Лилиана удивилась, и Кейси объяснил ей:

— Если это маркиз Альберт Джеска, он, возможно, сможет положить конец этой бессмысленной политической борьбе! У него не меньше влияния, чем у маркиза Зюдэна, и, что важно, он республиканец — редкость среди аристократов! Если Демиан переманит на свою сторону маркиза Джеску и тот вмешается…

Но Лилиана с каменным лицом ответила:

— Брат, я понимаю твои чувства. Но я не могу просить Демиана об этом.

Она уже дошла до своей комнаты, но, разговаривая с Кейси, задержалась в коридоре.

— Демиан терпеть не может маркиза Джеску. И маркиз Джеска не из тех, кто станет слушать Демиана только потому, что тот его попросит. Ты же знаешь, какие у них отношения. И всё же Демиан сказал, что, если придётся, он воспользуется маркизом Джеской, даже если это ненавистно ему.

Лилиана провела пальцами по волосам и вздохнула.

— Я наняла Демиана Штерна, а не сына маркиза Джески. Я не могу требовать от него большего, чем он должен.

— Но… — Кейси не хотел сдаваться, но Лилиана покачала головой.

— Давай доверимся Демиану, брат.

Её голос был твёрдым. Кейси, открыв рот, не находил слов. Лилиана вошла в комнату, надеясь отдохнуть, но Кейси упрямо последовал за ней и закрыл дверь.

Лилиана устало посмотрела на него. Он, с видом лёгкого недоумения, сказал:

— Но иногда мне кажется, что ты не относишься к Демиану как к наёмнику.

Лилиана упёрла руки в бока.

— Потому что невозможно переложить на него всю ответственность.

— Я не о том. Ты иногда… ну, ты колеблешься, даже когда дело касается его прямых обязанностей. И постоянно чувствуешь себя виноватой. Почему? Ты платишь ему деньги, ты платишь за его работу. Так почему ты так к этому относишься? Ты можешь просто приказывать ему. А он обязан выполнять. Такова ваша договорённость.

— Демиан — мой друг. Да, я его наняла, но это не значит, что я могу обращаться с ним как угодно.

— Со мной ты так себя не ведёшь, — заметил Кейси.

— Брат — дух, и раны у тебя заживают быстрее, чем у людей. Мне меньше приходится о тебе волноваться. Но Демиан — человек. Он не расходный материал.

— Ты любишь Демиана? — неожиданно спросил Кейси.

Лилиана, ошеломлённая, коротко выдохнула:

— Ха. Не знаю, к чему ты клонишь. Конечно, люблю. Он же друг.

— Ты знаешь, о чём я спрашиваю.

Лилиана нахмурилась.

— С каких пор ты интересуешься такими чувствами, брат? Откуда тебе знать, как я отношусь к Демиану? Ты не настолько проницателен.

— Да. Но ты вела себя так, что даже я, не самый проницательный, заметил.

Лилиана почувствовала, будто её ударили по голове.

— Ты не была такой с Греном… ну, с тем парнем, который был твоим другом два года назад. Ты умела держать дистанцию. Хотя тогда это было оправданно — из соображений безопасности… В общем, я хочу сказать, что ты умеешь любить, но при этом соблюдать границы. Ты не лезешь ко всем подряд.

Кейси, опустив брови, посмотрел на Лилиану.

— Но с Демианом ты так не поступаешь. Когда дело касается его, ты не всегда рациональна. Ты бросаешься ему помогать. Кажется, ты полагаешься на него больше, чем на меня. И в то же время, как ни странно, ты не хочешь на него полагаться. Иногда мне кажется, что не он защищает тебя, а ты — его.

— Как я могу его защищать? Я же ничего не умею.

— Ты даёшь ему опору. Демиан одинок. Он сам по себе, поэтому он шаткий. А ты даёшь ему опору, не даёшь ему упасть.

Кейси почесал голову.

— Конечно, как я и сказал, я плохо разбираюсь в этом, так что могу ошибаться. Если так — извини. Но я видел, как ты относишься к друзьям, и заметил разницу в отношении к Демиану.

Кейси, смущённо глядя на приоткрывшую рот Лилиану, закончил:

— Поэтому… не стоит так сильно его любить. Демиан, конечно, хороший парень, но сейчас я хочу, чтобы ты думала только о своей безопасности. Демиан нанят для этого. И он сам думает только об этом. А если с ним что-то случится? Что тогда? Мы ему за это и платим надбавку за риск. Так что считай это само собой разумеющимся.

С этими словами он хотел уйти в свою комнату, но Лилиана схватила его за рукав.

— Почему ты вдруг заговорил об этом?

— Для меня и Демиана главное — ты. Запомни это. Даже если мы оба останемся целы и невредимыми, если с тобой что-то случится — всё будет бессмысленно.

Лилиана невольно отпустила его рукав. Кейси протянул руку и погладил её по макушке.

— Не люби Демиана слишком сильно. Он — одна из твоих шахматных фигур, которую ты должна использовать. Поняла?

Зрачки Лилианы дрогнули. Она не смогла ответить вслух, но подумала про себя:

«Разве это зависит от меня? Как я могу не думать о том, к кому меня всё время тянет, даже зная, что он любит другую?»

— Но ты же тоже друг Демиана, брат. Как ты можешь такое говорить?

— Потому что я друг, поэтому и говорю.

— Что?

— Я не настолько глуп, чтобы не понимать: Демиан готов пожертвовать собой, чтобы защитить Лилиану. Как друг, я должен помочь ему добиться своего.

Кейси откинул чёлку и пробормотал:

— Это лучшее, что я могу для вас двоих сделать.

Лилиана закусила губу и возразила:

— А что насчёт того, чего хочу я? Раз уж ты так рассуждаешь, ты и Демиан любите меня, поэтому могли бы делать то, что хочу я. И я не прошу ничего грандиозного. Сколько раз мне говорить, что я не хочу, чтобы вы двое из-за меня перенапрягались?

— Решать, перенапрягаемся мы или нет, будешь не ты, Лилли.

Лилиана сжала губы и опустила взгляд.

С ним невозможно спорить — всегда получается так. Она перестала возражать, подошла и крепко обняла его.

— Лилли, ты плачешь? — слегка растерявшись, спросил Кейси, тыкая её пальцем в плечо.

Но Лилиана, уткнувшись лицом в его грудь, лишь покачала головой.

— Ты очень плаксивая, Лилли.

Кейси обнял её в ответ. Лилиана сжала объятия сильнее. Ей была противна её собственная слабость. Она тоже не хотела, чтобы дорогие ей люди страдали.

Но она не могла, подобно Кейси или Демиану, просто сказать им: «Доверьтесь мне». Это было так обидно и так грустно, что она ещё долго не отпускала Кейси.