— Смотрите...

— Это люди из Центральной Академии?

— Похоже, инструктор и ученик. Интересно, зачем они вышли в город.

Обрывки разговоров звучали непривычно.

Днём улицы были переполнены, поэтому прохожие неизбежно обращали на нас внимание. Но их восхищённые, почти почтительные взгляды отличались от обычного любопытства внутри Академии.

За её стенами легко забыть, что сам факт поступления уже отделяет ученика от большинства людей.

Требования Академии были исключительно высоки. Многие мечтали попасть туда, но даже не могли приблизиться к вступительным испытаниям.

Я посмотрел на Кали.

— Ученики и инструкторы редко выходят в столицу?

— Почти никогда. Всё необходимое есть на территории Академии, а свободного времени мало. Обычно незачем тратить его на дорогу.

Ответ был ожидаемым.

За всё время обучения я покидал Академию лишь по особым случаям. Первая прогулка по столице состоялась через несколько месяцев после поступления, когда нас вывела Анастасия.

«И правда, поводов почти не бывает».

Огромная территория Академии напоминала небольшой город. Там хватало магазинов, мастерских, лечебных помещений, залов и всего прочего. Внешний мир постепенно переставал быть частью повседневной жизни.

Теперь мы направлялись к северным кварталам, навстречу неизвестной опасности, а город всё равно притягивал взгляд.

Под одним небом, в пределах одной столицы существовали совершенно разные миры.

«Даже окраины не похожи на это место».

Когда я впервые оказался в этой реальности, то жил на краю Эдельфии и перебивался случайными заработками.

Люди там редко улыбались. Они спешили, словно за каждым гналась невидимая беда. Усталость и тревога въедались в лица.

Здесь всё было иначе.

— Мама, купи сладкую вату!

— Куда пойдём сегодня? Говорят, недавно открылся новый театр.

По улицам гуляли семьи, друзья, влюблённые. Люди смеялись, спорили о пустяках и никуда не торопились. В их движениях чувствовались силы и свободное время.

«Вот как живёт обычный город».

Не счастье без конца и не сказочное богатство. Просто спокойная жизнь, в которой нет ничего выдающегося и ничего ужасного.

— Чонсон.

Я очнулся от мыслей.

— Да, инструктор Кали?

— Теперь тебе спокойнее?

Она едва заметно улыбалась.

Я замер.

Мы вышли сюда не на прогулку. Где-то впереди скрывалось существо, которое я не мог даже описать. Я собирался найти его и уничтожить.

— Простите. Я просил вас сопровождать меня не ради этого. Просто задумался.

— Не извиняйся. Мне нравится видеть тебя таким.

Её лёгкий тон только усилил неловкость.

«Я не должен расслабляться».

Инстинкт предупреждал об угрозе. Ночью я увидел картину будущей бойни. Сейчас следовало сохранять полную готовность.

— И всё же я хочу, чтобы ты не загонял себя, — продолжила Кали.

— Инструктор...

— Страх не всегда помогает. Если напряжение станет чрезмерным, тело потеряет подвижность.

Она говорила с той спокойной уверенностью, которая приходит с возрастом и опытом. Кали не просто знала больше меня — она сознательно старалась снять мою тревогу.

— К тому же я рядом. Разве нет?

Я рассмеялся.

Действительно.

Кали считали одной из Опор Империи. Большинство апостолов не смогли бы даже приблизиться к ней. Каким бы опасным ни казалось неизвестное присутствие, она наверняка найдёт способ ему противостоять.

— Я вам доверяю.

— Тогда доверься ещё немного. Сегодня на тебе не появится ни одной царапины.

Она произнесла это как установленный факт.

Я медленно кивнул.

Возможно, я слишком боялся того, чего ещё не видел. Рядом находилась Кали, а где-то поблизости незримо следовала Изабель.

С каждым шагом внутри становилось легче. Напряжение отступило, дорога перестала казаться тяжёлой.

* * *

Покинув гостиницу, Юсилия и Азазель не стали уходить далеко.

Они зашли в небольшое заведение неподалёку и устроились у окна. Юсилия пила холодный напиток с фруктами, словно просто ждала назначенной встречи.

Азазель долго наблюдала за ней, а потом всё-таки заговорила.

— Юсилия.

— Что?

— Я тебе верю. Но действительно ли лучше просто сидеть здесь?

Сам вопрос казался почти кощунственным.

Пророчество Юсилии считалось абсолютным. Сомневаться в нём или оспаривать её решение было бессмысленно.

И всё же Азазель требовалось услышать ответ.

— Не имеет значения, лучший это вариант или нет.

Юсилия усмехнулась.

Азазель посмотрела за окно.

По улице бесконечно текла людская толпа. И среди множества слабых присутствий постепенно выделялось одно знакомое.

Тело проекции хорошо помнило силу Хан Чонсона. Его приближение само по себе не удивляло.

Проблема заключалась в сопровождающих.

Рядом с ним находились два существа с подавляющим запасом маны.

«Одна — Кали Иштар, Опора Империи. Вторая скрывает себя так тщательно, что определить личность невозможно».

Азазель не ожидала подобного.

Если начнётся прямой бой, её проекция не сможет даже долго защищаться.

— Не усложняй, — сказала Юсилия, будто прочитав мысли. — Человека, который станет опорой, убью я.

Азазель едва заметно кивнула.

Услышь она такое от любого другого апостола, обязательно стала бы спорить. Но слова Юсилии можно было принять.

Глоток. Ещё один.

Юсилия допила фруктовый напиток. Она выглядела совершенно беззаботно.

«Да. У неё наверняка есть расчёт».

Если будущее не изменилось, тревога Азазель ничего не значила.

Она тоже сделала глоток и заставила себя успокоиться. Затем внимательнее посмотрела на спутницу.

— Будет интересно, — сказала Юсилия.

Она словно предвкушала развлечение.

Именно эта светлая улыбка показалась Азазель особенно зловещей.

«Насколько же она сильна?»

Неужели Юсилия могла без труда подавить двух людей такой мощи?

Азазель не знала её истинных пределов.

Юсилия всегда скрывалась во тьме, которая разливалась вокруг неё без конца. За пределами Империи, где проекции не были ограничены, такая уверенность выглядела бы естественно. Но они находились в самой столице, вынужденные сдерживать силу, — и всё же Юсилия ни на миг не сомневалась.

— Пора, — весело произнесла она.

Азазель поднялась.

Оставалось следовать за ней.

«Я всё равно не понимаю её замысла».

Они вышли на улицу.

Азазель сохранила Незримость и, всё сильнее напрягаясь, двинулась к приближавшимся людям.

Встреча произошла через несколько минут.

Юсилия остановилась.

Вдалеке замерли двое: женщина с ярко-красными волосами и черноволосый юноша.

Кожу Азазель закололо. Казалось, внешнее давление вот-вот сомнёт человеческое тело проекции.

Воздух едва заметно дрожал. Черта Кали уже подчинил пространство.

Нельзя было забывать и о втором защитнике, который по-прежнему скрывался.

«Меня они заметить не должны».

Азазель позволила проявиться лишь присутствию Юсилии. Теперь всё зависело от неё.

Но реакция спутницы оказалась неожиданной.

Юсилия смотрела на людей и впервые за долгое время хмурилась. На её лице появилось настоящее раздражение.

Азазель передала мысль без слов.

«Юсилия?»

Та вдруг рассмеялась.

— Вот как... Значит, поэтому человек, которому суждено стать опорой, уклоняется от моего пророчества. Теперь всё понятно.

Её голос стал ледяным.

Азазель слышала такой тон всего несколько раз.