Лилиана удивилась, и Кейси объяснил ей:
— Если это маркиз Альберт Джеска, он, возможно, сможет положить конец этой бессмысленной политической борьбе! У него не меньше влияния, чем у маркиза Зюдэна, и, что важно, он республиканец — редкость среди аристократов! Если Демиан переманит на свою сторону маркиза Джеску и тот вмешается…
Но Лилиана с каменным лицом ответила:
— Брат, я понимаю твои чувства. Но я не могу просить Демиана об этом.
Она уже дошла до своей комнаты, но, разговаривая с Кейси, задержалась в коридоре.
— Демиан терпеть не может маркиза Джеску. И маркиз Джеска не из тех, кто станет слушать Демиана только потому, что тот его попросит. Ты же знаешь, какие у них отношения. И всё же Демиан сказал, что, если придётся, он воспользуется маркизом Джеской, даже если это ненавистно ему.
Лилиана провела пальцами по волосам и вздохнула.
— Я наняла Демиана Штерна, а не сына маркиза Джески. Я не могу требовать от него большего, чем он должен.
— Но… — Кейси не хотел сдаваться, но Лилиана покачала головой.
— Давай доверимся Демиану, брат.
Её голос был твёрдым. Кейси, открыв рот, не находил слов. Лилиана вошла в комнату, надеясь отдохнуть, но Кейси упрямо последовал за ней и закрыл дверь.
Лилиана устало посмотрела на него. Он, с видом лёгкого недоумения, сказал:
— Но иногда мне кажется, что ты не относишься к Демиану как к наёмнику.
Лилиана упёрла руки в бока.
— Потому что невозможно переложить на него всю ответственность.
— Я не о том. Ты иногда… ну, ты колеблешься, даже когда дело касается его прямых обязанностей. И постоянно чувствуешь себя виноватой. Почему? Ты платишь ему деньги, ты платишь за его работу. Так почему ты так к этому относишься? Ты можешь просто приказывать ему. А он обязан выполнять. Такова ваша договорённость.
— Демиан — мой друг. Да, я его наняла, но это не значит, что я могу обращаться с ним как угодно.
— Со мной ты так себя не ведёшь, — заметил Кейси.
— Брат — дух, и раны у тебя заживают быстрее, чем у людей. Мне меньше приходится о тебе волноваться. Но Демиан — человек. Он не расходный материал.
— Ты любишь Демиана? — неожиданно спросил Кейси.
Лилиана, ошеломлённая, коротко выдохнула:
— Ха. Не знаю, к чему ты клонишь. Конечно, люблю. Он же друг.
— Ты знаешь, о чём я спрашиваю.
Лилиана нахмурилась.
— С каких пор ты интересуешься такими чувствами, брат? Откуда тебе знать, как я отношусь к Демиану? Ты не настолько проницателен.
— Да. Но ты вела себя так, что даже я, не самый проницательный, заметил.
Лилиана почувствовала, будто её ударили по голове.
— Ты не была такой с Греном… ну, с тем парнем, который был твоим другом два года назад. Ты умела держать дистанцию. Хотя тогда это было оправданно — из соображений безопасности… В общем, я хочу сказать, что ты умеешь любить, но при этом соблюдать границы. Ты не лезешь ко всем подряд.
Кейси, опустив брови, посмотрел на Лилиану.
— Но с Демианом ты так не поступаешь. Когда дело касается его, ты не всегда рациональна. Ты бросаешься ему помогать. Кажется, ты полагаешься на него больше, чем на меня. И в то же время, как ни странно, ты не хочешь на него полагаться. Иногда мне кажется, что не он защищает тебя, а ты — его.
— Как я могу его защищать? Я же ничего не умею.
— Ты даёшь ему опору. Демиан одинок. Он сам по себе, поэтому он шаткий. А ты даёшь ему опору, не даёшь ему упасть.
Кейси почесал голову.
— Конечно, как я и сказал, я плохо разбираюсь в этом, так что могу ошибаться. Если так — извини. Но я видел, как ты относишься к друзьям, и заметил разницу в отношении к Демиану.
Кейси, смущённо глядя на приоткрывшую рот Лилиану, закончил:
— Поэтому… не стоит так сильно его любить. Демиан, конечно, хороший парень, но сейчас я хочу, чтобы ты думала только о своей безопасности. Демиан нанят для этого. И он сам думает только об этом. А если с ним что-то случится? Что тогда? Мы ему за это и платим надбавку за риск. Так что считай это само собой разумеющимся.
С этими словами он хотел уйти в свою комнату, но Лилиана схватила его за рукав.
— Почему ты вдруг заговорил об этом?
— Для меня и Демиана главное — ты. Запомни это. Даже если мы оба останемся целы и невредимыми, если с тобой что-то случится — всё будет бессмысленно.
Лилиана невольно отпустила его рукав. Кейси протянул руку и погладил её по макушке.
— Не люби Демиана слишком сильно. Он — одна из твоих шахматных фигур, которую ты должна использовать. Поняла?
Зрачки Лилианы дрогнули. Она не смогла ответить вслух, но подумала про себя:
«Разве это зависит от меня? Как я могу не думать о том, к кому меня всё время тянет, даже зная, что он любит другую?»
— Но ты же тоже друг Демиана, брат. Как ты можешь такое говорить?
— Потому что я друг, поэтому и говорю.
— Что?
— Я не настолько глуп, чтобы не понимать: Демиан готов пожертвовать собой, чтобы защитить Лилиану. Как друг, я должен помочь ему добиться своего.
Кейси откинул чёлку и пробормотал:
— Это лучшее, что я могу для вас двоих сделать.
Лилиана закусила губу и возразила:
— А что насчёт того, чего хочу я? Раз уж ты так рассуждаешь, ты и Демиан любите меня, поэтому могли бы делать то, что хочу я. И я не прошу ничего грандиозного. Сколько раз мне говорить, что я не хочу, чтобы вы двое из-за меня перенапрягались?
— Решать, перенапрягаемся мы или нет, будешь не ты, Лилли.
Лилиана сжала губы и опустила взгляд.
С ним невозможно спорить — всегда получается так. Она перестала возражать, подошла и крепко обняла его.
— Лилли, ты плачешь? — слегка растерявшись, спросил Кейси, тыкая её пальцем в плечо.
Но Лилиана, уткнувшись лицом в его грудь, лишь покачала головой.
— Ты очень плаксивая, Лилли.
Кейси обнял её в ответ. Лилиана сжала объятия сильнее. Ей была противна её собственная слабость. Она тоже не хотела, чтобы дорогие ей люди страдали.
Но она не могла, подобно Кейси или Демиану, просто сказать им: «Доверьтесь мне». Это было так обидно и так грустно, что она ещё долго не отпускала Кейси.
