Один за другим Джейк и его спутники скрывались в своих камерах времени. Они придерживались заранее оговоренного порядка: первым должен был закончить Падший Король, за ним — Сильфи, затем Святой Меча и Дина. Замыкал шествие Джейк — он должен был вернуться в Город Невермор последним, когда его пятьдесят лет подойдут к концу.

Когда Джейк остался один перед входом в свой бокс, хобгоблин-маг смерил его любопытным взглядом.

— Ну что… победишь?

— В смысле? — не понял Джейк.

— Я про Списки Лидеров. Уделаешь Избранного Ипа? Как по мне, за первое место будете бороться только вы двое. Есть еще пара претендентов с призрачными шансами, но… честно говоря, я в них не верю, — пожал плечами маг.

— А тебе-то что c этого? — Джейк иронично вскинул бровь.

— Ой, да я просто обожаю сплетни! Кто ж не любит горячие…

— Ты на тотализаторе играешь, да? — перебил его Джейк.

— Ой да чего это? — Хобгоблин изобразил на лице высшую степень изумления. — И в мыслях не было! Но если предположить, чисто гипотетически! Что прямо сейчас по всей Мультивселенной принимают ставки на итоговые места знаменитостей Невермора, то на победителе в Списке Эпохи можно было бы сорвать баснословный куш.

Джейк, которому не очень-то хотелось немедленно запираться в четырех стенах, на секунду задумался.

— И кто сейчас в фаворитах?

— Элл’Хакан, причем с приличным отрывом. Так что если ты обойдешь его в Списке Эпохи, то и Список Вселенной возглавишь автоматически, — охотно пояснил маг. — За ним идут принц демонов, какая-то принцесса из Королевского Полета, стихийный элементаль и, собственно, ты. Есть еще несколько имен, но я в них сомневаюсь, а уж в таких делах у меня глаз наметан. Проблема в том, что никто не знает твой результат в Подземельях Испытаний. Конечно, все понимают, что ты алхимик и должен был неплохо справиться даже в ремесленных зачетах, но вопросов всё равно куча. Тем более после того, как ты затаился и не опубликовал результаты. Многие решили, что ты просто позорно провалился и теперь стесняешься.

— Значит, этого Избранного Ипа так высоко котируют? — пробормотал Джейк, пропустив мимо ушей пассаж о своем позоре. Он-то знал, что его счет в Испытаниях был более чем достойным, но всё же…

— Он прошел восемьдесят два этажа и шел очень уверенно по всему Мировому Чуду. Только одна группа смогла достичь того же результата, а большинство топовых команд даже восьмидесятый этаж не осилили, а если и осилили, то вполсилы и на честном слове, — продолжал делиться инсайдами хобгоблин. — Да и чему тут удивляться? Это же Избранный Ипа. Когда он был здесь, от него веяло чем-то… очень неуютным. Впрочем, про тебя я могу сказать то же самое.

— Ясно, — кивнул Джейк, погрузившись в свои мысли.

— Ну так что?..

— Что?

— Ты его сделаешь или нет? Если скажешь да и окажешься прав, я вообще не возьму с вашей группы денег за аренду камер, — предложил хобгоблин.

— Погоди, ты же минуту назад распинался о щедрой скидке в три процента?..

— Ладно-ладно! Я даже сверху накину… чего хочешь? — Маг явно замялся, не зная, чем задобрить Избранного.

Джейк задумался. Он прикинул, чем будет заниматься после Невермора и что ему может понадобиться в первую очередь. Ответ нашелся мгновенно.

— Кое-что для моих бананов… то есть Мусы. Древней редкости.

— Муса? Я думал, бананы на деревьях растут,а не на мусах каких-то .

— Многие так думают, — ответил Джейк, ведя этот судьбоносный разговор перед лицом величайшего состязания эпохи. — На самом деле это не дерево, а вид цветущего травянистого растения. Их часто путают с деревьями из-за размеров и мощного стебля.

— Хм, век живи — век учись, — кивнул хобгоблин с искренним интересом. — Ты и правда алхимик до мозга костей. Ладно, у меня есть кое-что, что точно пойдет твоему банану на пользу… Так каков будет ответ? Ты возглавишь список?

— Если бы я ставил деньги, я бы поставил на себя… потому что, честно говоря, забег Элл’Хакана по Испытаниям не показался мне чем-то из ряда вон выходящим, — Джейк многозначительно ухмыльнулся.

Хобгоблин на секунду замер от удивления, а затем расплылся в ответной ухмылке.

— Поверю тебе на слово. Бывай! Если ты сделаешь меня богатым гоблином, точнее, еще более богатым гоблином, — я пришлю человечка с подкормкой для твоего кактуса… то есть банана. С этими словами он захлопнул дверь камеры. Секунду спустя Джейк почувствовал, как активировались магические круги и реальность вокруг поплыла, время начало искажаться. Несмотря на ускорение, ему всё равно предстояло провести здесь несколько дней в полном одиночестве. Чтобы не помереть со скуки, он выудил из инвентаря Головоломку Искателя, вещицу, по которой уже успел изрядно соскучиться.

Прежде чем погрузиться в решение загадок, Джейк еще раз прокрутил в голове последние новости. Он сам от себя не ожидал, когда просил хобгоблина подгадить Элл’Хакану с его камерой времени, это было на него не похоже. Просто очень хотелось подколоть конкурента, а заблокировать ему титул в Списках казалось забавной идеей. Впрочем… позволить Элл’Хакану посидеть на троне пару минут, а потом с грохотом его оттуда скинуть — это было бы даже слаще.

Джейк признался себе еще в кое-чем: на мгновение он всерьез засомневался. А вдруг его очков не хватит? Он знал, что силен, ему твердили об этом на каждом углу, но представить себя на абсолютной вершине мирового рейтинга было всё еще сложно. Будь Невермор чистой ареной для драки, он был бы увереннее. Но здесь учитывалось слишком многое, а в Мультивселенной полно существ со своими уникальными талантами. Слова хобгоблина его даже немного успокоили: две группы прошли на два этажа больше, чем он, это неприятно, но это не какой-то заоблачный результат в девяносто этажей, достигнутый с помощью пяти Трансцендентностей или какой-нибудь другой магии.

Джейк знал, что он крут, но он видел адептов С-ранга и посильнее. В памяти всплыл лик Первого Мудреца. Кто поручится, что подобный уникум не появился снова? Шансы ничтожны, но… Тряхнув головой, Джейк отогнал сомнения и сосредоточился на Головоломке. Оставалось только ждать публикации результатов. Он ненавидел это чувство еще со школьных времен, когда ждал оценок за экзамен, и за прошедшие годы эта неприязнь только окрепла.

Погруженный в решение механических загадок, Джейк даже не осознавал иронии своих мыслей. Он боялся появления какого-то невероятного уникума, который придет и заберет всё золото… …совершенно не понимая, что в глазах всей остальной Мультивселенной этим невероятным уникумом был он сам.

Город Невермор бурлил. Даже в день открытия Мирового Чуда здесь не было такого столпотворения. Огромный мегаполис принимал делегации всех мыслимых фракций: укрепленные цитадели и представительства были забиты влиятельными фигурами со всех концов мироздания. Во многих зданиях негласно присутствовали даже боги, внимательно следя за каждым шорохом.

В резиденции Ордена Малефической Гадюки Виридия стояла на коленях перед женщиной, чей облик был ей хорошо знаком. Рядом с той застыли две её почти идентичные копии. Это была одна из Ведьм Изумрудной Лагуны в сопровождении проекций своих сестер.

— Великий Малефик сообщил нам, что его Избранный скоро покинет Невермор, — произнесла Ведьма, присутствовавшая здесь лично. — Есть и другие адепты, за которыми стоит присмотреть, например, те дракониды, но, к их несчастью, тень Избранного затмевает всё и вся.

— Мы будем действовать согласно стандартному протоколу Ордена? — нерешительно спросила Виридия. Она не первый раз посещала Невермор ради талантливых новичков, но как адепт S-ранга она впервые видела состязание за Списки такого масштаба. Готовясь к встрече, она изучила старые инструкции… но все они были написаны в те мрачные времена, когда Великий Малефик отсутствовал. В них красной нитью проходила мысль: «Сидите тихо и не раскачивайте лодку».

— Я читала те писания. Жалкое зрелище, — выплюнула Изумрудная Ведьма. — Виридия, напомни-ка, кто мы? Мы — Орден Малефической Гадюки, верные слуги Изначального. Мы не склоняем голов ни перед кем, кроме нашего Господина, и сейчас наш шанс показать всей Мультивселенной, что такое страх.

— Значит…

— Иди вперед с гордо поднятой головой. Встань рядом с другими представителями и не смей горбиться. Ты представляешь Малефика, Изначального Бога. Не смей позорить его, нас, Избранного или саму себя, — сурово добавила одна из сестер-проекций. — Твоя задача — не доказывать, что ты достойна этой гордости. Оставь это Великому Змею и его Избранному. Твое дело — греться в лучах их славы.

Виридия внимательно слушала, после чего поклонилась еще ниже.

— Воля Малефика будет исполнена.

— Хорошо. А теперь иди и покажи этим напыщенным индюкам, что Орден Малефической Гадюки нельзя сбрасывать со счетов или забывать.

Виридия поднялась, в её глазах пылала решимость. Проходя через комплекс зданий, она собирала тех, кто пойдет вместе с ней. Среди них были главы ветвей Ордена и другие адепты S-ранга, включая Фэрли, патриарха вампиров рода Налкар. В обычное время такое было бы немыслимо.

На то было несколько причин. Во-первых, репутация вампиров в Мультивселенной всё еще была, мягко говоря, сомнительной, и их часто преследовали просто за факт существования. Среди крупных фракций только Орден привечал детей ночи, остальные же вампиры были либо одиночками, либо сбивались в мелкие банды. Из-за этого Орден обычно не брал вампиров на официальные мероприятия, чтобы не провоцировать тех, кто до сих пор грезил об окончательном решении вампирского вопроса.

С возвращением Гадюки всё изменилось. Страх обидеть кого-то своим присутствием исчез. Сам факт того, что они вывели вампира в свет, был громким заявлением: отныне Орден делает что хочет, и никакие другие фракции не смеют диктовать им условия. Это была демонстрация силы и открытое покровительство расе вампиров.

И наконец… Фэрли сам очень хотел прийти. Он до сих пор сгорал от стыда за то, что когда-то принимал у себя Избранника, долго с ним беседовал и скупал у него трофеи после Охоты за Сокровищами, так и не поняв, с кем имеет дело. Он-то думал, что Джейк — просто удачливый новобранец с Благословением. Фэрли тогда снизошел до личного разговора только из-за своего интереса к вампирскому антиквариату. Теперь же он хотел лично засвидетельствовать свое почтение и увидеть триумф Избранного.

— Нервничаешь? — спросила Виридия у Фэрли, когда они покинули комплекс и направились к центральной площади. Их было двенадцать, в основном старые, преданные члены Ордена, но было и несколько новобранцев. Называть адептов S-ранга новобранцами было странно, но многие поспешили вступить в Орден или укрепить связи сразу после возвращения Первородного.

— О чем мне беспокоиться, Владычица Зала? — ответил патриарх вампиров с безмятежной улыбкой. — Мы в домене Змеебога, никто не посмеет оскорбить сразу двух Изначальных, выкинув какой-нибудь фокус. Я просто счастлив наконец-то идти при свете дня и не прятаться, словно я стыжусь своего происхождения.

Виридия медленно кивнула. Фэрли был старше неё, но как Владычица Зала она была выше по иерархии. И всё же ей было непривычно слышать такую формальную речь от вампира, которого она помнила еще адептом С-ранга.

— Стыдиться и правда нечего. Тебя признал Малефик, а его признание стоит больше, чем мнение всех остальных фракций вместе взятых. Я знаю, что и его Избранный не питает неприязни к твоему народу. Говорят, на его родной планете вампиры живут совершенно спокойно.

Фэрли улыбнулся, и какое-то время они шли в тишине, пока не показалась центральная площадь. Она разительно изменилась с того дня, как Джейк вошел в Невермор. Площадь расширилась, и не на какие-то крохи, здесь поработала магия пространства такого уровня, что она буквально растягивала реальность, делая пространство внутри больше, чем снаружи.

Всё это было сделано, чтобы разместить трибуны и подиумы для всех фракций, доказавших свое право быть здесь. За трибунами выстроились величественные здания, образующие кольцо вокруг площади. С их просторных террас открывался идеальный вид на два Списка Лидеров. Эти места были зарезервированы только для элиты, и у Ордена Малефической Гадюки, разумеется, было свое здание.

Сами Списки Лидеров пока были скрыты, на их месте зияла пустота. Это было сделано специально, чтобы подогреть интерес к открытию Списка Эпохи. Это состязание давно переросло рамки простого конкурса талантов, превратившись в грандиозное светское и политическое событие мирового масштаба.

Виридия вывела свою группу на крышу их здания. На них тут же устремились десятки любопытных взглядов, особенно многих зацепил вампир в их рядах. Фракция Восставших располагалась всего в паре рядов от них, и их представитель сверлил вампира злобным взглядом. Святая Церковь, к счастью, находилась на другом конце площади, их намеренно посадили как можно дальше от нежити.

Встретившись взглядом с представителем Восставших, Виридия лишь вежливо улыбнулась и кивнула. Тот явно был не в восторге, но профессионально сдержался и ответил на приветствие. Хамство в такой обстановке не принесло бы ему ничего, кроме проблем.

Здесь были десятки зданий топовых фракций, и почти все они уже были заполнены. Виридия привыкла, что на подобных сборищах Орден стараются не замечать… тем сильнее было её удивление, когда к ним один за другим стали подходить гости, чтобы засвидетельствовать почтение. И это были не мелкие сошки. Драконьи Рода, Объединенные Племена, Альтмарская Империя, Демонические союзы, могущественные боевые братства… Те, кто раньше смотрел на Орден свысока, теперь спешили выразить уважение и пожелать удачи их Избранному.

Причина, по которой фракции занимали целые здания, крылась в длительности мероприятия. Потребуются недели, если не месяцы, чтобы все герои этого поколения завершили свой путь и их имена проявились в списках. Это было золотое время для дипломатии, и Виридия не теряла ни минуты, принимая представителей направо и налево.

Стоит отметить, что в этом празднике жизни участвовали только смертные. Смешивать богов и простых смертных было затеей гиблой. Наверняка у богов были свои каналы связи и свои терки, но вся черновая дипломатическая работа легла на плечи адептов.

Дни складывались в недели. Списки всё еще молчали. И вот, в один прекрасный день, в небе над Городом Невермор вспыхнуло сообщение:

Виридия вышла на террасу, затаив дыхание. Когда таймер замер на нуле… площадь и небо залило ослепительным светом. А затем произошло то, чего никто не ожидал. Откуда-то из самой пустоты загремела музыка, и в небесах проявилась фигура, раскинувшая руки. Виридия почувствовала присутствие полубога.

Она читала об этом существе и знала, что оно неразрывно связано с Невермором. Это было могущественное создание, которого боялись не меньше, чем Изначальных, не из-за грубой силы, а из-за того хаоса и разрушений, которые оно могло посеять, если его разозлить. Виридия и все остальные смертные склонились в глубоком поклоне перед этим существом, которое, по правде говоря, давно перешагнуло порог божественности. Пожалуй, единственный бог, способный явиться миру в облике смертного:

Всебожественный Легион.