— Грань может находиться где угодно, и те, кто живет внутри, обычно уничтожают любые ориентиры возле входа, чтобы сделать его как можно более незаметным. А теперь, пожалуйста, заткнитесь и дайте мне отдохнуть, — произнес Налронд.

Вместо этого Морок наложил Безмолвие на область вокруг резара и продолжил болтать.

— А парень-то дело говорит. Вы бы и не взглянули на это место во второй раз, если бы не этот странный ветер, от которого кости стынут, несмотря на пустынный зной.

— Ветер вовсе не холодный. Он горячий и сухой. К тому же дует не только здесь — он повсюду, насколько хватает глаз, — Квилла указала на непрестанно пересыпающиеся дюны вокруг.

— Согласна. Нам лучше пить больше воды, иначе мы упадем в обморок от жары. — Фрия использовала магию воды, чтобы немного охладиться, и попыталась наколдовать воды для питья, но последняя попытка провалилась.

— Проклятье, надеюсь, вы, ребята, захватили достаточно воды, потому что у меня с собой только выпивка, а она нам вряд ли сильно поможет, по крайней мере, днем. Кстати, здесь что-то не так. Я не чувствую холода, о котором говорит Морок, но само пространство какое-то странное. Такое ощущение, будто всю эту местность накрыли плотным шерстяным одеялом.

Если бы Налронд мог хоть что-то услышать, его уважение к Фрии снова возросло бы. Вход в Грань не имел никаких отличительных черт, и поскольку Могар желал сохранить его в тайне, лишь два типа людей могли обнаружить точку доступа.

Исключительно талантливые маги пространства могли уловить искажения в окружающей среде, но им ни за что бы не удалось взломать Грань. Ответный удар Могара сделал бы эту ошибку последней в их жизни.

Те же, кто обладал высокой предрасположенностью к трем или более стихиям, чувствовали дисбаланс мировой энергии лишь в непосредственной близости от входа. Но и они не смогли бы войти, ведь этот дисбаланс был лишь следствием разницы в плотности мировой энергии внутри и снаружи Грани.

Налронд мысленно поблагодарил спутника за внезапно наступившую тишину и погрузился в медитацию, восстанавливая ману с такой скоростью, которая и не снилась ни одному фальшивому магу. Несмотря на барьер, разделявший его жизненные силы, синергия двух мана-ядер позволяла им ускорять восстановление друг друга.

— Посмотрим, смогу ли я найти вход. — Фрия и не подозревала, какую опасность таит в себе подобная затея, а из-за зоны Безмолвия Налронд не мог ни услышать её, ни предупредить.

— Раз уж мы всё равно ждем эту спящую красавицу, я, пожалуй, тоже попытаю счастья. — Морок обернулся Тираном и, используя все свои четыре глаза, принялся втягивать стихийную энергию в тело, чтобы её изучить.

«Отлично, теперь я тут самая бездарная», — подумала Квилла, злясь на саму себя за то, что не чувствовала ничего, кроме палящего солнца и ветра, с каждой секундой всё сильнее иссушающего горло.

Она сотворила массив, который снизил температуру и повысил влажность, вытянув те крохи влаги, что еще оставались в окружающей среде, после чего достала свою палочку Королевского Мастера-Кузнеца.

«Судя по словам Фалуэль, всё дело в гармонии с Могаром. Магия Духа — это самое близкое к мировой энергии из того, что способно произвести живое существо. Может быть, если мне удастся нащупать Грань, я смогу синхронизироваться с её энергетической сигнатурой и получить доступ».

План Квиллы был хорош — под стать задумкам её спутников и всех тех, кто приходил сюда до неё. Вот только никто из них не учел одного: Могар обладал собственной волей.

Чтобы попасть в Грань, нужно было постучать в её дверь и вежливо попросить о гостеприимстве, а не пытаться вскрыть замок отмычкой. Примерно через час безуспешных попыток они сдались и наколдовали себе стулья, чтобы с удобством передохнуть.

— Лучше поберечь силы. Иначе нам тоже понадобится привал перед тем, как войти в Грань. — Фрия сохранила большую часть маны, но от умственного перенапряжения при попытках расшифровать пространственный барьер у неё разболелась голова.

При каждой попытке она чувствовала, как пространство закручивается вокруг её пальца, но там не было ни единой руны, которой можно было бы манипулировать — лишь воля, настолько подавляющая, что Фрия рисковала потерять себя в тот самый миг, как они соприкоснутся.

— Полагаю, дальше я не продвинусь, — вздохнул Морок. — Какая жалость. А я бы с удовольствием...

Его внезапное исчезновение повергло девушек в шок; они тут же вскочили, чтобы позвать Налронда на помощь.

— Ого, внутри тут куда приятнее! — Морок материализовался из ниоткуда, бросив им фрукты, поразительно похожие на земные персики.

Они оказались сладкими и сочными, утолив жажду девушек, но никак не их потребность в ответах.

— Ты только что вошел в Грань? — пробормотала Квилла между укусами. Заедание стресса всегда помогало унять её уязвленное эго.

— Нет, она сама меня впустила. Я вообще ничего не делал, — ответил он.

— Как тебе это удалось? — Фрия убрала косточку в свой пространственный амулет, надеясь, что садовник Эрнасов сможет вырастить из неё дерево.

— Когда я втягивал стихийную энергию глазами, я начал слышать голоса, — ответил Морок. — Чем больше энергии я поглощал, тем громче они становились. На мгновение я даже подумал, что схожу с ума.

— Тогда почему ты не остановился? — спросила Квилла.

— Потому что они не просили меня убить вас или перерезать себе глотку. Голоса просто хотели поговорить, — пожал плечами Морок.

— И что они сказали?

— Задавали в основном глупые вопросы: кто я такой или чего хочу. Всё остальное было долгой пространной болтовней о смысле жизни, из которой я мало что понял, поэтому просто слушал. Голоса стихли пару минут назад, и я уж решил, что всё кончено. Но когда они услышали мои мысли о том, что я хотел бы последовать за вами внутрь, меня пригласили войти. — Морок поднял большой палец, обращаясь к Квилле, словно она как-то ему помогла. — Да бросьте, это же проще простого.

Морок снова исчез, не оставив ни следа своего перемещения, ни каких-либо врат.

— И как, черт возьми, нам туда попасть? — воскликнула Фрия, надеясь, что он всё еще их слышит.

«Мне еще нужно время до полного восстановления сил, но я удивлен, что они так долго вели себя тихо, особенно этот Придурок». Налронд сделал несколько глубоких вдохов, готовя свои нервы к встрече с ходячим недоразумением, коим являлся его незваный гость, и открыл глаза.

К его великому удивлению, Морока нигде не было видно, а девушки, казалось, онемели. Налронд видел, как они шевелят губами, но не доносилось ни звука.

— Идиотки! А если бы на нас кто-то напал? Я же был как идеальная мишень! — выкрикнул он, но зона Безмолвия поглотила каждое слово, вынудив его повторить всё заново, когда он её развеял.

— Пожалуйста, прекрати быть таким пессимистом. Местность просматривается на многие километры, и здесь стоит такая тишина, что мы бы услышали даже крадущуюся мышь. Куда важнее то, что Морок уже давненько вошел в Грань и до сих пор не вернулся, — ответила Фрия.

— Это невозможно, — Налронд уставился на неё так, словно она спятила. — В Грань нельзя попасть просто потому, что тебе так захотелось. Даже тем, кто родился внутри, как я, необходимо учиться общаться с пространственным барьером. Иначе войти или выйти попросту невозможно. Процесс настолько долог, что я даже не собирался вас этому обучать.

— Хочешь верь, хочешь нет, но именно это и произошло, — сказала Квилла.