Вик пожал плечами.

— Ну, Николь же всё время лезла к лейтенанту, чтобы он с кем-нибудь встречался. Постоянно давала ему бесполезные советы, как вести себя с девушками. К кому ещё обратиться лейтенанту за советом по любовным делам, как не к Николь?

— Если так подумать… — остальные закивали.

Совсем неплохо звучало.

В их головах уже стало фактом, что Демиан влюблён в ту девушку по имени Лилиана, и, как и сказал Джейми, получил отказ.

— Держись, Николь… — сержант Венас смахнул невольную слезу и послал ей мысленную поддержку.

Остальные тоже мысленно подбадривали: «Только ты можешь помочь, Николь…»

***

— Что такое? В чём дело? — спросила Николь, когда Демиан наконец отпустил её в укромном безлюдном углу.

У него было очень напряжённое лицо, и она тоже невольно напряглась.

— Сержант Николь.

— Да, господин лейтенант? — её голос сам собой стал чётким и выверенным — атмосфера не располагала к фамильярности.

— Я не знаю, что делать, — сказал Демиан.

— В каком смысле?

— Человек, который мне… ну… который неправильно меня понял. А на самом деле это не так. Я хочу развеять это недоразумение, но для этого нужно объяснить. А объяснить я не могу. Что делать в такой ситуации?

— …Господин лейтенант, я вообще ничего не поняла.

— Ну… я и сам не знаю, как объяснить…

Демиан глубоко вздохнул.

— У меня есть человек, который мне нравится.

Его глаза метались, а шея покраснела. Николь, раскрыв рот, смотрела на него.

«Он, Демиан, сам признался, что кто-то ему нравится! Да ещё и рассказал об этом!»

Николь сложила руки на груди в восхищении.

— Я так и знала!

Она мельком взглянула на Лилиану вдалеке, потом снова на Демиана. Имя он не назвал, но и так всё было ясно.

Николь с трудом сдерживала возгласы восхищения и умиления, но Демиан, не замечая, продолжил:

— Но этот человек думает, что я люблю… кого-то другого.

Николь склонила голову набок.

— Почему? — спросила она.

— Понимаешь… А, ну, были кое-какие обстоятельства. Я не могу объяснить, но… до того, как я встретил её… ну…

Демиан, обливаясь холодным потом, не мог подобрать слов. Николь, подождав, спросила с недоверием:

— Вы случайно не проболтались этой Лилиане о «леди Линтрей»?

Зрачки Демиана метнулись влево. Николь хлопнула себя по лбу и вздохнула.

— Ну зачем вы это разболтали?! Впрочем, ладно. Я поняла. Продолжайте.

— Да. Так вот, Лилиана почему-то уверена, что я люблю именно её. — Демиан немного помолчал. — Хотя… да, люблю.

«Ты что, дурак?»

Николь, забыв даже о субординации, посмотрела на Демиана с крайним сочувствием.

— Ладно, продолжу. Лилиана считает, что я проецирую на неё «леди Линтрей», потому что я её люблю. Ну, потому что они похожи.

— Думает, что ты бабник? — спросила Николь.

Тот, кто знал Демиана, понимал, насколько слово «бабник» ему не подходит. Николь скривилась в странной гримасе.

— Нет, это другое. Ну, как бы объяснить…

Демиан поспешно замахал руками. Он решил объяснить ситуацию с точки зрения Лилианы.

— У «леди Линтрей» и Лилианы много общего. Поэтому она думает, что я просто вижу в ней «леди Линтрей» и потому люблю её.

Закончив, он стёр с лица выражение и серьёзно спросил:

— Что мне делать?

Николь скрестила руки на груди и прищурилась.

— А, это понять можно. Запутанная ситуация.

Она яростно почесала голову, растрепав волосы.

— Ну почему ты вообще заговорил о «леди Линтрей»?! Ты знаешь, какое у тебя лицо было, когда ты о ней говорил? Очень страдальческое! Конечно, она так подумала!

— Откуда мне было знать, что так выйдет?! И у меня не было страдальческого лица! Не было! — невольно возразил Демиан.

— Ха… Ладно, что сделано, то сделано. Так что же ты намерен делать? — спросила Николь.

— В каком смысле?

— Ты всё ещё любишь «леди Линтрей»?

Демиан приоткрыл рот и опустил голову.

— Ситуация сложная, — ответил он.

— Почему у тебя всегда «сложная ситуация»? — спросила Николь.

Любит ли он «леди Линтрей»? Конечно. Даже если бы он никогда не встречал Лилиану, он всё равно не смог бы её не любить. Но любит ли он её именно потому, что Лилиана — «леди Линтрей»? Это было не совсем так.

Как-то Анетт сказала: Демиан полюбил Лилиану ещё до того, как узнал, что она — «леди Линтрей». Но он не был в этом уверен. Может, Анетт ошибалась.

Увидев его терзания, Николь сменила вопрос.

— Ты любишь Лилиану, потому что она похожа на «леди Линтрей», или ты любишь её просто как Лилиану?

Демиан, с какой-то обидой в голосе, ответил:

— Сначала — да, наверное, я видел в ней «леди Линтрей». Но сейчас…

Он нахмурился на мгновение, задумавшись.

Он попробовал разделить «леди Линтрей» и Лилиану. «Леди Линтрей» была для него спасительницей. Такой человек, конечно, был ему дорог. Но если сравнить её с Лилианой…

«В конце концов, её сейчас нет рядом», — сказал он как-то Лилиане.

Значит, и «леди Линтрей» сейчас нет рядом. Потому что она — Лилиана Канель с памятью до двадцати двух лет.

Если «леди Линтрей» спасла ему жизнь, то нынешняя Лилиана дала ему причину жить сегодня. Она делила с ним настоящее, дала ему смысл. Без неё ему было бы слишком тяжело.

«Ах, вот оно что… Я…»

Демиан медленно открыл рот.

— Мне уже всё равно, кто она. Я люблю Лилиану как Лилиану.

Николь, терпеливо ждавшая, просияла.

— Значит, сейчас она тебе дороже, чем «леди Линтрей»? — спросила она.

— Похоже на то.

— Вот и скажи ей это.

— Но она не верит. И то, что я видел в ней «леди Линтрей», — правда. Если я это объясню, она, наверное, поймёт…

Николь с досадой сказала:

— Да верит она или нет — сначала скажи ей о своих чувствах! Как она узнает, если ты не скажешь?

— А если она меня не любит? Тогда всё бесполезно.