Контент удален!

Кейси оказался в затруднительном положении.

Ещё несколько месяцев назад ему было бы всё равно, как Лилиана относится к Демиану. Но теперь он понял, что настроение Демиана тесно связано с состоянием Лилианы.

Кейси не хотел, чтобы Демиан расстраивался.

Потому что они были друзьями.

Демиан и Лилиана научили его, что заботиться о настроении друзей — это важная часть человеческих отношений. Поэтому Кейси не мог просто стоять в стороне.

— Всё равно будь с Демианом подобрее. Вы ведь правда были очень близки. Со стороны Демиана это выглядит так, будто он внезапно потерял близкого друга.

Лилиана с удивлением посмотрела на него:

— Я впервые вижу, чтобы ты о ком-то беспокоился, брат.

— А? Правда?

— Ты, наверное, правда с ним близок, раз так переживаешь.

— Ну, мы многое пережили вместе… В общем, мы друзья.

— Вот это сюрприз. Ты дружишь с кем-то кроме меня…

— Я тоже умею заводить друзей. Демиан научил меня.

Демиан был бы тронут, если бы услышал это. Сколько времени он потратил на то, чтобы объяснять этому существу, на девяносто процентов духу и на десять человеку, что такое эмоции.

Лилиана тоже была тронута.

— Брат!

Её лицо просияло.

— Я должна поблагодарить Демиана! Когда увижу его, обязательно скажу спасибо!

— …Да. Будь с ним поласковее.

— Ладно-ладно.

Кейси с беспокойством смотрел на Лилиану. Он не ожидал, что побочным эффектом потери памяти станет её отчуждение от Демиана.

Это было плохим знаком. Кейси знал настоящий характер Лилианы. Она бы быстро сблизилась с Демианом, даже если бы потеряла память.

Но нынешняя Лилиана…

Кейси вздохнул и обратился к Лилиане, которая уже сосредоточилась на листе с магической формулой:

— У тебя всё в порядке?

— А? В каком смысле?

— Ну, ты не в плохом настроении, нет ли у тебя каких-то трудностей…

— Не знаю, что ты имеешь в виду, но разве это не естественно? Я до сих пор не могу смириться со смертью отца, я потеряла несколько месяцев памяти. Конечно, я не в лучшем настроении, и мне неловко с другими людьми.

Лилиана проворчала, но Кейси спрашивал не об этом.

Однако он решил не углубляться и, как и Лилиана, сосредоточился на магической формуле.

***

— Привет-привет! Привет-привет?

Компания во главе с Демианом смущённо улыбалась человеку, который здоровался с ними с почти излишней бодростью.

Это был тот самый маг, которую привела Солейер. Та, что специализировалась на создании магических артефактов.

— Очень приятно, очень приятно! Меня зовут Мейел Ноктис!

Женщина, представившаяся Мейел, пожала руку каждому из присутствующих.

У неё были ярко-рыжие, свободно ниспадающие волосы и золотистые глаза. Она выглядела на несколько лет старше Эшера и Анетт.

— Мейел, кстати, как там мой хрустальный шар?

Солейер нетерпеливо постучала ногой по полу. Мейел, закончив здороваться со всеми, бодро ответила:

— Ах! Он почти готов! Осталось около трёх месяцев!

Солейер хлопнула себя по лбу:

— Мне он нужен прямо сейчас, чтобы вернуть Лилиане память, а ты говоришь ждать три месяца?! Я заказала его больше полугода назад!

— Вы же сами сказали: «Не срочно, делай не спеша»! Вот я и делала не спеша!

То есть, пока она занималась другими делами, заказ Солейер отодвинулся на задний план.

Солейер снова хлопнула себя по лбу. Анетт наклонила голову и спросила Мейел:

— Мейел, вы же маг, у вас наверняка есть хрустальные шары. И вы же создаёте магические инструменты. Может быть, вы сможете сделать артефакт для восстановления памяти?

— А кто потерял память?

Все указали на Лилиану. Мейел взмахнула рукой:

— Ха-ха-ха! Не знаю, как это случилось, но я вас утешу. Конечно, у меня есть хрустальный шар, и я могу создать артефакт для восстановления памяти. Это не невозможно!

— Тогда!

Анетт с надеждой посмотрела на неё, но Мейел снова рассмеялась и продолжила:

— Но! Магия, копающаяся в человеческом мозге, довольно сложна, и создать такой артефакт за несколько дней невозможно! Сейчас у меня нет времени, потому что я делаю артефакты для Солейер, чтобы она могла противостоять Сителлу! А просто взять и покопаться в мозгу посохом — слишком рискованно. Даже великий маг Солейер не решается на такое.

Все невольно посмотрели на Солейер. Та лишь пожала плечами.

— Но вы же использовали «дождь забвения», чтобы стереть лица Лилианы из памяти жителей Эденполна. Разве это не считается работой с памятью?

На вопрос Демиана Солейер вздохнула:

— То заклинание действует, только пока они не видят её вживую. Это была временная маскировка. Именно поэтому магия, работающая с памятью, очень тонкая и нестабильная.

Демиан разочарованно вздохнул. Мейел, словно пытаясь его утешить, сказала:

— Конечно, у меня есть свой хрустальный шар, но если вы хотите попробовать — я не против. Если, конечно, она согласна…

Лилиана поняла, что не может больше настаивать. Восстановление её памяти не было срочным делом.

С лёгкой грустью она отказалась от предложения Мейел:

— Тогда, может быть, после того, как всё закончится, я смогу заказать у вас артефакт для восстановления памяти?

— О! Конечно!

— Хватит знакомств. Ты принесла те артефакты, о которых я просила, кроме хрустального шара?

— Разумеется! Все они сделаны с любовью и заботой, вы будете довольны! Те, что ещё не готовы, я смогу закончить к нужному сроку!

Мейел говорила с уверенностью, но Эшер, нервничая, прошептал Демиану:

— Мы уверены, что ей можно доверять?

Демиан без колебаний кивнул.

Он уже понял, что большинство магов — чудаки, поэтому чрезмерная энергия Мейел не удивляла его.

— Итак, когда начнём? Хотя мне нужно подготовить ещё несколько артефактов, я пришла готовая схватить этого Сителла Лурианца хоть сегодня!

— Умоляю, говори тише, у меня голова раскалывается. Мы планируем через три дня. Тебе нужно время, чтобы ознакомиться с планом.

— Что там изучать! Просто бах! И бах! А потом бум!

— Что это вообще такое?

Лилиана невольно пробормотала.

— В общем, в общем! Просто доверьтесь мне!

Мейел с уверенным видом указала на себя большим пальцем, но остальные были настроены скептически.

Её поведение казалось слишком легкомысленным, и это вызывало сомнения.

Мейел, приехавшая с кучей магических артефактов, решила остаться в доме Солейер до поимки Сителла. Она была приглашена именно на этих условиях.

Но её не интересовали проблемы между Зигмундом, Кейси и Лилианой.

Она помогала им только потому, что это было связано с Сителлом. Если бы не он, Мейел бы даже не взглянула на их дело. Как и Солейер.

— Ладно, будем надеяться на твою уверенность. И все остальные тоже идут, верно? Шарлотта, ты готова?

Шарлотта, прятавшаяся за спиной Демиана, кивнула:

— Всё началось из-за меня. Я должна идти. Я не хочу, чтобы другие страдали за меня.

Для тринадцатилетней девочки это были довольно зрелые слова. Все, кроме Лилианы и Эшера, посмотрели на неё с сочувствием.

— Хорошо, что ты это понимаешь. Когда начнётся операция…

Эшер зловеще улыбнулся:

— Ты будешь использована как заложница.

Шарлотта скривилась с таким видом, будто ей уже надоело это слышать.