1.
Хотя об этом ещё не объявляли официально, Сиу не стал объявлять исследователям, что у них осталось две недели, не подготовив никаких мер.
Если речь идёт о Вратах, магические способности Сиу не имеют себе равных.
Разве сама основа магии сущности, которую по праву можно считать достижением одного лишь Сиу, не заключалась в магии, позволявшей вмешиваться во Врата ради побега из Геенны?
Хотя перед побегом времени было в обрез и Сиу лишь бегло просмотрел материалы, он всё же успел ознакомиться с теми, что Дороти принесла для побега из Хексеннахта.
Сиу даже однажды лично ворвался в Хексеннахт и, воспользовавшись маной Врат, наложил масштабное заклинание.
Теперь, достигнув 23-го ранга и взглянув на мир совершенно иначе, он считал, что двух недель будет достаточно. Ведь даже магия, которой он убил Херью, была применением пространственной магии.
Сиу отправился в Пограничный город.
Бегло просмотрев чертёж Врат, Сиу ненадолго остановил их работу и принялся внимательно изучать их магическую структуру.
Зависнув в центре круга, он разослал во все стороны ленты, напоминающие органы точного восприятия. Направив магическое осязание и к кольцам, погружённым под морскую воду, и к тем, что высоко в небе описывали арки, он мысленно постиг их структуру.
Ведьмы, глазевшие на зрелище, заговорили вполголоса.
— Опять за своё взялся.
— Я слышала, что академия Хесед взяла на себя ремонт Врат… Похоже, сам граф взялся за ремонт?
— Ты не знала? Он уже неделю этим занимается.
— Но разве это не опасно?
— Разумеется, опасно.
Поначалу зевак было куда больше, но за целую неделю ажиотаж заметно поутих.
И всё же ведьмы, словно зрители в цирке, уплетали попкорн, наблюдая за рискованным зрелищем, разворачивавшимся прямо перед ними.
Врата скорее были похожи на магическую тяжёлую технику, чем на артефакт. Разве для их поддержания не требовалось огромное количество магической воды средней концентрации?
Поэтому вмешиваться напрямую в работающие Врата было крайне опасно.
Если нечаянно задеть что-нибудь не то и вызвать обратный поток, можно было в мгновение ока обуглиться, словно от поражения током сверхвысокого напряжения.
— ……
Но тревожиться приходилось лишь зрителям — Сиу уже доводилось контролировать такую чудовищную магическую силу.
В спокойном раздумье Сиу сравнивал Врата Хексеннахта и Геенны.
Врата Хексеннахта, безусловно, тоже были выдающейся магией, но всё же оставались лишь ухудшенной копией Врат Геенны.
Врата Геенны идеально воспроизводили четыре времени года, климат, погоду, растительность и природные явления, тогда как Врата Хексеннахта воплощали лишь глубокую зиму и бесконечную ночь.
Разумеется, это всё равно была выдающаяся магия — уже хотя бы потому, что она позволяла почти бесконечно поддерживать карманное измерение.
Больше всего при сравнении двух Врат Сиу поразило то, насколько мало различались их структуры.
Несмотря на то что одни были оригиналом, а другие — копией, различия между ними были настолько незначительными, что обнаружить их можно было лишь при очень внимательном рассмотрении — как различия между природным и лабораторно выращенным алмазом.
Иными словами, даже при структурном сходстве в 99,99 % достаточно было различия в 0,01 %, чтобы возник такой огромный разрыв и копия оказалась настолько неполноценной. Это косвенно свидетельствовало о том, насколько невероятной магией были Врата и насколько сложной была работа по их «стабилизации».
— Гр-р-р-р-р-р-р!
Врата целиком ярко засияли, а от них пошла дрожь, словно запустился гигантский механизм.
Спокойная поверхность моря покрылась неровной рябью, словно в неё опустили гудящий камертон.
— О, неужели на этот раз усиление удалось?
— Неужели и правда получится?
Увидев, как внутри пряжки всплыл золотистый фрактальный узор, зрители восторженно ахнули.
— Фш-ш-ш!
Узор несколько раз мигнул, а затем исчез с тихим шипением, словно сдувшись.
— Ой, похоже, сегодня тоже не получилось.
— Ну разве это простое дело? Честно говоря, на это уйдёт несколько лет.
Получив достаточно образцов, Сиу, не обращая внимания на разговоры зевак, вернулся в исследовательский корпус.
2.
Вряд ли кто-то станет спорить, что ведьмы Геенны прежде всего аристократки и женщины, а уже потом — искательницы трансцендентной истины.
Однако с начала полномасштабного проекта прошла всего неделя, а в исследовательском корпусе базового факультета от «женственности» и «благородства» давно уже не осталось и следа.
Ведьма с налитыми кровью глазами, бормочущая себе под нос и что-то черкающая ручкой. Ведьма, уже неделю ходившая в одной и той же одежде, с волосами, растрёпанными до безобразия.
В жуткой тишине слышался лишь шорох перьевой ручки, скользящей по бумаге, и….
— Кье-е-е-ек!
Иногда доносился пронзительный крик, похожий на вопль чудовищной птицы.
— Я подставила не ту переменную в расчёт!!!!
Уже утратившие человеческий облик ведьмы не обращали ни малейшего внимания на полный отчаяния вопль коллеги-исследовательницы — лишь проверяли, не ошиблись ли сами, подставляя переменные.
— Доброе утро.
Но стоило Сиу, развевая полами пальто, войти в ряды ведьм с истёртыми чувствами, как эти автоматы вспомнили о таком чувстве, как «страх».
— Доброе утро… Уже в седьмой раз это говорю… Ох, голова…
— Хик! Хиик!
Сиу тут же вынул из-за пазухи лист бумаги и подошёл к Дафне.
— Топ-топ-топ.
— Хм… Почему опять так? А? Ага!
Несмотря на то что жуткие шаги приближались, Дафна изо всех сил не отводила взгляда и даже вставляла междометия, всем видом показывая, как она занята и усердно работает.
Однако Сиу прекрасно представлял себе объём работы исследовательниц и темп, с которым они её выполняли.
Поэтому, как ни старалась Дафна, Сиу всё равно положил ей руку на плечо.
— Хнык… хнык…
Дафна забилась в судорогах, а потом, махнув рукой на всё, понуро опустила голову. Остальные исследовательницы тихо плакали, в отчаянии от собственного положения: им оставалось лишь испытывать облегчение, глядя на трагедию коллеги.
— Мну-мну.
— Вы проделали большую работу.
Ласковый голос Сиу раздался у самого уха Дафны.
— У вас, похоже, сильно затекла шея?
— Да… Нет, всё хорошо… Спасибо за заботу, глава академии…
Его руки мягко массировали плечи и затылок Дафны поверх одежды.
Ситуацию легко было принять за сексуальное домогательство, но Сиу всё-таки не был пузатым, лысеющим начальником средних лет. Дафна закрыла глаза и, бормоча: «А-а, мужественные руки главы академии ласкают мой затылок…», наслаждалась своей наградой.
Это был один из немногих моментов, когда глава академии Син Сиу, всегда соблюдавший границы даже в этом цветочном саду, сам позволял себе подобные прикосновения.
Иными словами, это был последний ужин для приговорённой к смерти.
— Дафна, не могли бы вы запустить симуляцию как есть? К пяти часам завтрашнего утра.
— Да-а…
Симуляция — это своего рода теоретический эксперимент. В магическую формулу Врат, которую Сиу создал своими руками, подставляют разные переменные и вычисляют теоретические значения.
Поскольку компьютеров и программ, способных работать с магией, не существовало, всё выполнялось вручную. Эта работа требовала предельной сосредоточенности — нельзя было допустить ни малейшей ошибки.
— Рассчитываю на вас.
— Поня… ла…
Дафна стойко терпела, повторяя себе, что бегство не приводит к раю. Но то, что под адом обнаружился ещё и огненный ад, стало для неё горьким открытием.
На самом деле почти не бывает ведьминских коллективов, где так зверски нагружают работой. Ведьмы по природе капризнее и заносчивее даже бенгальских кошек, прославившихся своим дурным нравом.
Но никто не жаловался Сиу и не пытался бросить работу.
— Если всё успешно завершится, приглашу вас в «Роуз Гласс» по программе VVIP. Хозяин — мой друг.
— Премия? Да просто берите сколько захотите.
— Разумеется, придётся повысить и ваши должности, и звания.
— Позже я лично просмотрю и ваши научные работы.
Хотя всевозможные блага, которыми Син Сиу так самоуверенно хвастался, тоже выглядели заманчиво…
— ……
Потому что, едва вернувшись из Пограничного города, Сиу без малейшей заминки с горящими от рвения глазами принимался за работу.
Уже неделю эта изнурительная гонка напоминает военное время. Настоящее поле боя, где, если так пойдёт и дальше, может появиться первая ведьма, умершая от переутомления.
Но командир Син Сиу не просто помыкал другими, ссылаясь на своё положение главы академии или графа.
Напротив, на передовой исследований он брал на себя больше работы, чем кто-либо другой.
Даже если судить только по объёму, работы у него было как минимум в десять раз больше, а как руководителю проекта, отвечавшему за все его этапы, ему наверняка приходилось нести не только видимую окружающим нагрузку.
Исследовательницам достаточно было раскрасить один фрагмент пазла и отдать его на проверку, тогда как Син Сиу приходилось охватывать взглядом весь пазл, вырисовывать общую картину и собирать её воедино.
Быть одержимым чем-то. Отказаться от привилегий руководителя, не погрязнуть в авторитаризме, а вместе со всеми разделять трудности и невзгоды.
Это было неоспоримым достоинством главы академии.
Такое качество внушало тем, кто следовал за ним, подобные мысли.
— Наверное, именно поэтому он и смог добиться таких результатов.
— Интересно, а я тоже смогу стать такой?
— Наш глава академии тоже терпит без единой жалобы, так что мне не пристало здесь ныть.
Собравшиеся здесь ведьмы постучались в двери базового факультета, привлечённые блестящей внешностью и карьерой Сиу.
Но теперь для исследовательниц Син Сиу больше не был ни ловеласом с многочисленными любовными похождениями, ни редким ведьмаком, ни юным ведьмаком, которому ещё не исполнилось и десяти лет.
Пусть он очень строг и страшен, пусть с улыбкой взваливает на нас совершенно немыслимый объём работы… Но это лидер, с которым хочется быть рядом, пока хватает сил.
— Клац.
Когда дверь внезапно открылась, лица ведьм, так пылавших научным рвением, что температура в помещении поднялась примерно на пять градусов, просияли.
— Муж, я принесла тебе обед.
В исследовательский корпус, отбрасывая длинную тень, вошла Ведьма Меча. Исследовательницы, поначалу опасавшиеся её происхождения, теперь весьма полюбили Линне.
Линне была настоящей находкой — трижды в день, утром, днём и вечером, она приносила домашние ланч-боксы, в том числе и для исследовательниц.
Перерыв за вкусным обедом был для исследовательниц, изнывавших от безрадостного расписания, настоящим лучиком света.
— Госпожа-а-а!
— Вот уж нашему главе академии с женой повезло!
— Сегодня опять японская кухня? Вау, только посмотрите, какой красивый ланч-бокс! Настоящая королева заботы о муже!
— Главы академии, такую супругу вам стоит беречь и баловать изо всех сил.
Даже среди восторженных возгласов голодных аспиранток, обнаруживших бесплатную тележку с изысканной едой, Линне оставалась невозмутимой.
Однако всякий раз, когда звучали слова «госпожа», «жена», «супруга» или «забота о муже», её уши, выглядывавшие между шелковистых чёрных волос, слегка розовели.