— Если дух, то возможно? — переспросил Демиан.
— Духи — это сама природа, поэтому они очень чувствительны к изменениям законов природы. Они могут заранее определить мощность магии и понять, на какой магической формуле она основана. Думаю, поэтому он так и сказал.
Демиан вспомнил, как Кейси заранее заметил ворона-голема Сителла, и кивнул.
— Вернусь домой — спрошу у него.
— Хорошо. Кстати, что-нибудь ещё о Сителле узнал?
Демиан выложил Солейер информацию, полученную от Флимена. Она слушала, кивая, а затем склонила голову набок.
— Создаёт голема, точь-в-точь похожего на покойную дочь?
— Да, лицо копия его дочери. И имя то же…
Лицо Солейер мрачно исказилось.
— Неужели он пытается использовать магию, чтобы воскресить дочь?
— Воскресить? — Демиан моргнул.
Солейер не ответила сразу, а, скрестив руки, задумалась. Демиан терпеливо ждал. Минут через десять она резко подняла голову.
— Возможно, это и есть его цель. Удовлетворится ли он созданием голема? Я так не думаю.
— Извините, госпожа Солейер, я не совсем понимаю.
— Как бы ни был похож на человека, у голема нет души. Он движется за счёт магического камня, который формирует подобие духовного тела. У него нет ни чувств, ни разума — это всего лишь кукла. И ты думаешь, что отец, создавший куклу вместо дочери, — это нормально?
Солейер посмотрела на Демиана и криво усмехнулась.
— Ты считаешь нормальным, что отец довольствуется бездушной куклой вместо дочери?
Демиан приоткрыл рот.
— Если он хотел видеть, как его мёртвая дочь двигается и говорит, разве его желание не возрастёт? А он ведь маг.
Чем дольше говорила Солейер, тем мрачнее становилось лицо Демиана.
— Но, госпожа Солейер, разве магия может воскрешать мёртвых? — спросил он с недоверием.
Солейер решительно покачала головой.
— Нет. Никакая магия не может воскресить мёртвого.
— Тогда почему вы…
— Но создать новое живое существо — можно. Без использования размножения.
Демиан склонил голову набок.
— Однако это самая опасная магия из разрушающих законы природы. Маги имеют право модифицировать законы природы, но только в пределах «модификации». А создание новой жизни разрушает законы природы, попирая этику и человечность. Поэтому маги не разрушают законы природы, как и большинство видов разрушительной магии.
— Что вы хотите сказать?
— Если превратить подобие духовного тела, созданное магическим камнем, в настоящую душу и перенести воспоминания умершей дочери, то у Сителла появится новая дочь. Идентичная умершей.
Солейер оперлась локтями о стол и сцепила пальцы.
— Создать новое тело и перенести чужие воспоминания — хоть и сложно, но возможно. А вот превратить подобие души в настоящую — одному не под силу. Уже хотя бы потому, что трудно найти материалы… Но что, если у него есть спонсор?
— Спонсор — маркиз Зюдэн? — спросил Демиан.
— Судя по обстоятельствам — да. Возможно, я ошибаюсь, но это подозрительно, — Солейер пожала плечами и фыркнула. — Других магов не волнует, как именно он исследует големов. Но если он пытается превратить подобие души в настоящую — это уже другая история. Разрушение законов природы недопустимо, и кто-то должен это остановить. Вот почему я должна вмешаться.
Она отпила чай и спросила:
— Итак, когда планируете вылазку?
— Если вы не против, хотелось бы как можно скорее. У вас есть план?
— Плана пока нет, но есть цель — поймать Сителла.
— А вы сможете его поймать? — Демиан вытаращил глаза.
Солейер проглотила чай и ответила:
— Конечно. Ты что думаешь, если мы уничтожим логово и несколько големов, он сам остановится?
— Нет, но…
— Думаю, поймать его будет непросто. Неизвестно, как часто он бывает в логове, а следить за магом практически невозможно. Но сначала надо разведать обстановку. Только найдя улики, мы сможем его поймать, а там уж будем судить.
Она прожевала печенье и продолжила:
— Раз ты хочешь поскорее, может, через пару-тройку дней?
— Ах, тогда лучше на выходные. Лилиана не ходит на занятия…
— Хорошо. Тогда на рассвете тринадцатого числа.
Она назначила дату так же легко, как если бы собиралась на пикник. Демиан растерялся.
— Нам нужно что-то готовить?
— Что вы можете подготовить? — она допила чай и добавила: — Ты, может, и не пригодишься, но Кейси нужен. Возьми его.
Почувствовав себя бесполезным, Демиан помрачнел. «Всё-таки я телохранитель, и големов могу одолеть…»
— Я бы хотел пойти вместе с Кейси, но волнуюсь за Лилиану. Сможет ли она остаться одна?
— Пока она будет дома, с моей магией посторонние не проникнут. Думаю, всё будет нормально.
— Ах, да. Если Лилиана не возражает, я пойду.
— Ладно. Это ненадолго. В конце концов, соперник серьёзный, так что лучше иметь больше сил.
Солейер встала и велела каменному голему убрать со стола. Демиан поклонился и вышел из магазина.
«Ты считаешь нормальным, что отец довольствуется бездушной куклой вместо дочери?»
Обдумывая её слова, он посмотрел на уже закатное небо и горько пробормотал:
— Ну… по логике — нет.
Он снова осознал, что его отношения с маркизом Джеска с самого начала не были «нормальными». Маркиз Джеска хотел, чтобы Демиан вёл себя как бездушная кукла. Учитывая его поддержку, жаловаться не на что, но…
«Не знаю. Ничего не знаю ни об отношениях родителей и детей, ни о семейных узах. И тем более не знаю, смогу ли я, такой, как есть, нормально жить среди обычных людей».
«Но что сейчас толку об этом думать? До сих пор же жил нормально».
Демиан почесал голову и направился домой.
***
Устало потерев глаза, Демиан отпер входную дверь.
Голова шла кругом от обилия информации. Нужно ещё продумать, как готовиться к атаке на убежище Сителла.
Когда дверь открылась, изнутри пробился жёлтый свет и раздался знакомый голос:
— Демиан! Ты пришёл?
Демиан поднял глаза. Лилиана и Кейси сидели на диване, разложив покупки. Тимо, сидевшая у их ног, увидела Демиана, подбежала и, виляя хвостом, повисла у него на ноге. Демиан осторожно вошёл, стараясь не наступить на неё.
— Вы вернулись раньше, чем я думал. Я полагал, вы поужинаете вне дома.
— Устали ходить, купили только самое нужное и пришли. Ты знаешь, сколько энергии отнимает шопинг?
— И что, нашли что-то понравившееся? — спросил Демиан, усаживаясь рядом с Кейси.
Лилиана спрятала одну из сумок за спину.
— Ай-яй, пока не покажу!
