился.

— Паска, будь готова к тому, что будет.

Паска коротко кивнула. Только Кейси изо всех сил пытался оттащить отца.

— Прекрати! Ты умрёшь!

— Лучше умереть отцу, чем дочери.

Твёрдо прошептал Маркус и закрыл глаза. Он поднял нож высоко над головой.

— Пусть мне повезёт!

Маркус вонзил нож прямо в сердце Лилианы. Её огонь вспыхнул ещё сильнее. Но это длилось недолго.

Из камней духов вырвалась энергия четырёх стихий — огня, воды, земли и ветра — и окутала Лилиану. Они постепенно подавляли её пламя и вскоре погасили его окончательно.

— Кха!

Едва дыша, Лилиана глубоко выдохнула и закрыла глаза.

Это было 6 марта 1879 года, на рассвете. То, что вспомнила Лилиана.

***

Лилиана снова рухнула на колени. На коленях была грязь, но ей было всё равно. Она подняла взгляд на сгоревший дом и провела пальцами по лицу.

— Ах… у-у…

Из её горла не вырывалось ни слова. Крупные слёзы катились по щекам.

— Папа…

Лилиана начала рыдать.

— У-у-у… папа…

Она вспомнила. Лицо отца в последний раз. Как он умер.

— А-а-а-а!

Лилиана снова и снова кричала. Сердце словно горело в огне, обжигая изнутри.

— Что же мне делать… Что мне теперь делать?

Она долго била кулаками по земле, рыдая. Когда силы почти иссякли, она подняла взгляд, полный ярости.

— Я не останусь в стороне.

Её лицо, сжатое в оскале, было мрачнее и свирепее, чем когда-либо. Она так изменилась, что её нельзя было узнать — та, кто всегда улыбалась.

— Я не прощу тех, кто сделал это с нами.

Крик Лилианы разнёсся над землёй и небом.

***

Когда Кейси и Солейер нашли Лилиану, она сидела босиком, вся в грязи, с лицом, мокрым от слёз, перед сгоревшим домом.

Сначала Кейси подумал, что кто-то развёл большой костёр. Но, приглядевшись, он увидел Лилиану, окружённую огнём. Кейси в ужасе спрыгнул с посоха Солейер и бросился к ней.

— Лилли!

Лилиана с пустым взглядом уставилась на брата.

— Брат.

— Лилли, ты в порядке?! Что с огнём?

Кейси схватил её за плечи и осмотрел с ног до головы. Лилиана медленно покачала головой:

— Не знаю. Я не могла контролировать силу, поэтому выпускала её хоть как-то.

— Это не из-за усиления магии. Это чистая сила Лилианы, запечатанная в человеческом теле. Похоже, магическое кольцо защищает её тело.

Услышав слова Солейер, Кейси в замешательстве посмотрел на сестру.

Убедившись, что на её теле нет видимых ран, Кейси обнял её.

— Сначала успокойся. Потуши этот огонь. Когда успокоишься, сможешь контролировать его.

Лилиана, чувствуя, как брат гладит её по спине, выровняла дыхание. Но её гнев и печаль не утихли полностью.