— Нет.
Отрезвляющий ответ заставил Делтайерс надуть губы. Маркус тихо вздохнул.
— Почему ты так зациклена на дружбе?
— Все мои человеческие друзья умерли, и мне стало одиноко. С людьми весело, они такие разные.
— Но если ты подружишься со мной, тебе будет неинтересно. Ты же видишь, какой я.
— А? Но мне интересно.
— Не знаю, что тебе интересно, но раз тебе и так интересно, значит, дружить не обязательно.
Маркус протянул ей ожерелье, пока она надувала щёки:
— Кстати, не наденешь его на меня?
Делтайерс взяла ожерелье и, держа его за концы, обхватила руками его шею. Маркус слегка растерялся — лица были слишком близко.
— Обычно надевают со спины, разве нет? Так ты не видишь, как застёгивается замочек. Тогда в чём разница с тем, чтобы я надел его сам?
Делтайерс, пытавшаяся застегнуть замочек, растерялась:
— А? Правда? Мне никто никогда не надевал, и я никому не надевала, так что я не знаю!
Она хотела убрать руки, но Маркус остановил её:
— Ладно, просто продолжай.
— М-м…
Пока Делтайерс пыталась надеть ожерелье на ощупь, Маркус вдруг прислонился головой к её плечу.
— Маркус?
— …Так легче.
— Правда.
Делтайерс хихикнула и снова занялась ожерельем. Её смех щекотал ухо Маркуса.
— Готово!
Делтайерс гордо объявила, но Маркус не убрал голову с её плеча.
— Ты тёплая.
Действительно, температура тела Делтайерс была выше человеческой, и даже от лёгкого прикосновения по телу разливалось тепло.
Тогда Делтайерс внезапно обняла его за голову:
— Так ещё теплее!
На этот раз Маркус не мог не растеряться:
— …Что ты делаешь?
— Разве тебе не холодно?
— Я не это имел в виду.
— Ах, прости, я неправильно поняла.
Делтайерс смущённо убрала руки, и Маркус поднял голову. Он прищурился и посмотрел на неё.
— Ты злишься?
— Мне не нужна дружба. Мне нравится то, что есть сейчас. Работодатель и сотрудник.
— Но это же чисто деловые отношения. Я хочу с тобой…
— Я говорю, что мне нравятся деловые отношения, дурочка.
— Дурочка…
Глаза Делтайерс наполнились слезами.
— Если я дурочка, то Маркус — глупец!
Крикнув это, она превратилась в огонь и исчезла.
Оставшись один, Маркус почесал голову и тяжело вздохнул:
— Я перегнул палку?
Он невольно коснулся пальцами подвески ожерелья.
«Она появится, когда успокоится».
Но Делтайерс не появлялась целых две недели.
***
— У-у-у!
Паска цокнула языком, глядя на Делтайерс, которая с утра заливалась слезами:
— Так даже лучше. Порви с ним все связи. Я же говорила тебе не доверять людям.
— Н-но Паска же доверяла людям!
— По крайней мере, я лучше тебя разбираюсь в людях.
— Но Маркус не плохой человек!
— Не плохой, но заставляет тебя плакать?
— Это… это…
Делтайерс не находила слов и снова расплакалась.
— Почему он не хочет быть моим другом? Он же не ненавидит меня.
— Видимо, не настолько, чтобы дружить.
— Почему? Почему?
— Откуда мне знать. Но если дружить с таким, устанешь только ты. Оставь всё остальное, характер у него отвратительный.
— Маркус никогда не был со мной груб.
Глядя на Делтайерс, которая всё ещё защищала его, Паска предложила:
— Тогда спустимся в город?
— Зачем?
— Может, прогулка по магазинам поднимет тебе настроение.
— Но мне не хочется ходить по магазинам…
— Пойдём. Я хочу попробовать торт в новой кондитерской.
— Торт?
Делтайерс вытерла слёзы и встала. Паска с беспокойством смотрела на такую доверчивую подругу.
***
Наевшись тортов, Делтайерс вышла из кондитерской и напевала, разглядывая рынок. Покупать ничего не хотела, но смотреть на человеческие товары было приятно.
Вдруг пекарь, подметавший у входа, окликнул её. Это был сосед Маркуса.
— Ассистентка, как там доктор?
— Что?
— Он поправился от простуды?
— Простуда?
Увидев её непонимающий взгляд, пекарь удивился:
— Вчера, когда вас не было, у него был сильный жар, я вызвал ему экипаж, чтобы отвезти в больницу. Вы не навещали его после этого?
— Маркус заболел?
Делтайерс заморгала. Пекарь цокнул языком:
— Ох, у него был жар, сильный кашель, он выглядел очень плохо! Как ассистентка, вы должны заботиться о нём.
— Я, я не знала! Как он сейчас?
— Не знаю, он не выходил из дома.
Делтайерс развернулась и побежала.
— Делтайерс! Куда ты?!
Паска окликнула её, но та не остановилась.
— Прости, Паска! Я навещу Маркуса, возвращайся без меня!
— Эй! Я же говорила тебе держаться от него подальше! Делтайерс!
Но в мыслях Делтайерс была только забота о Маркусе.
***
— Маркус!
Вынырнув из огня в его спальне, Делтайерс хотела позвать его, но осеклась.
Маркус тихо спал на кровати. Его лицо было болезненным, и она не могла его разбудить.
Делтайерс, не зная, что делать, осторожно коснулась его лба. Он пылал. Она испуганно сбегала в ванную за холодной водой.
Вытирая его пот, она разбудила его:
— Маркус! Маркус!
— …Шумно.
Маркус открыл глаза, поморщившись. Увидев Делтайерс, он ничуть не удивился.
— Если болит голова, не кричи…
— Маркус, ты принял лекарство? У тебя сильный жар.
— Нет.
Он закашлялся.
— Почему не принял? Жар такой сильный! Где лекарство? Я принесу.
— Я забыл, пока спал. Лекарство на тумбочке…
Делтайерс принесла ему предписанное лекарство вместе с огнём. Маркус сел, принял его и снова лёг:
— Вот, я принял. Теперь всё в порядке?
Он тут же уснул. Делтайерс с беспокойством смотрела на него и клала холодный компресс на лоб.
Когда Маркус снова открыл глаза, был ещё предрассветный час. Он моргнул, пытаясь прийти в себя.
«Кажется, эта шумная приходила…»
Проведя рукой по лицу, он наткнулся на уже тёплый влажный компресс. Маркус убрал его и сел. Он огляделся:
«Ушла?»
Вокруг было тихо — значит, шумный дух ушёл. Будь она рядом, она бы не замолкала ни на секунду.
Но благодаря её заботе голова стала немного яснее.
