— Для принцессы это, наверное, скромная еда, но пока потерпи.

— Вы дали ей лучше, чем нам, — заметил кто-то.

— Лучший способ успокоить ребёнка — хорошо накоомить, — ответила Анетт, ставя поднос на столик.

Шарлотта смотрела на еду с подозрением. Кейси покачал головой.

— Там нет яда. Если бы мы хотели тебя убить, нашли бы способ проще.

Кейси говорил с улыбкой, но Анетт возмутилась:

— Не пугай ребёнка!

— Но это правда…

— Яда нет, хочешь, докажу? — Анетт зачерпнула ложкой суп и съела.

Шарлотта наконец взялась за столовые приборы и начала есть. Сначала медленно, потом всё быстрее — видимо, очень хотела есть.

Когда она опустошила тарелку и облизала губы, Анетт тихонько усмехнулась. Убрав посуду, она вышла, оставив Шарлотту с Кейси.

Оставшись с ним наедине, Шарлотта спросила:

— Зачем я здесь?

— Мы тебя похитили.

— Зачем? Чего вы хотите? Раз не мою жизнь, то денег? Я могу заплатить. Не так много, как маркиз Зюдэн, но…

— Не в деньгах дело, Шарлотта.

Кейси заговорил мягко.

— Нам от тебя нужно одно — ничего не делать.

— Ничего не делать? — переспросила Шарлотта в замешательстве.

Кейси улыбнулся.

— Теперь готова поговорить?

Шарлотта на мгновение задумалась, затем кивнула.

— Хорошо. Я позову остальных.

Кейси встал и вышел. Шарлотта взяла подушку, которую недавно бросила в Демиана, и крепко прижала к себе.

Эти люди не казались плохими, но она боялась — не зная, чего они хотят.

Всю жизнь, кроме родителей, она следовала только за маркизом Зюдэном. Он её защищал, и это было неплохо. Поэтому сейчас, впервые, она чувствовала растерянность.

Пока она размышляла, раздался стук.

— В-войдите.

В комнату вошли те, кого она видела раньше. Присмотревшись, она поняла, что они не такие уж страшные.

Лилиану и Кейси она видела впервые, но имена знала. А высокий человек в чёрном, очевидно, был тем, кто её похитил.

Комната была невелика, и четверо взрослых и ребёнок в ней с трудом помещались. Шарлотта, прижавшись к Анетт, которая принесла ей еду, с опаской оглядывала остальных.

— Меня зовут Демиан Штерн. Как видишь, это я тебя похитил, — сказал мужчина.

— Вижу… — она хотела ответить грубо, но решила, что лучше быть вежливой.

— Зачем вы меня похитили?

— А зачем ты вчера пыталась сбежать? Вылезла из окна, хотела удрать? — спросил он в ответ.

Шарлотта, помедлив, ответила:

— Потому что не хочу умирать.

— Маркиз Зюдэн хотел тебя убить? — спросил Кейси, склонив голову.

Шарлотта покачала головой.

— Нет, но несколько дней назад убили Веронику.

Она съёжилась и продолжила:

— Она хотела стать королевой. Но сейчас Истарика — не королевство. Я знаю, что есть люди, которым не нравится возврат к монархии. Поэтому они убили Веронику, чтобы уничтожить саму возможность.

Она зажмурилась и выпалила:

— Значит, и меня ждёт то же самое! Те, кто не хочет моего восшествия, когда-нибудь… нет, даже сейчас… они попытаются меня убить! Поэтому я не могла там оставаться. Я хотела вернуться к маме!

Они знали, что Шарлотта не живёт с родителями. Её слабовольного отца, втянутого в роялистскую деятельность маркизом Зюдэном, кто-то убил. Мать жила отдельно в одном из разбросанных убежищ, чтобы Шарлоттой можно было манипулировать.

— Я скучаю по маме…

Шарлотта шмыгнула носом. Она еле сдерживала слёзы.

— Я вернусь к ней, и мы, продав драгоценности, будем жить в бегах.

Это были детские мысли, но никто не усмехнулся. Лилиана, молча слушавшая, спросила:

— Шарлотта, а ты сама хочешь стать королевой?

Шарлотта посмотрела на неё решительным взглядом.

— Да. Хочу.

— Почему?

— Честно говоря, я никогда этого особо не хотела. Маркиз говорил, что если я буду делать, как он велит, мы все обретём славу… что мы будем стоять над людьми и возродим Истарику. Он говорил, что это правильный путь, и для моей мамы это тоже хорошо.

В её глазах, ещё детских, светился фанатизм.

— Поэтому я просто выбрала правильный путь. Я хочу стать королевой.

Демиан вздохнул.

— Тебе говорили, что твоё восшествие на престол — это благо для мира и правильно?

— Да, — Шарлотта кивнула, но затем медленно покачала головой. — Но сейчас это не важно. Важнее моя жизнь! Какой смысл умирать, даже не начав делать правильное дело? И я скучаю по маме.

— Но у тебя есть маркиз Зюдэн, он бы тебя защитил.

— Веронику тоже защищали «Рыцари Кампера», но её убили!

Анетт нахмурилась.

— Тут нечего возразить, — пробормотала она.

— Я никому не верю. «Рыцари Кампера» не смогли защитить Веронику. Сможет ли маркиз Зюдэн защитить меня?

— Хм… но у маркиза есть Сителл Лурианц, так что ситуация отличается от Вероники Шелбир…

Шарлотта поморщилась.

— Ему я доверяю меньше всех. Сителл бросит маркиза, как только перестанет видеть в этом выгоду. Они просто используют друг друга. Никакой верности между ними нет.

Она опустила глаза.

— Если нельзя доверять Сителлу, то кому тогда можно? Я решила, что лучше сбежать, чем всю жизнь трястись от страха, когда меня убьют.

— Понятно, — безучастно ответил Демиан.

— Но вы так и не сказали, зачем меня похитили. Чего вы хотите? Вы правда меня не убьёте?

Она покосилась на Лилиану и Кейси.

— Я знаю о Лилиане и Кейси. Маркиз мне рассказывал. Говорил, что я должна поглотить их силу. Тогда у меня будет законное право заручиться поддержкой мифических существ.

Затем она повернулась к Демиану и спросила:

— Вы хотели помешать этому и поэтому меня убить? Вы с ними заодно?

— Да, мы заодно. Но убивать тебя мы не собирались.

Лицо Шарлотты слегка просветлело.