Контент удален!

Войдя в кабинет Арии, Чонсон сразу почувствовал перемену.

«Тяжёлый воздух».

По Башне ползли невероятные слухи, а лицо главы Башни магии выглядело непривычно мрачным. Возможно, поэтому обстановка давила особенно сильно.

— Хан Чонсон, по дороге сюда ты что-нибудь слышал?

— Вы о слухах насчёт Опоры Империи?

— Да. О смерти Редрика.

Ария произнесла это как установленный факт.

Чонсон медленно кивнул.

«Значит, Редрик действительно погиб».

Если Ария говорила настолько уверенно, сомнений не оставалось.

Редрик Фетелеа был одним из четырёх носителей статуса Опоры Империи и удерживал весь Южный фронт. Сегодня ночью его не стало.

— Садись. Мне нужно отдельно поговорить с тобой об Опорах Империи. Разговор будет долгим.

Чонсон подошёл к столу, не в силах отделаться от тревоги.

Произошло событие, которого в известном ему будущем быть не должно.

В исходном сюжете гибель Редрика вообще не упоминалась. Если не считать происшествия с Леонхартом, это было крупнейшее отклонение из всех, с которыми Чонсон сталкивался.

Ария села напротив. По её лицу он понял, что разговор будет серьёзнее обычного.

— Редрик Фетелеа удерживал Южный фронт как один из носителей статуса Опоры Империи. Это ты знаешь?

— Да.

— Тогда не стану повторять очевидное и сразу перейду к делу.

Она убрала за ухо серебряную прядь.

Чонсон ждал продолжения.

«В сюжете почти ничего не говорилось и об Арии».

Он не знал, как она должна была действовать после такого события.

Смерть Опоры Империи неизбежно потрясёт государство. Изначально кризис должен был начаться после исчезновения Анастасии, защищавшей Западный фронт. Теперь её место в цепи событий словно занял Редрик — изменились человек и срок, но сам удар остался тем же.

— С этого дня безопасных мест в Империи почти не останется, — сказала Ария. — А тебе придётся быть особенно осторожным.

— Я запомню.

— Не утверждаю, что опасность уже стоит у твоей двери. Но за пределами Башни станет гораздо хуже. Пожалуй, решение оставить тебя здесь на некоторое время оказалось удачным.

В словах звучала забота, однако за ней скрывался иной смысл.

«Ария знает что-то о будущем».

Она говорила так, будто уже представляла дальнейшие события. И почему-то особенно беспокоилась именно о нём.

— Вчера я не сказала тебе одного, — продолжила Ария. — Речь о твоём Раскрытии. Я уже видела такую силу.

Чонсон моргнул.

«Видела моё Раскрытие?..»

Фраза вызвала странное узнавание.

Он и сам встретился с этой силой раньше, чем смог её применить: сначала в осознанном сне, затем в воспоминаниях, пережитых внутри апостольской печати. Чонсон бесчисленное число раз наблюдал закон Раскрытия и понимал, что не создал его с нуля.

Некто уже довёл эту силу до совершенства.

— Вот как.

Ария усмехнулась.

— Судя по ответу, ты совсем не удивлён.

— Удивлён. Просто не сразу понял, что сказать.

— Допустим. Тогда знаешь, зачем я заговорила об этом?

Вопрос был с подвохом. Казалось, Ария проверяет его реакцию.

— Нет.

— Скажу прямо: твоё Раскрытие — необычайно редкая сила.

С этим Чонсон спорить не мог.

Необычным было всё: и возможности Раскрытия, и способ, которым он его получил. Кали лишь дала первую зацепку. Подлинное понимание пришло во сне, где Чонсон постиг почти все основные принципы.

В обычных условиях подобное было невозможно.

Ария внимательно следила за его лицом.

— И это тебя не поражает… Хан Чонсон, ты случайно не знаешь больше, чем говоришь, об апостолах?

Между её предыдущей фразой и вопросом словно пропустили несколько звеньев.

— Об апостолах я почти ничего не знаю.

— Правда? Странно. Твоя сила ближе всего именно к силе апостолов.

Чонсон резко поднял глаза.

Такого быть не могло.

Источник его Раскрытия принадлежал человеку, который ненавидел апостолов и обрёл силу, чтобы убивать их.

В этом Чонсон был уверен. Во время заточения он снова и снова видел память того мужчины.

— Не знаю, почему вы так решили, но мне это кажется неверным.

Улыбка Арии стала шире.

— Говоришь, что ничего не знаешь, и тут же уверенно возражаешь. Выходит, знаешь немало.

Чонсон осёкся.

Она провела его простейшим наводящим вопросом.

Но зачем?

Он никому не рассказывал ни об осознанных снах, ни о воспоминаниях из печати. Ария тоже не должна была знать.

«Хотя… от неё можно ожидать чего угодно».

Перед ним сидел высший эльф, существо, давно вышедшее за рамки человеческих представлений.

— Значит, когда вы сказали, что уже видели моё Раскрытие…

— Я имела в виду буквально это. Видела собственными глазами. И всё, что расскажу дальше, ты не должен передавать никому. Поэтому сначала заключим договор.

Темп разговора резко изменился.

Из глаз Арии исчезло всякое озорство. На мгновение она показалась Чонсону совсем другим существом.

— Что бы вы ни открыли, я сохраню тайну.

— Верю. Но всегда остаётся случайность. Поэтому предлагаю кровавый контракт.

От холодного тона по спине прошёл озноб.

Кровавый контракт считался одной из самых опасных форм магического соглашения. Он насильно ограничивал действия сторон, а нарушение условий влекло заранее установленную расплату.

— Настолько важная тайна?

— Да. Я собираюсь открыть тебе истину, которую не рассказывала никому за все годы во главе Башни магии.

Чонсон сразу понял причину.

«Всё из-за моего Раскрытия».

Другого объяснения такой перемене в отношении Арии не было.

Если она действительно видела человека из его воспоминаний…

— Я согласен.

— Не хочешь подумать? Я могу подробно объяснить условия и последствия.

— Я знаю, что такое кровавый контракт. Начинайте.

Чонсон говорил спокойно, хотя внутри всё переворачивалось.

До сих пор Ария относилась к нему с доброжелательностью, и он уже считал её союзницей. Но предложение договора и готовность раскрыть личную тайну означали большее: она намеревалась закрепить их связь окончательно.

— Ты всё дальше от обычного человека, Хан Чонсон.

— Сочту это похвалой.

— Так и задумано. Дай правую руку.

На середине стола стояла чаша с водой.

Чонсон надрезал ладонь. В воду упала первая капля крови, затем вторая и третья. После этого он отнял руку.

Ария повторила действие. Ровно три капли её крови смешались с его кровью, окрашивая прозрачную воду красным.

Она щёлкнула пальцами.

По чаше прошла рябь — и мгновенно застыла.

Чонсон невольно задержал дыхание.

«Она обошлась даже без формулы клятвы».

Обычно кровавый контракт требовал точного словесного обета. Ария одним жестом заменила весь ритуал и сразу получила нужный результат. До такого владения маной Чонсон не мог даже мысленно дотянуться.

— Всё, договор заключён. Истину, которую я обозначу, ты не сможешь раскрыть никому. Взамен можешь доверить мне свою тайну, и я тоже не смогу её выдать.

— Понял.

— Тогда начну со своей.

Ария улыбнулась — широко и почти вызывающе.

— Я не человек.

Чонсон промолчал.

Улыбка на её лице дрогнула.

— Подожди. Ты услышал и даже не удивился?

Только теперь он понял, что отреагировал слишком спокойно.

— Простите. Я… всегда считал вас существом, превосходящим людей. Поэтому смысл ваших слов дошёл не сразу. На самом деле я очень удивлён.

— Вот как? Тогда добавлю кое-что ещё. Я высшая эльфийка. Верится с трудом, но это правда.

Чонсон слушал с почти неловким чувством.

Ему и в голову не приходило, что однажды Ария лично раскроет ему свою природу.

Она прищурилась.

— И это тебя тоже не удивило?

Чонсон поспешно изобразил улыбку.