Демиан, встряхнув левой рукой, обратился к оставшимся двоим:

— Слушайте, мне надоело. Может, вы либо по-хорошему отдадите кошелёк, либо нападёте сразу оба? А?

Мужик с половиной зубов и тип в соломенной шляпе переглянулись и, как по команде, бросились на него.

— Что ты там бормочешь, щенок?!

— Сдохни!

Мужик с половиной зубов выхватил из-за пояса складной нож и угрожающе замахал им.

Лилиана на этот раз не смогла сдержать крик. Но Демиан и тут спокойно уклонился от ножа, разворачиваясь корпусом. И тут тип в шляпе, оказавшийся у него за спиной, замахнулся кулаком.

Демиан машинально попытался заблокировать удар правой рукой. Но забыл, что правой руки у него нет, и пропустил удар в лицо.

— Демиан! — закричала Лилиана.

Его качнуло, но, прежде чем двое успели нанести следующий удар, он мгновенно восстановил равновесие и выпрямился. А затем въехал ногой в челюсть типу в шляпе.

Тот, видимо, прикусил язык — изо рта потекла кровь, его повело, и тут же Демиан ребром ладони рубанул его по шее, в сонную артерию. Тип рухнул лицом вниз, присоединившись к двум своим уже валяющимся подельникам.

— Ах ты, гад!

Оставшийся в одиночестве мужик с ножом, с перекошенным от злобы лицом, снова ринулся на Демиана. Но траектория его выпадов раз за разом не достигала цели — Демиан уклонялся от лезвия.

Увернувшись от нескольких ударов, Демиан подсек мужика, тот рухнул, и Демиан, вывернув ему руку, заставил выронить нож. Затем, наступив ногой на шею поверженного противника, он вытащил из-за пояса револьвер и приставил дуло к его виску.

— Не дёргайся.

— И-ик?! И-и-ик?!

От неожиданного появления оружия обомлел не только мужик. Лилиана, наблюдавшая за всем этим, тоже открыла рот.

— Демиан? Эй, Демиан? Откуда у тебя этот пистолет?

Но Демиан, игнорируя её, сверлил горящим взглядом обезвреженного типа.

— Дам тебе один шанс. Считаю до пяти. За это время вернёшь наш кошелёк, подберёшь своих дружков и исчезнешь с моих глаз. Иначе — выстрелю. Раз.

— Да! Да-да! Я всё сделаю! Всё, господин, только не убивайте!

— Демиан? По-постой, успокойся, Демиан!

Лилиана, приплясывая на месте от волнения, пыталась его остановить, но он даже не шелохнулся.

— Я же сказал — даю шанс. Два.

— А-а-а! А-а-а-а! Господин, пощадите!

— Хочешь жить — делай, как я сказал. Три.

— Но вы же меня держите! Как я могу что-то сделать, если вы на мне стоите?!

В самом деле, Демиан придавил мужика ногой, и тот не мог встать. Как, интересно, он должен был вернуть кошелёк и смыться в таком положении? Угроза Демиана была верхом абсурда. Но Демиан, не обращая внимания на эту логическую неувязку, бесстрастно продолжал отсчёт.

— В чём дело? Почему не двигаешься? Жить надоело? Четыре.

Когда Демиан с невозмутимым видом произнёс это, мужик с половиной зубов побелел как полотно. За долгие годы жизни в трущобах он повидал всяких отбросов. И таких, с глазами, как у Демиана, тоже знал. У этого парня был взгляд человека, который стрелял в людей.

Его пронзила леденящая мысль: «Этот убьёт». Этот тип способен выстрелить в него не задумываясь. Мужик, трясясь всем телом, взмолился:

— А-а-а-а! Господин! Виноват, виноват! Господин! Пощадите! Господин! Отпустите, и я исчезну с глаз ваших! Господин!

— Демиан, не надо! Ты же не собираешься стрелять, правда? Эй!

Лилиана схватила его за руку.

— Пять.

Досчитав до пяти, Демиан без тени колебания нажал на спусковой крючок.

Щёлк.

— Ай! — зажмурившись, закричала Лилиана.

— А-а-а-а-а! — завопил мужик, побледневший от ужаса, но тут же, перепугавшись насмерть, потерял сознание и обмяк.

Демиан шумно выдохнул и медленно поднялся. Его револьвер не выплюнул сноп искр и пороховых газов — только сухо щёлкнул металл, и всё стихло.

Лилиана, затыкавшая уши в ожидании оглушительного выстрела, удивилась внезапной тишине и осторожно приоткрыла глаза. В поле её зрения попали Демиан и валяющаяся без сознания шайка карманников.

Мужик, в которого «стреляли», не пролил ни капли крови, зато обмочил штаны и отключился. Лилиана, дрожа, спросила:

— О-он... умер?

Демиан, встав и отряхивая с одежды пыль, продемонстрировал пустой барабан револьвера.

— Жив. Я просто щёлкнул курком без патронов. А этот сам со страху отключился. С самого начала там не было пуль.

Лилиана, хлопая глазами, переваривала информацию, а затем, заикаясь, набросилась на него:

— Т-то есть это был пустой пистолет? А т-т-тогда зачем ты сказал, что выстрелишь?

— Просто блефовал. Но что он вырубится — не ожидал. В общем, всё хорошо.

— Хорошо?! — Лилиана, с глазами, полными слёз, закричала что было мочи. Её всю трясло. — Ты хоть представляешь, как я испугалась?! То драка, то пистолет! У того человека был нож, и всем было очевидно, что ты в невыгодном положении, а ты ещё и провоцировал! Я за тебя так боялась, так боялась!

— Ой... — Демиан, которого отчитывали, почесал затылок.

Лилиана испугалась сильнее, чем он думал, и её протесты слегка сбили его с толку. Желая её успокоить, он начал оправдываться на свой лад.

— Но я был уверен, что справлюсь с этими четырьмя, даже если бы они напали все сразу. Да, из-за отсутствия правой руки пропустил один удар, но в итоге же всех уложил? Я, знаете ли, человек, который в одиночку пробирался в расположение врага, окружённого десятками солдат, и возвращался живым. Так что ситуация не была такой уж опасной, чтобы так волноваться.

Лилиана с жалостью посмотрела на его симпатичное лицо, на котором уже расплывался здоровенный синяк, и, указав на пистолет в его руке, спросила:

— А зачем ты вообще таскаешь с собой пистолет?

— На всякий случай, для таких ситуаций. Обычно угроза пистолетом действует быстрее и эффективнее, чем просто слова.

— То есть ты всё это время, даже не сказав мне, таскал пистолет за поясом?!

— Не волнуйтесь. Я никогда не ношу его заряженным, и у меня есть разрешение на оружие. И я не с самого начала им угрожал — применил как крайнюю меру, когда эти типы не захотели слушаться. Даже если бы я выстрелил, это была бы чистая самооборона, ведь они первые напали с ножом. Никаких проблем с законом.

Демиан говорил об этом с таким невозмутимым видом, без тени раскаяния, что у Лилианы закружилась голова, и её качнуло.

Тем временем Демиан обыскал бесчувственного типа в соломенной шляпе и, помимо кошелька Лилианы, изъял ещё три чужих бумажника.

— Похоже, эти ребята — профессиональные карманники. Надо вызвать полицию. Лилиана, а вы верните тот велосипед хозяину.

— Из-за тебя я, кажется, лет на десять постарела, — простонала Лилиана.

Пока Демиан сторожил отключившуюся шайку, Лилиана на подгибающихся ногах отправилась искать телефон-автомат.

Вскоре приехала полиция, которой они и передали карманников. Лилиана, извинившись, вернула велосипед владельцу. Инцидент был исчерпан.

***

— Ай!

Демиан невольно поморщился от холодного прикосновения к щеке. Лилиана, придерживая его голову, прикладывала к посиневшей скуле носовой платок со льдом и строго наставляла:

— Сиди смирно. Опухоль надо снимать.

Так получилось, что в погоне за карманниками они оказались недалеко от Центрального парка, поэтому решили не терять времени и зашли туда. Устроившись на травке, Лилиана сбегала в аптеку, купила мазь и лёд для холодного компресса и теперь лечила Демиана.