Выйдя из кабинета Арии, Чонсон тихо вздохнул.

Он посмотрел на собственные ладони. Казалось, в них ещё оставалось тепло её плеч.

И только теперь прикосновение напомнило ему, зачем он изначально искал встречи с Арией.

«Я хотел добиться её любви».

После первого знакомства Чонсон приходил к ней с вполне определённым расчётом.

В окне статуса открылся особый путь развития, доступный лишь ему. Чтобы выполнить указанное там условие и пробудить ману, требовалось завоевать сердце Арии. Ради этого он намеренно сближался с ней.

Но с момента пробуждения вчерашняя цель совершенно вылетела из головы.

Теперь он общался с Арией естественно, не преследуя скрытых намерений. И всё чаще задавался вопросом: был ли прежний замысел вообще правильным?

«А сейчас мне это нужно?»

Тело уже изменилось и обрело врождённую способность к мане.

Сама Ария называла его тело почти идеально чистым. После такой перемены прежняя необходимость соблазнять её ради пробуждения исчезла.

Больше не требовалось цепляться за мысль, что он обязан заставить её влюбиться.

От сложных размышлений Чонсон даже остановился.

И тут почувствовал на себе пристальный взгляд.

За последние два дня на него смотрели постоянно, но этот взгляд был особенно напряжённым. Подняв голову, Чонсон увидел женщину, застывшую неподалёку.

Длинные чёрные волосы до талии, чёрная мантия и всё ещё красная щека.

— Вы ведь…

Имя пришло не сразу.

«Тереза».

Точно. Маг по имени Тереза.

— Простите… с вами всё в порядке?

— Да. Вы всё это время меня ждали?

Её тревожные глаза не оставляли сомнений.

— Я не могла просто уйти. Скажите… госпожа Ария сильно вас наказала?

Чонсон хотел сразу ответить, что никакого наказания не было, но вовремя вспомнил слова Арии.

«В зале было слишком много свидетелей, поэтому мне требовался формальный повод увести тебя».

Она забрала его с собой, чтобы сохранить видимость строгого соблюдения порядка.

«Если я расскажу, что меня отпустили без последствий…»

Не повредит ли это её авторитету?

— Не стоит так переживать.

Пришлось ответить уклончиво. Кроме Терезы за ними наблюдали и другие маги, а слишком беззаботный вид мог вызвать ненужные догадки.

— Как же мне не переживать?.. — голос Терезы дрогнул. — Из-за меня госпожа Ария вас наказала. Я видела, как вы вышли из кабинета и тяжело вздохнули.

— Нет, вы неправильно поняли. Я вмешался по собственной воле, поэтому и последствия принял сам.

Чонсон растерялся.

Вздох к наказанию вообще не относился. Он думал об Арии и своём прежнем намерении добиться её любви.

Но Тереза истолковала всё совершенно иначе.

По влажному блеску глаз Чонсон понял, что она чувствует.

Благодарность за помощь и вину за наказание, которое, по её убеждению, он понёс.

«Её можно понять».

Но она ни в чём не была виновата. Даже если бы Ария действительно назначила наказание, Чонсон всё равно не держал бы на Терезу зла.

— Вас зовут Хан Чонсон, верно?

Он кивнул.

— Я Тереза. Тереза Розмонд. Мне не даёт покоя то, что случилось. Может быть, вы чего-нибудь хотите? Если это в моих силах, я сделаю всё, что попросите.

Она заговорила торопливо, будто боялась, что он не даст договорить.

«Слишком поддалась чувствам».

Наверное, ожидание перед дверью только усилило её тревогу. Теперь вина толкала на необдуманные обещания. Принимать их всерьёз было нельзя.

— Госпожа Тереза.

— Да. Говорите, что угодно.

Чонсон мягко улыбнулся и покачал головой.

— Госпожа Ария назначила мне наказание, которое я вполне могу вынести. Это следствие моего собственного решения. Я не собираюсь ничего с вас требовать и не испытываю к вам дурных чувств.

Он сказал ровно то, что думал.

О полном отсутствии наказания говорить нельзя, но и позволять Терезе мучиться из-за него не следовало.

Она продолжала смотреть с беспомощным недоверием.

— Я помог вам не ради награды и не потому, что чего-то от вас хотел. Не разбрасывайтесь такими обещаниями. А если вам непременно хочется отблагодарить меня…

Чонсон задумался.

Что могло бы успокоить их обоих?

Не хотелось просить ничего значительного, но простого отказа Тереза, похоже, не примет.

— Покажите мне как-нибудь свою магию.

— Мою… магию?

— Я слышал, что у каждого мага в Башне есть особое заклинание, которым владеет только он. Просить серьёзную награду было бы неловко. Если вы однажды покажете свою уникальную магию, этого более чем достаточно.

— Я… да. Хорошо. Покажу.

Тереза отвечала с заметными паузами, и теперь уже Чонсон насторожился.

«Неужели просьба оказалась слишком большой?»

Он почти ничего не знал о волшебниках.

В романе значимых персонажей-магов практически не было. Даже Арии, самой влиятельной волшебнице мира, посвятили всего несколько строк.

Чонсон вспомнил лишь обрывок сведений и высказал первое, что пришло в голову. Судя по реакции Терезы, просьба была далеко не безобидной.

Она надолго замолчала. Чонсон тоже не решался продолжать: уже пожалел о сказанном.

Однако слово не воробей. Сделать вид, что просьбы не было, теперь не получится.

— Тогда… я сама найду вас. Когда подготовлюсь показать уникальную магию, приглашу в свою мастерскую.

Она говорила подозрительно медленно и то и дело сбивалась.

«Значит, об этом нельзя просить так запросто».

В книге упоминалось лишь, что у каждого мага есть уникальная магия. Чонсон и представить не мог, насколько серьёзно прозвучит его просьба.

— Буду ждать.

— Да… До встречи.

Тереза осторожно отошла.

И взгляды окружающих тоже изменились.

Потрясение. Недоверие. Настоящий ужас.

На Чонсона смотрели так, будто он нарушил величайшее табу.

«Что такого в просьбе показать одно заклинание?»

Он ведь не требовал обучить его. Всего лишь хотел увидеть.

Чонсон неловко кашлянул и поспешил уйти.

По дороге в комнату он заставил себя выбросить тревожные мысли из головы.

«Как-нибудь разберёмся».

Не могла же одна демонстрация магии стоить так дорого.

* * *

Телепортационный круг вспыхнул и погас. Тереза оказалась на этаже, где располагалась её мастерская.

Она быстрым шагом направилась к двери, но внутри всё кипело.

Красные губы были искусаны, дыхание сбивалось.

Едва войдя в помещение с гербом дома Розмонд, Тереза тяжело прислонилась к двери.

Сил не осталось.

День оказался слишком тяжёлым, а слова Хан Чонсона никак не укладывались в голове.

Ноги подкосились, и она медленно сползла на пол. Пальцы машинально коснулись лица.

— Что это вообще было?..

Сначала, увидев его у кабинета Арии, Тереза почувствовала множество разных эмоций.

Сильнее всего — вину.

Из-за неё он мог получить суровое наказание, и его вздох только подтвердил худшие опасения.

Но во время разговора Тереза постепенно поняла, что он за человек. Увидела, как он старается её успокоить.

Благодарность быстро переросла в искреннюю симпатию.

— Я даже подумала, что он гораздо лучше, чем кажется…

И тут прозвучала эта просьба, разом разрушившая прежнее впечатление.

Если бы Хан Чонсон потребовал иной награды, Тереза согласилась бы почти на всё. Она и вправду чувствовала себя обязанной и хотела помочь, насколько хватит возможностей.

— Но уникальная магия…

Это было немыслимо.

Причём он произнёс просьбу так буднично, что Тереза не сумела сразу отказать.

«Надо было сказать нет».

Она ухватилась за волосы и зажмурилась.

— Да лучше бы он предложил трахнуться. Я бы и то меньше ломала голову.

Фраза была настолько нелепой, что в другое время Тереза не произнесла бы её даже в шутку. Но сейчас она и правда ничего не понимала.

Он спас её, говорил спокойно и уверенно, избавил от вины — за всё это хотелось быть благодарной.

Однако и у благодарности есть предел.

Просить мага показать уникальную магию было слишком. А согласиться на такую просьбу — ещё глупее.

Тереза бездумно перебирала пряди и вдруг замерла.

— Погоди. А что, если…

Мысль свернула в странную сторону, но только она хоть как-то объясняла случившееся.

Тереза медленно моргнула.

— Неужели я ему нравлюсь?

Может быть, он влюбился с первого взгляда?

Иначе зачем требовать настолько личного?