Вокруг наконечника поднялось золотое марево.
Оно медленно обвило копьё, будто всегда было его частью, а затем принялось сминать воздух. Спираль отличалась от всего, что Чонсон показывал прежде. В ней чувствовался предел — последняя ставка, после которой продолжения не будет.
Это поняли все.
Селен, до сих пор ранившая его не прямыми ударами, а одной лишь отдачей от столкновений. Изабель и Рейчел, наблюдавшие за наставлением. Даже Эллин, вторая из золотых рыцарей в свите принцессы.
— Он и правда необыкновенный человек, — произнесла Эллин, не скрывая ожидания.
Рейчел чуть улыбнулась и перевела взгляд на Изабель.
Та стала ещё мрачнее. Изабель так стиснула кулак, что побелели пальцы, а от обычной невозмутимости не осталось и следа.
«Похоже, он задел её куда глубже, чем я думала».
Это плохо вязалось с привычным образом Изабель — безупречно верного рыцаря, для которого служение Империи стояло выше личных чувств. Рейчел приставила её к Чонсону как телохранителя, однако теперь интерес Изабель явно выходил за рамки долга.
Чем больше он истекал кровью, тем заметнее это становилось.
Изабель почувствовала взгляд и осторожно повернула голову.
Рейчел стало любопытно.
Если забыть о низком происхождении, достоинств у Чонсона хватало. Он был красив, обладал талантом, сравнимым с чертой Анастасии, и при этом не позволял силе испортить характер. Но что именно заставило сдержанную Изабель так к нему привязаться?
— Он всегда так себя ведёт?
Рейчел кивком указала на Чонсона, продолжавшего собирать силу.
— Да, Ваше Высочество. Он во всём выкладывается до конца.
— До конца... Значит, сегодня не исключение? Он и обычно доводит тренировки до такого состояния?
— Именно так.
Ответ прозвучал без малейшей заминки.
Рейчел снова посмотрела на арену. Золотая аура вокруг Чонсона сияла всё ярче, а спираль на копье уже внушала настоящий страх. По коже пробежал холодок. Трудно было поверить, что он добился этого, будучи ровесником Рейчел.
«Даже во всей Империи не найдётся второго такого».
Она могла утверждать это без колебаний.
Но дело было не только в таланте.
Условия наставления были заведомо несправедливы. Сила Селен давила, а разница в уровне не оставляла надежды. И всё же Чонсон не сломался. Наоборот, с каждым неудачным выпадом он становился упрямее и пытался выжать из себя ещё больше.
По окровавленному телу было ясно, какую боль он терпит. Однако на лице не появилось ни страха, ни растерянности. Даже перед одной из сильнейших золотых рыцарей он не дрогнул, словно и не видел перед собой непреодолимой стены.
Почти всё в нём притягивало взгляд.
«Редчайший самородок».
Причём столь многообещающий, что невозможно было представить, каким станет Чонсон через несколько лет.
Рейчел тихо усмехнулась.
Пять минут, на которые она рассчитывала, давно прошли. Отчасти потому, что Чонсон превзошёл ожидания. Но куда важнее было другое: Селен тоже увлеклась.
За долгие годы службы Рейчел научилась замечать её настроение. Сейчас золотой рыцарь получала от боя удовольствие — редчайшее зрелище.
Чем дольше принцесса смотрела, тем сильнее хотела заполучить этого мужчину.
Ради встреч с ним стоило тратить почти всё свободное время. Более того, Рейчел уже была готова пойти ему навстречу даже в чрезмерных требованиях.
Такой человек должен принадлежать ей.
И вот Чонсон завершил подготовку.
Копьё сорвалось с руки — и площадку поглотила буря.
Ветер ударил в лицо, золотые волосы Рейчел взметнулись. Она развернула «Безмолвие времени», тайную технику, которой когда-то поделилась с ней Селен.
Но увиденное не укладывалось в привычные правила.
Мир почти застыл, а копьё продолжало лететь так, словно замедление на него не действовало. Золотая буря рассекала неподвижное пространство и не теряла ни скорости, ни силы.
Следом переместился Чонсон.
Селен приняла необычную стойку, готовясь встретить удар. В следующий миг наконечник коснулся её меча.
Сам факт такого соприкосновения казался чудом.
И тут, вопреки всякой логике, Чонсон возник у самого копья. Одной рукой он упёрся в землю и снизу подбил древко, превращая прямой удар в резкий восходящий выпад.
Рейчел ощутила разочарование.
«Так Селен не достать».
То, что Чонсон сумел развить такую мощь и свободно управлять Раскрытием, само по себе было поразительно. Но если вся техника сводилась к скорости, силе и прямолинейному движению, против Селен она была бессильна.
Её мастерство давно вышло за пределы обычного фехтования. Даже Рейчел, годами тренировавшаяся с ней, всякий раз упиралась в стену.
Золотое копьё скользнуло вдоль клинка. Оно двигалось так быстро, что Рейчел на миг усомнилась, действует ли ещё «Безмолвие времени».
Однако и ответ Селен оказался иным, чем прежде.
Она едва заметно повернула кисть.
Отступила на один шаг.
Одновременно выгнулась назад, пропуская наконечник над собой. Удар, который должен был пронзить её, ушёл в пустоту.
На этом всё могло закончиться.
Приём Чонсона был хорош — куда лучше, чем ожидала Рейчел. Против любого другого бойца сочетание скользящего выпада и внезапного подъёма копья стало бы смертельным. Но противник ему достался худший из возможных.
Селен начала разворот.
Рейчел заранее увидела продолжение: удар ногой под колено, потеря равновесия, ладонь на плече — и Чонсон будет вбит в землю. Она сама не раз переживала эту последовательность и прекрасно знала, насколько она болезненна.
Всё пошло именно так.
Пятка Селен врезалась в ногу Чонсона. Он качнулся. Ладонь золотого рыцаря уже опускалась ему на плечо...
— Что?..
Рейчел распахнула глаза.
Грохот!
Над Селен разорвался золотой вихрь. Порыв добрался даже до наблюдателей. Эллин мгновенно развернула вокруг принцессы защиту, и давление ветра ослабло.
В ту же секунду «Безмолвие времени» рассеялось.
Мир вернулся к обычной скорости. Рейчел не увидела самого перехода — только итог.
Селен выпрямилась, тихо рассмеявшись. Затем Рейчел нашла взглядом Чонсона и замерла.
Он стоял.
Раскрытие уже погасло, золотой свет исчез из глаз. И всё же мужчина, которого Селен должна была прижать к земле, удержался на ногах.
Этого оказалось достаточно.
Он снова не позволил сбыться тому, что Рейчел считала неизбежным.
Селен убрала меч в ножны. Рейчел больше не видела смысла продолжать и шагнула вперёд. Одного движения хватило, чтобы оказаться рядом с Чонсоном.
Он вонзил копьё в землю и держался только благодаря древку. Предел был давно пройден. В полуприкрытых глазах не осталось осмысленного выражения.
Рейчел даже пожалела, что золотой свет в его глазах уже погас.
Чонсон пошатнулся и рухнул на неё. Она спокойно подхватила его, позволив голове опуститься ей на плечо.
— Хватит. Теперь отдыхайте.
В голосе прозвучала мягкость. Рейчел достала заранее приготовленное зелье и осторожно поднесла флакон к его губам. Чонсон глотал почти бессознательно.
Она смотрела на него и думала лишь об одном.
«Он обращается со своим телом хуже, чем я предполагала».