Возвращаясь в кабинет Арии, Чонсон испытывал смешанные чувства.
«Ответственность».
Она прямо сказала, что потребует с него ответ. При этом сам он не ощущал за собой ни малейшей вины.
И всё же её логику понимал.
В Башне существовали установленные правила, и Ария только что дала всем понять: исключений не будет.
— Для начала сядь.
Чонсон послушно устроился за ближайшим столом, всё ещё не в силах расслабиться.
Ария вдруг широко потянулась.
— А-а-х… Я как раз закончила работу и собиралась отдохнуть. До чего же всё это утомительно.
Она искоса взглянула на него.
Холод, которым несколько минут назад от неё веяло на весь зал, исчез без следа.
Чонсон всё равно молчал и ждал.
Ария подошла к столу, села напротив и закинула ногу на ногу. Их взгляды встретились.
Теперь она казалась совершенно спокойной, словно вовсе не она только что сурово наказала Джейну.
Вдруг Ария рассмеялась. Чонсон не понял причины, но глаз не отвёл.
— Как думаешь, какое наказание я тебе назначу?
— Разве я могу угадать ваши мысли?
— Не можешь? Тогда мне придётся строго следовать правилам. Впрочем, если у тебя есть пожелания, можешь высказаться. Я, возможно, приму их во внимание.
Тон был лёгким, почти шутливым, но речь шла о наказании. Само содержание не позволяло относиться к словам беспечно.
«Она предлагает попросить о снисхождении?»
Именно так это и звучало: Ария не собиралась слепо применять установленную меру и была готова решить вопрос иначе.
Но Чонсон не представлял, что сказать. Какие слова помогут смягчить наказание? И уместно ли вообще просить об этом?
— Почему молчишь? Другие маги уже стояли бы на коленях и умоляли.
— Госпожа Ария… что мне грозит, если вы поступите строго по правилам?
Сначала следовало узнать хотя бы это.
— Ты вмешался в чужой конфликт и сам стал участником беспорядка. Наказание не слишком серьёзное, тем более что обстоятельства были смягчающими. Вероятнее всего, дело ограничится штрафом.
— Штрафом?
Чонсон облегчённо выдохнул. Судя по тону Арии, сумма должна была быть вполне посильной.
— Думаю, двадцати золотых хватит.
Облегчение исчезло мгновенно.
— Простите, но у меня нет таких денег.
— Каких «таких»? Всего двадцать золотых.
Ария выглядела искренне озадаченной.
Для Чонсона двадцать золотых были целым состоянием. Кадет класса C получал от Академии двадцать серебряных в месяц. Даже если ему позволят выплачивать штраф частями, рассчитаться в обозримом будущем не получится.
«Где мне взять такую сумму?»
— Ах да, ты ведь ещё кадет. Сам ничего не зарабатываешь…
— Госпожа Ария, нельзя ли заменить штраф другим наказанием?
— Хочешь расплатиться телом?
— В каком-то смысле — да.
Ему пришлось смирить гордость.
«Придётся просить пощады».
Спокойно принять такое наказание было невозможно.
К тому же Чонсон своими глазами увидел, насколько беспощадно Ария следует собственным правилам. Она била Джейну без всякой злобы и при этом совершенно не сдерживалась.
— Вот как.
Ария подперла подбородок ладонью и загадочно улыбнулась.
Чонсон лихорадочно перебирал варианты.
Что он вообще мог сделать для главы Башни магии? Чем заслужить снисхождение? В голову ничего не приходило.
— Если ты настаиваешь, расплатиться телом и правда можно.
— Тогда я согласен.
Он ответил без раздумий. Вдруг Ария передумает и снова заговорит о деньгах?
— Ты даже не спросишь, что именно придётся делать?
— У меня всё равно нет другого способа понести ответственность.
Ария посмотрела на него как на человека, который окончательно потерял разум.
Между ними повисла тишина.
Чонсон не понимал, почему она умолкла, и терпеливо ждал.
Наконец Ария вздохнула и покачала головой.
— Что такое?
— Ничего. Хотела немного тебя подразнить, но ты принимаешь всё с такой смертельной серьёзностью, что продолжать невозможно. Хан Чонсон, почему ты всегда такой? Неужели не заметил, что я вовсе не собиралась тебя наказывать?
Он растерянно моргнул.
«Подразнить?»
Выходит, весь разговор был шуткой?
Напряжение сразу отпустило, и Чонсон переспросил:
— Значит, я не понесу наказания?
— Не понесёшь. В зале было слишком много свидетелей, поэтому мне требовался формальный повод увести тебя. На самом деле я не собиралась ни вредить тебе, ни взыскивать штраф.
Силы будто покинули его разом.
— Спасибо.
Чонсон произнёс это почти ошеломлённо и снова посмотрел на Арию.
— Не за что благодарить. Я и сама считаю, что ты поступил правильно. Наказывать тебя с самого начала было бы нелепо.
Он наконец улыбнулся без напряжения.
В эту минуту Ария предстала совсем в ином свете. Если немного преувеличить, она казалась настоящим ангелом.
«Внешность и сущность у неё не совпадают».
Причём в лучшем смысле.
С виду Ария могла показаться надменной и холодной. Но за этим скрывалась неожиданная доброта.
— Что, настолько счастлив, что избежал наказания?
Она усмехнулась. Чонсон смутился, однако ответил честно:
— Да. Такой штраф был бы для меня неподъёмным.
— Люблю прямых людей. И запомни: я тоже не собираюсь исполнять каждое правило бездумно. Правила нужны, чтобы их соблюдали, но если ради буквы приходится наказывать невиновного, они теряют смысл. С тобой именно такой случай. Ты не сделал ничего дурного, следовательно, и карать тебя незачем.
— Теперь я благодарен вам ещё больше.
Теперь разговор шёл легко.
«Мы успели сблизиться».
По крайней мере, Ария уже считала его достаточно близким человеком, чтобы проявить такую доброту.
— Раз уж мы об этом заговорили… Может быть, я могу чем-нибудь вам помочь?
— Помочь? С чего вдруг?
— Я получил от вас очень многое и ещё получу. Хочется тоже сделать что-нибудь полезное.
Он говорил совершенно искренне.
Ария уже оказала ему огромную помощь и продолжит учить дальше. Чонсон хотел хоть чем-то отплатить, но не представлял, чего может желать человек, способный получить практически всё.
— Похвальное желание.
— Мне кажется естественным ответить добром.
— Я ведь сказала, что взыщу долг позднее. Но раз ты сам настаиваешь… теперь я могу просить без стеснения.
Ария улыбнулась так загадочно, что Чонсон насторожился.
«У неё действительно есть просьба?»
— Хан Чонсон, встань и подойди сзади.
Он сразу поднялся. Вместо вопросов решил сначала исполнить указание.
Остановившись за её креслом, Чонсон увидел перед собой только серебристые волосы. Они блестели, как тонкий шёлк.
Он всё ещё гадал, что она задумала.
— Разомни мне плечи.
Ария удобно расправила спину.
Чонсон невольно рассмеялся. Такая просьба не стоила ровным счётом ничего.
Он положил ладони ей на плечи — и замер.
Они оказались гораздо тоньше и хрупче, чем он ожидал.
Высокое положение главы Башни магии и подавляющая сила маны заставляли воспринимать Арию почти огромной. Прикосновение разрушило эту иллюзию.
«Раньше мне и в голову не приходило, что я могу так запросто её коснуться».
— Тогда прошу простить за вольность.
Ария ничего не ответила.
Чонсон осторожно начал разминать напряжённые мышцы.
— Так достаточно сильно?
— Слабовато.
Она запрокинула голову и посмотрела на него.
Между растрепавшимися серебряными прядями виднелись её глаза. От этого взгляда Чонсону почему-то стало не по себе.
— Сильнее, — тихо сказала Ария.
Чувство стало ещё страннее, но внешне он ничем его не выдал.
* * *
Кабинет Арии считался неприкосновенным местом.
Без личного разрешения главы Башни магии ни один маг не смел даже постучать в дверь.
И всё же перед ней беспокойно ходила женщина с длинными чёрными волосами. На ней была чёрная мантия, а в глазах стояла тревога.
Тереза.
Она тяжело вздохнула и снова посмотрела на дверь.
Хан Чонсон вошёл туда вместе с госпожой Арией. Тереза решила дождаться его во что бы то ни стало.
«Из-за меня…»
Он попал под наказание только потому, что заступился за неё.