Тем временем в башне магии.
Солнце медленно клонилось к закату. Чонсон стоял в кабинете Арии, окутанный золотой аурой. Глаза тоже сияли золотом.
Он выровнял дыхание и прислушался к себе.
Раскрытие больше не вызывало ни малейшего отторжения. В новом теле оно вообще ни разу не ощущалось чужим. Изменилась лишь устойчивость: теперь Чонсон мог сохранять это состояние почти без усилий.
Он учился пользоваться Раскрытием во время разговора, ходьбы и обычного дыхания. Не выпускать всю мощь, а удерживать силу так естественно, будто она всегда была частью организма.
Тело постепенно привыкало.
Главная ценность заключалась даже не в самом усилении. После Раскрытия оставалось едва заметное чувство, будто время вокруг продолжало течь чуть медленнее.
Чонсон моргнул. Золотая пелена исчезла, и мир вернул привычные краски.
Перед ним сидела Ария.
— Теперь второе. Покажи.
Он сосредоточился на иной силе.
Сознание успокоилось. Мана, переполнявшая тело, стала продолжением рук и ног. Чонсон направил её по внутренним каналам и заставил сделать множество быстрых кругов.
Ладонь сама поднялась вперёд.
Из неё вырвалась мана, не похожая на прежнюю.
Когда-то она имела густой сине-чёрный оттенок. Ария называла это природой маны высших эльфов. Только теперь Чонсон начал понимать, что именно она имела в виду.
Предельно чистая мана не была синей.
Сила, прошедшая через его тело и очищенная бесчисленными циклами, стала совершенно чёрной. Ни единого синего отблеска.
Она обволокла ладонь и заколыхалась, как пламя. Напоминала чёрный огонь: не обжигала, но всё равно меняла воздух вокруг себя.
— Можно сказать, ты вышел на исходную ступень, — произнесла Ария.
— На исходную?
Чонсон не отрывал взгляда от ладони.
Внешне эта мана казалась зловещей и грязной. Разум подсказывал, что она, наоборот, очищена до предела, но чёрный цвет всё равно вызывал неприятное предчувствие.
— Полная чернота означает, что ты научился по-настоящему очищать ману. Отсутствие синего оттенка — только начало.
— Только начало?
— Да. Моя собственная сила давно ушла дальше природных свойств высших эльфов, поэтому я уже не могу показать тебе образец. Но взрослые представители моего народа обычно пользуются именно чёрной маной. Ты лишь сейчас добрался до их стартовой точки.
Чонсон тихо рассмеялся.
«Вот насколько мы изначально неравны».
Он потратил больше двух недель на отработку одного принципа: проводить ману через тело, повышая её чистоту. Теперь на переход требовалось меньше секунды.
И только теперь оказался на той точке, которая для высшего эльфа была врождённой.
— Удивлён. Разочаровался? — с улыбкой спросила Ария.
— Нет. Наоборот, рад, что вообще сумел добраться до начала.
Чёрная мана всё ещё струилась вокруг пальцев.
Чтобы добиться этого, Чонсон бесконечно повторял самые основы. Вместе с чистотой выросло и умение сосредоточиваться. Если раньше требовалось время на подготовку, теперь сила откликалась почти мгновенно.
Уже одно это было серьёзным достижением.
— Неожиданный ответ, — заметила Ария.
— Вы думали, я расстроюсь?
— Не особенно. Но предполагала, что тебе понадобится время, чтобы принять разницу. Всё-таки путь сюда оказался долгим.
— Я человек. Было бы странно рассчитывать, что природа маны высших эльфов подчинится мне сразу и без усилий. За подобное мастерство всегда приходится платить трудом или чем-то ещё.
Слова Арии, напротив, вселяли надежду.
Ария признала, что он достиг отправной точки. Но её требования не имели ничего общего с обычными нормами. Если представительница высших эльфов сочла результат настоящим началом, значит, дальнейшее совершенствование было возможно.
— Правильный настрой, — сказала Ария. — Я каждый день убеждаюсь: среди людей ты особенно странный.
— Сочту за похвалу.
Он улыбнулся.
Пусть это лишь начало, впереди открывалось множество возможностей. Чонсон ещё не знал, какую силу даст чёрная мана и как изменит будущие техники. И все возможные ответы сулили пользу.
— Это и была похвала. Раз ты добрался до нужного уровня, расскажу о главном преимуществе такой маны.
— Я слушаю.
Ария наклонилась ближе. Белые волосы коснулись его плеча, губы оказались у самого уха.
— Выносливость.
— Выносливость... — повторил Чонсон.
— Если сможешь постоянно поддерживать циркуляцию этой маны, уставать станет намного труднее. Тело, запас сил и мана будут непрерывно восстанавливаться, будто внутри запустился вечный круговорот.
У Чонсона перехватило дыхание.
«Значит, я смогу дольше удерживать силу и расходовать больше маны».
В голове одно за другим всплывали преимущества. Меньшая усталость означала больше времени на тренировки. Больше тренировок — более быстрый рост.
Если каждый новый час можно использовать с пользой, рост снова ускорится.
— Именно, — тихо подтвердила Ария. — И ещё...
Она выдержала паузу.
— Долго не упадёт.
Ария отстранилась.
Чонсон замер.
Фраза прозвучала многозначительно. Он решил, что речь всё ещё идёт о жизненной силе.
— Моё тело станет прочнее?
— Не совсем. Кожа и кости не превратятся в броню. Просто чистая мана станет ещё одним источником жизненной энергии. Она будет поддерживать организм и помогать ему восстанавливаться.
— Понимаю. Но что именно вы имели в виду последней фразой?
Чонсон чувствовал, что упустил важную деталь. Раз Ария отдельно это подчеркнула, за словами должно было скрываться ещё одно свойство.
— Госпожа Ария, можете объяснить точнее?
Она молча смотрела на него.
Чонсон терпеливо ждал.
Тишина затянулась. Прошло, вероятно, несколько минут, но под её взглядом они показались получасом.
Наконец Ария фыркнула.
— Я что-то не так спросил?
— Нет. Просто иногда ты бываешь невыносимо серьёзным.
Чонсон не понял.
— Я вижу, что ты не притворяешься, поэтому объяснять особенно неловко.
Ария указала на него пальцем.
Не на лицо и не на грудь.
Ниже.
Чонсон проследил за направлением жеста.
— Я сказала, что у тебя там долго не упадёт, болван. Думала, человеческим мужчинам такое приятно слышать. Постаралась для тебя, а ты заставил меня всё разжёвывать.
Он медленно, почти деревянно кивнул.
Это действительно было важное преимущество. Совсем не то, о котором Чонсон думал, но от этого не менее ценное.
Для мужчины хорошая потенция имела значение. Для мужчины, связанного с несколькими женщинами, — тем более.
— Спасибо, госпожа Ария.
— Хватит. Закроем тему.
Разговор внезапно стал неловким для обоих.
Чонсон никак не ожидал услышать подобное от женщины — тем более от Арии.