Дороти выглядела как милая девочка, а её поведение и голос ничем не отличались от мольбы о пощаде настоящего человека. Демиан слишком часто видел такое на поле боя.
Поэтому он лучше других понимал, насколько человечными были её действия.
Но не Кейси.
Кейси прошёл мимо явно колеблющегося Демиана, подбежал к Дороти и с размаху ударил её ногой в грудь, сбив с ног.
— А-а-а-а!
Дороти закричала и опрокинулась навзничь. Кейси обернулся к Демиану и резко бросил:
— Это притворство. Не слушай.
Затем он выхватил армейский нож, висевший на поясе Демиана, и без колебаний вспорол Дороти грудь.
— А-а-а-а! Нет! Больно! Не надо! А-а-а-а-а!
Пока Дороти дрыгала руками и ногами, сопротивляясь, Демиан, наконец опомнившись, схватил её за руки, чтобы обездвижить. Кейси, сидевший на ней верхом, действовал безжалостно.
Он разворотил ей грудную клетку, нашарил что-то внутри, сжал и вырвал.
Дороти мгновенно обмякла, словно марионетка с перерезанными нитями. В руке Кейси был магический камень, слабо мерцающий.
В ладони Кейси вспыхнуло пламя — огонь охватил камень. Он горел до тех пор, пока тот не превратился в чёрный пепел. Кейси стряхнул его.
Демиан наконец выдохнул, чувствуя, как напряжение отпускает. Он огляделся: из-за выстрелов, шума борьбы и криков вокруг собрались зеваки.
Пришлось выстрелить в воздух. Кто-то из наблюдателей испуганно взвизгнул. Демиан намеренно грубым голосом бросил:
— Насмотрелись? Проваливайте.
От его угрозы люди бросились врассыпную. Кейси тихонько присвистнул.
— Демиан, у тебя это хорошо получается. Я вечно только и успеваю, что удирать. А если эти люди заявят в полицию?
— Не волнуйся, — холодно усмехнулся Демиан. — В таких местах смерть девчонки — не событие. Даже если полиция придёт, они ничего не сделают.
Он чувствовал себя мерзко, несмотря на свои слова.
— К тому же мы сейчас уничтожим улики. Сжечь ведь можно? Она уже мёртвая.
— Ага, — кивнул Кейси, и Демиан указал на тело Дороти. Когда его огонь охватил голема, Демиан спросил:
— Это ведь тоже голем?
— Да.
— Что значит «тип Дороти»?
— Голем, который выглядит так.
Демиан склонил голову.
— Есть ещё големы, которые выглядят так же?
— Да. У Сителла големы разных видов — вороны, другие животные, даже люди. Он в этом силён. Но тип «Дороти» среди них особенный.
Кейси убедился, что Дороти превратилась в пепел, отряхнулся и встал.
— Их создали, чтобы противостоять мне. Девочка с серебристыми кудрявыми волосами и красными глазами. Всё тело покрыто магией термостойкости, а магический камень невозможно разбить ударом извне — его нужно вырывать, вспарывая грудь. Я силён в дистанционном бое — атака огнём и контроль расстояния, но в ближнем бою уязвим. Для меня эти големы — настоящее наказание.
— Почему «Дороти»? — спросил Демиан.
— Не знаю. Она сама назвала себя Дороти.
— Хм… Ладно. Если с уликами всё, уходим отсюда.
Пока переполох не разразился, Демиан увёл Кейси в переулки. Дорогой домой Кейси продолжил объяснения:
— Когда на нас напали в Эденполне, там было сразу десять Дороти. Мы тогда здорово пострадали. Сегодня была всего одна — и то хорошо.
— Но если Сителл хочет поймать тебя или нам навредить, почему бы ему не делать больше големов? Почему здесь был только один Дороти?
— Големов не так просто создавать и управлять ими.
Кейси отмахнулся.
— Даже у Сителла есть предел тому, сколькими он может управлять одновременно. Големы действуют на магической силе мага, который ими повелевает. Чтобы управлять несколькими, нужно, соответственно, больше маны. Если мана мага не бесконечна, количество големов, которыми может управлять один человек, не так уж велико.
— И сколько же их может быть?
— Не знаю. Когда напали на нас в Эденполне, было десять типа Дороти. Плюс волчьи… несколько. Не помню точно, но не так много. Судя по тому, что больше того количества они не появлялись, видимо, это его предел. А големы вроде Дороти, прокачанные магией, потребляют ещё больше маны. Поэтому тип «Дороти» попадается нечасто.
Демиан перевёл дух с облегчением.
— Даже с таким, если хорошо подготовиться, человек десять, наверное, одолеть можно. А то я сперва испугался.
— Чего?
— Если бы големов можно было создавать в неограниченном количестве, вышла бы бесконечная армия. Не нужно бы их кормить, они не устают, беспрекословно подчиняются приказам, — Демиан покачал головой. — Даже представить страшно.
— В любом случае, Сителл не всемогущ. Если будешь хорошо действовать, сможешь его одолеть.
— Постараюсь.
Он и не хотел создавать себе лишнюю нагрузку, но от слов Кейси почувствовал давление и усмехнулся.
— И ещё — не ведись на их уловки, — строго сказал Кейси, покачивая указательным пальцем. — Ты сейчас повелся. Эти её причитания, мольбы, жалобный вид — всё это игра, всего лишь поведенческий шаблон, запрограммированный в магическую формулу. У големов нет души. Просто куклы, двигающиеся по воле колдуна.
Когда Дороти кричала и умоляла о пощаде, у Демиана перехватило дыхание. Перед глазами вставали ужасные картины войны, и он невольно дрогнул.
На это Кейси ответил с решительным лицом:
— Не жалей вещи.
— Понял, — с трудом кивнул Демиан.
Но даже после слов Кейси крики Дороти не выходили из головы.
Она была милой и хрупкой на вид девочкой, а внешность и повадки — совершенно как у человека. Как ни говори, а убивать такое было тошно.
— В любом случае, мы не ушли с пустыми руками. Уничтожили одну лабораторию Сителла и убили одну Дороти. Хоть на время он будет испытывать трудности с созданием големов…
Кейси выглядел довольным и таким результатом. Демиан и не ожидал поймать самого Сителла, поэтому кивнул.
— Уф, устал. Давай зайдём домой и перекусим, — улыбнулся Кейси, весь перепачканные грязью и пылью.
Демиан, глядя на его просветлённое лицо, усмехнулся.
***
Когда Демиан и Кейси вернулись, Лилиана, не ложившаяся спать и поджидавшая их на диване, тут же вскочила.
— Брат! Демиан! Вы в порядке?
— Да, всё нормально.
Демиан кивнул, но выглядел он довольно неряшливо. Сказалось то, что он катался по грязным улицам в драке с Дороти.
Лилиана смотрела на него с явным недоверием.
— Я… просто упал.
— Врёшь.
Она приблизилась к Кейси и Демиану, ощупала их тела, проверяя, нет ли других ран.
— Да нормально всё… — проворчал Кейси.
Но Лилиана тщательно осмотрела их, убедилась, что серьёзных повреждений нет, и только тогда отошла. Затем указала на лестницу и строго приказала:
— Сначала идите помойтесь, а потом расскажете мне с самого начала, что произошло в том месте, которое указала Солейер.
— Лилиана…
— Что? Если вы опять скажете, что это секрет, я рассержусь.
