Вообще-то, вопросов было очень много. После того как разразился скандал, Альбирео ломала голову над тем, как всё это уладить. Не видя другого выхода, она раз за разом вела бесконечные обсуждения с Денеб, пытаясь найти решение. В разгар этих событий внезапно пришла новая новость.

[Син Сиу решительно принял титул! Глупое заблуждение внезапно возвысившегося ведьмака]

[Несмотря на недавние споры в обществе относительно его морального облика, Син Сиу официально принял титул барона в соответствии с решением, принятым Древом Сефирот.]

[Беспрецедентный в истории Геенны случай присвоения мужчине титула сам по себе вызвал шок в ведьминском обществе. Однако общественность обрушилась на него с резкой критикой за то, что он, не дав никаких объяснений по поводу возникшего любовного скандала, лишь жаждал звания барона, представляющего всех граждан Геенны, и своим поспешным решением исказил символизм и честь, которые несёт в себе этот титул в ведьминском обществе.]

[Невозможно избавиться от подозрений, что действия Син Сиу являются вызовом законности аристократической системы, устоявшейся на протяжении долгого времени, или же он, будучи выходцем из современного мира, относится к разгневанной толпе как к «свиньям и собакам».]

[Автор не поддастся ни внешнему давлению, ни соблазнам и продолжит освещать деятельность новоиспеченного барона Син Сиу, исполняя свой долг честной прессы, передающей истинные новости…]

— А-а-а-а!!!!

Альбирео, даже не дочитав статью до конца, принялась яростно рвать таблоид в клочья.

— Этот идиот-зять взял да мигом принял титул барона!

Разумеется, она была вне себя от ярости.

— Почему он взял титул барона без спроса?

Если статьи в «Одуванчике» были направлены против него, то его опрометчивое принятие титула означало самоубийство. Это было всё равно что выбрать «социальное самоубийство» вместо того, чтобы просто «сидеть тихо». Альбирео помчалась в хост-бар к Такашо, намереваясь выяснить, откуда у него взялась такая уверенность в себе, чтобы действовать самовольно, не посоветовавшись ни с кем.

Она была в таком настроении, что готова была немедленно схватить его за волосы. Она была совершенно уверена в этом… Но когда Альбирео наконец осталась с Сиу наедине, лишь недоумённо склонила голову набок.

— Простите, что заставил вас беспокоиться. Вы правы, мне следовало сначала посоветоваться с вами.

Налив себе шампанского, он закинул ногу на ногу и небрежно положил сцепленные пальцы на колени. Альбирео лишь снова и снова моргала, не понимая, что происходит. Она знала, что до этого момента он прилагал колоссальные усилия, чтобы соответствовать требованиям её Проекта Харизма.

В комнате, где жил Сиу, лампа не гасла, как бы поздно ни становилось, а его знание этикета с каждым днём становилось всё безупречнее. Однако, честно говоря, трудно было сказать, принесли ли эти усилия реальный результат. Было такое чувство, будто ты собрал пазл из всех имеющихся деталей, но всё равно ощущаешь, что каких-то фрагментов не хватает. Но именно эта невозможность дать чёткое определение и составляла суть сверхъестественной власти — харизмы. Альбирео даже начала думать, не было ли само её стремление создать эту харизму искусственно ошибкой с самого начала.

Но… Нынешний Син Сиу был другим. Он и правда был другим.

— Я всё объясню, так что сначала успокойтесь.

— Ты думаешь, я сейчас в состоянии успокоиться?

От слов Сиу, прозвучавших в момент её замешательства, Альбирео вдруг осознала истинную причину своего визита. Как раз в тот момент, когда она собиралась сурово отчитать зятя за его легкомысленное поведение.

— Прошу прощения, одну минуту.

Внезапно рука Сиу потянулась к уху Альбирео. Движение не было быстрым, но оказалось настолько неожиданным, что Альбирео даже не успела среагировать. Кончики его пальцев, скользнув мимо уха, слегка коснулись её шелковистых чёрных волос. Более того, он даже кончиком пальца задел её ушную раковину.

— Ч-что ты…

Альбирео лишь беззвучно открывала рот, не в силах поверить в его совершенно невообразимое поведение. Пусть это было всего лишь мимолётное ощущение, но от столь неожиданного прикосновения по коже пробежал холодок.

— Похоже, вы очень спешили.

Словно не замечая замешательства Альбирео, он невозмутимо убрал руку и снова принял прежнюю позу. На кончиках его пальцев зацепился лепесток цветка. Видимо, пока она в спешке бежала через сад, лепесток зацепился за её волосы.

— ...

Только тогда Альбирео поняла. Она потеряла инициативу. Она потеряла преимущество. Та, чья личность была столь же масштабной, как её собственная, мгновенно подстроилась под его ритм. В тот же миг, когда Альбирео осознала, что это был флирт, её брови гневно сдвинулись. Она знала, что Такашо привёл его сюда, чтобы превратить в подобие Казановы и тем самым наделить его харизмой. Но всему своё время и место!

— Графиня, графиня, пожалуйста, успокойтесь.

Преградой на пути разгневанной Альбирео встал Такашо. Словно секретарь, он заслонил собой Сиу и начал размеренно объяснять:

— Этот парень сейчас просто не в себе, его трудно контролировать.

— Контролировать? О каком контроле вы говорите?

— Ведь он сейчас просто отыгрывает новый образ, не так ли?

— Это потому, что он слишком погрузился в роль?

Альбирео была просто поражена. Она слышала, что, когда первоклассные актёры слишком сильно вживаются в роль, грань между реальностью и игрой может стираться. Но такая степень погружения, честно говоря, была уже вопросом таланта. Это не могло оправдать его подмигивания Альбирео — своего рода сексуальное домогательство в широком смысле слова.

— Нет, Сиу сейчас стал единым целым со своей ролью... Как бы это сказать? Он находится в состоянии своего рода самогипноза.

— Что это ещё за чушь...?

Альбирео едва успела проглотить нецензурное выражение, которое чуть было не вырвалось наружу и не лишило её достоинства. Такашо, хотя и обливался потом, продолжал спокойно объяснять.

— Графиня Адонай помогла нам. Важнейшим этапом в создании имиджа был контроль над разумом, и мы решили, что с помощью магии справимся быстрее.

Проще говоря, целью Сиу было обретение харизмы. И для этого мы выбрали путь Казановы. А для этого пути необходимы непоколебимая уверенность в себе и полное погружение в образ. Однако, подобно новой обуви, которой требуется время, чтобы разноситься по ноге, этот процесс тоже требует определённого времени. Чтобы сократить этот срок, графиня Адонай использовала метод гипноза. Суть метода заключалась в намеренном погружения в образ, чтобы «наслоить» на него манеру поведения, которую сейчас демонстрировал Син Сиу.

Срок действия составлял около двух недель. До того момента, когда академия Сиу проведёт свою официальную церемонию основания. Это совпадало с датой завершения Проекта Харизма, которую Альбирео и Сиу наметили в первоначальном плане.

— То есть сейчас Сиу полностью слился со своим игровым образом... так, что ли?

— Именно так. Как только пройдёт немного времени, он вернётся в норму.

Хотя Альбирео и показалось, что это слишком радикальная мера, она снова посмотрела на Сиу. Несмотря на весь этот переполох, он с совершенно отстранённым видом, словно сторонний наблюдатель, зажал в зубах новую сигарету и закурил. Он был пугающе невозмутим.

— ...

Даже при повторном взгляде это было шедеврально. Он выглядел так, словно само понятие «роковой мужчина» обрело плоть. Всего за такой короткий срок он сумел создать атмосферу, которую невозможно было даже представить. Напротив, безупречность его этикета, проявлявшаяся в каждом движении, заметно поубавилась.

То, как он сидел, закинув ногу на ногу, как бесцеремонно курил прямо перед ней, не спросив разрешения, и даже то, как свободно держался, — всё это, строго говоря, нарушало правила приличия. Но это была какая-то... не скованная правилами благородность?

Поскольку он перестал зацикливаться на этикете, каждое его движение стало казаться исполненным глубокого смысла. Даже малейшие оплошности в словах или поступках теперь лишь придавали ему естественности.

Вместо того чтобы подумать: «Ага, он просто плохо обучен манерам и совершает ошибки», она невольно решила: «Он настолько привык к высокому положению, что даже без соблюдения формальностей источает благородство».

В нём даже сквозили дикая натура и амбиции человека, не желающего быть скованным устаревшими условностями.

— Это я сама велела ему сделать... но это всё равно раздражает, — пробормотала она.

А главным отличием были его глаза, полные уверенности. Та самая рабская натура перед ведьмой, которую ему не удавалось скрыть, даже когда Альбирео просила его об этом. Теперь её было невозможно найти, даже если очень постараться. Казалось, зять, который раньше лебезил, ловя каждое слово Альбирео, исчез, а на его месте сидел совершенно другой человек. И если это вызывало у неё недовольство, то не из-за неуклюжей игры Сиу, а потому, что на этот раз сказались её собственные предубеждения. Если судить по результату, то это было великолепное преображение.

Альбирео отдала должное методам обучения Такашо. Однако на этом всё не заканчивалось. Сиу самовольно принял титул барона, и отменить это уже было невозможно. Столь решительные действия лишь добавили харизмы новому образу «Син Сиу», созданному в рамках имиджмейкинга. Ведь его новый устоявшийся образ делал упор не на черты, присущие высокопоставленным ведьмам, а на дикую красоту и амбиции, которые может излучать лишь мужчина.

В любом случае, ставкой в этой игре станет церемония основания академии. После церемонии должен состояться небольшой бал в честь завершения торжества, и именно там ему предстоит продемонстрировать отточенную харизму, чтобы полностью изменить атмосферу. Ему нужно завладеть вниманием общества во время своего первого выхода в свет.

Конечно, это будет непросто. Местом следующего занятия стал танцевальный зал в доме графини Джемини. Альбирео, подперев бока руками, спросила:

— Сиу, вы готовы?

В соответствии с обстановкой Альбирео была одета в бальное платье. Это было вечернее платье из чёрной ткани с короткими рукавами и открытыми плечами, создававшее эффектный контраст между белой кожей и чёрной тканью; когда она кружилась, пышная юбка распускалась вокруг неё, словно цветок.

— Разумеется.

Сиу тоже стоял перед Альбирео в торжественном смокинге с бежевыми акцентами на талии. Может показаться странным, что обучение танцам началось так внезапно, но у Альбирео был свой план.

— В других ситуациях вы, возможно, сможете скрыть ошибки за счёт общей атмосферы. Но не в танцах. Если вы наступите мне на ногу, это станет поводом для насмешек. Вы ведь прочитали все учебники, которые я велела изучить?

— Да, я всё усвоил. И даже провёл небольшие репетиции.

Основным танцем в светском обществе Геенны был вальс. Это танец, в котором мужчина и женщина кружатся под музыку в размере три четверти. Хотя на первый взгляд он кажется простым, именно в этой простоте скрывается множество нюансов, требующих внимания. Даже малейшая ошибка сразу становится заметной.

— Для начала давайте проведём проверку.

— Да, тогда...

Для практики Сиу решительно шагнул к ней. Альбирео вздрогнула, когда он так внезапно оказался рядом. Это объяснялось разницей в росте и его внушительными габаритами, которые она вновь ощутила. Даже несмотря на каблуки, Альбирео была ниже его почти на полголовы. Поскольку он всегда держался как забитый человек, она и не замечала, насколько сильно они отличались телосложением.

Как бы это сказать... Ей было не по себе.

Хотя она и понимала, что это всего лишь танец, он казался ей совершенно чужим. Словно почувствовав смятение Альбирео, Сиу слегка улыбнулся и протянул ей руку.

— Потанцуем под следующую мелодию, леди?

Немного поколебавшись, Альбирео тихо приподняла подол платья в знак приветствия и вложила руку в его ладонь.

— Давайте без этого «леди», Сиу.