Прошло два дня с тех пор, как таблоид Геенны «Одуванчик» опубликовал шокирующий экстренный репортаж о Син Сиу. Обычно личная жизнь знаменитостей — это тема, которую так и хочется обсудить, разнести в пух и прах и смаковать. Тем более что новость была настолько потрясающей, что Син Сиу стал главной темой для пересудов среди множества ведьм.

От Пограничного города до Арс Магна Тауна. От уличных таверн до закрытых частных салонов. В каком бы месте ни оказался человек, разговоры о любовном скандале ведьмы-мужчины не утихали.

Учитывая серьезность ситуации, общественное мнение было крайне негативным: около девяти десятых всех обвинений обрушились на Син Сиу. Оставшаяся десятая часть была направлена в адрес его возлюбленных. Вероятно, здесь сыграло роль присущее ведьмам чувство общности.

Исторически ведьмы на протяжении долгого времени были исключительно женщинами, в то время как Син Сиу, будучи ведьмой-мужчиной, воспринимался ведьмами Геенны кем-то вроде чужака, что позволяло им осуждать его с куда большей легкостью. В любой таверне на территории общественных бань Левана ситуация была примерно такой же. Собравшиеся еще с середины дня ведьмы шумно и вовсю обсуждали сплетни.

— Вот именно! Это выглядело очень странно. Я тоже видела, как Эвергрин и Син Сиу гуляли вместе, и они совершенно не походили на просто друзей!

— Точно-точно, а вы знаете? Этот мужчина раньше жил в одном поместье с герцогиней Тиферет.

— Говорят, кто-то даже видел, как они шли, крепко держась за руки.

На самом деле, нельзя сказать, что до этого момента не было ведьм, которые замечали любовные похождения Сиу. Как бы осторожен он ни был, если не соблюдать полную дистанцию, рано или поздно случается оплошность. Однако до сих пор было совсем другим делом — произносить это вслух. Сплетничать о нем было опасно — за спиной Син Сиу стояла нешуточная сила. Попытка порочить его честь без веских доказательств могла закончиться вызовом на дуэль. К тому же никто не хотел столкнуться с ледяным гневом графинь Джемини.

— В итоге он оказался таким же, как и все остальные мужики.

— Наверняка просто полагался на свое смазливое личико и трахался направо и налево, верно?

— А может, он и диссертацию свою через постель писал? Сколько ведьм ему в этом помогали?

— Вряд ли. Ходят слухи, что прошедшая защита была весьма достойной.

Но раз уж под это дело подобралась такая почва, все без разбору принялись его поливать грязью. Как он сможет противостоять такому количеству ведьм? Да и если бы попытался, это было бы всё равно что плюнуть самому себе в лицо.

— Я была просто в шоке. Лично я очень уважала герцогиню Тиферет. Пусть она и временная наставница, но всё же...

— Тсс, тише! Нет, это не так. Говори потише.

Одна из ведьм, увлеченно разносившая сплетни, приложила палец к губам, будто застегивая рот на замок. Геенна — место тесное. К тому же ведьмы Геенны почти всегда так или иначе связаны друг с другом. Если даже немного преувеличить, не будет ошибкой сказать, что все ведьмы знают друг друга через пять рукопожатий.

В таком случае, кем же является герцогиня Тиферет? Она — личность, пользующаяся глубоким уважением у множества ведьм. Было бесчисленное множество ведьм, которых она спасла, и тех, с кем помогла разрешить старые счеты. Поэтому лезть к ней — значит лишь навлечь на себя гнев.

Учитывая это, четверка ведьм, увлеченно разносивших сплетни, на мгновение затихла, прихлебывая выпивку. В этой короткой тишине раздался язвительный голос, звучавший так, будто он был направлен прямо на них.

— Ну и коварные же вы бабы. В лицо-то сказать не смеете, только за спиной так и разглагольствуете.

— И не говорите, сестра Алиса.

— Вот поэтому с местными жителями Геенны вечно одни проблемы.

— Что? Кто это?

— Это я, трусливые вы девки.

Женщиной, появившейся в сиянии серебристых волос, подобных металлу, была «Ведьма Ртути». Это была Алиса Ибн Хайян, которая вместе с Сиу была похищена в Хексеннахт, но чудесным образом вернулась к жизни вместе с Маней и Малишей. Она была многим обязана Син Сиу. Он не только простил ей нападение в лабиринте, взяв за это плату, но и взял на себя полную ответственность за то, чтобы вытащить из Хексеннахта её и Маню с Малишей. Благодаря этому она смогла вырваться из жестоких лап Рози и получить гражданство Геенны.

Будучи ведьмой 20-го ранга, в последнее время она пребывала в приятных раздумьях, получив предложение о сотрудничестве от Изумрудной скрижали. Для Алисы Син Сиу был благодетелем, ради которого она была готова рискнуть жизнью как минимум два-три раза. И как она могла спокойно сидеть, слушая, как поливают грязью такого человека?

— Ну и что с того, если он занимается сексом сколько влезет? Вы что, все дали обет целомудрия?

Алиса с дерзким видом наклонила голову и неспешно направилась к четверке ведьм. Маня и Малиша, создавая угрожающую атмосферу, словно школьные хулиганки, выстроились по бокам от неё.

— Вы еще кто такие?

— Я пыталась сдержаться, но глядя на то, как вы себя ведете, я просто не могу больше молчать.

— А-а? Так вы из изгнанниц?

— Неудивительно, я прямо почувствовала запах преступниц. Вы здесь только потому, что у вас есть деньги?

На изгнанниц, восстановивших свое гражданство, смотрели недобрым взглядом. Ведь и в прошлом, и в настоящем на них всегда лежало это клеймо. Впрочем, Алису это не особо заботило — она знала отличный способ победить в этом споре.

— Сказать ему?

— ...?

— Рассказать Син Сиу, что вы за его спиной поливаете его грязью? Вы хоть в курсе, что он убил Ведьму Предела?

— ......

Четверка ведьм мгновенно замолкла. Она знала: слухи о невероятных боевых способностях Син Сиу ходят повсюду, как и подобает ученику Тиферет. Одно дело — шептаться за спиной в толпе, но совсем другое, когда кто-то знакомый подходит и прямо говорит: «Эти девки тебя поливали грязью».

— Когда все в Геенне сидели сложа руки, именно он первым бросился решать проблемы современного мира. А теперь из-за того, что он завел себе гарем, вы держите его за идиота? Тьфу, да вы сами еще большие идиотки!

— Да что какая-то изгнанница может понимать в чести...

— Да пошли вы.

Даже робкое бормотание стихло, стоило им встретиться взглядом с Алисой. Как бы они ни называли её — изгнанницей или кем-то ещё, — тот факт, что Алиса вернула себе гражданство Геенны и является Архиведьмой, оставался неизменным.

Тем временем таблоид «Одуванчик» подбросил новых дров в огонь. Сообщалось, что Син Сиу всё-таки получил титул барона. С точки зрения здравого смысла, это было совершенно необъяснимым шагом. Само по себе присвоение титула было вполне объяснимо, ведь не существовало правила вроде «не давать титул тем, кто замешан в любовных скандалах». Однако любой здравомыслящий человек в такой ситуации не стал бы так поспешно принимать титул барона.

— До чего же он жаден до регалий, просто слов нет.

— Типичная меркантильная личность.

— Говорят, он даже купил поместье Тиферет, чтобы основать академию? Похоже, пути назад уже нет, и он решил просто нагло делать вид, будто всё в порядке.

— Может, он думал, что со временем все забудут и останется только титул?

— Хм, да кто признает такого барона?

— Это точно, это точно.

Наступила эпоха великих сплетен. В те времена уши зудели даже от того, что ты просто сидишь неподвижно.

— Син Сиу. Ты просто лучший. Подумать только, что всё можно закончить всего за два дня.

Такашо, чьи веки мелко дрожали, не мог сдержать трепета. Не это ли чувствует мастер, когда находит идеальные материалы и создает величайший шедевр в истории?

— Это твоя заслуга.

Сиу тоже слегка улыбнулся и в ответ ударил кулаком о кулак. То, на что указал Такашо, касалось контроля над разумом. Первый совет заключался в том, чтобы повысить уверенность в себе — ведь она составляет важнейшую часть мужской харизмы.

— По-моему, ты вечно какой-то зажатый.

— В тебе всё ещё сидит рабская натура, въевшаяся за пять лет рабства.

— Само собой, но нельзя подсознательно чувствовать себя подавленным. Ты же не собираешься в будущем работать в сфере обслуживания, верно?

Это был способ сломать внутренние оковы в подсознании. Конечно, это будет непросто. Пять лет — срок немалый, и даже Такашо, проживший относительно спокойную жизнь в рабстве, не смог полностью от этого избавиться.

— Подумай о сексе! Были ли ведьмы, которых ты трахал, сильными и в постели?

— Я говорю тебе: когда имеешь дело с ведьмой, всегда представляй, что ты с ней в постели.

— Проще говоря, считай каждую ведьму, с которой сталкиваешься, своей добычей, которую ты должен покорить.

Однако Сиу уже не раз покорял бесчисленное множество ведьм в постели. Поэтому Такашо активно использовал этот опыт Сиу.

— Тебе не нужно пытаться быть слишком идеальным.

— Подумай сам! Ведь этикет ведьм на протяжении долгого времени принадлежал только им самим, верно?

— Если ты, будучи мужчиной, совершишь небольшую ошибку, но сможешь компенсировать её атмосферой? Это позволит тебе вести игру гораздо естественнее, чем если бы ты зажался, пытаясь соблюсти все формальности.

Вторым советом было: откажись от стремления к совершенству. Альбирео пыталась сделать из Сиу подобие великого герцога Севера. Однако, как было доказано неоднократно, безупречное соблюдение этикета не приносило харизмы.

Всё потому, что излишние раздумья лишь добавляли неловкости. Вместо того чтобы стремиться к совершенству, Сиу сделал ставку на естественность. Эта трансформация даже получила высокую оценку от графини Адонай, которая присутствовала при этом лишь ради развлечения.

Оставшись крайне довольным результатом, он просто принял титул барона. Это было единоличное решение Такашо и Сиу. Бежать отсюда было уже некуда — отступать некуда. В таком случае стратегией было поднять ставки, чтобы наверняка получить высокую прибыль.

— Даже если мы превратимся в пепел... Давай дойдем до самого края небес, друг мой.

— Только на тебя и можно положиться, Такашо.

Пока двое мужчин укрепляли свою дружбу, Альбирео, узнав новости с опозданием, в спешке бросилась к хост-бару Такашо.

— Сиу! О чем ты только думал?!

Она не могла в это поверить. Как можно было так опрометчиво принять столь важное решение! Прошло всего два дня. Что могло измениться за это время, чтобы он вот так самовольно пошел на такой риск?

— Графиня Альбирео. Вы пришли.

Альбирео с грохотом распахнула дверь в кабинет Такашо. Перед ней предстал Син Сиу, сидевший за столом в лучах контрового света. Солнечный свет пробивался сквозь щели деревянных жалюзи, а в воздухе безмолвно плыл сизый табачный дым.

— ......

Альбирео, собиравшаяся выплеснуть поток жалоб, внезапно осеклась. Сиу был одет в костюм итальянского кроя. В духе итальянского стиля, непринужденно подчеркивающего изгибы тела, его наряд не выглядел особо официальным. Верхняя пуговица рубашки была расстегнута, а галстука и вовсе не было. То, как он откинулся на спинку стула, закинув ногу на ногу, тоже было далеко от строгого этикета.

Он определенно не был похож на великого герцога Севера. И всё же от него исходила харизма, которой раньше и в помине не было. В каждом его движении сквозила легкая небрежность и дерзость, но это не раздражало, а лишь создавало странную, притягательную атмосферу.

Он напоминал молодого и амбициозного дона мафии. Мускулы, отчетливо проступавшие сквозь ткань костюма, и вздувшиеся от силы вены на кистях рук, видневшиеся из-под небрежно засученных рукавов. Она невольно представила дикого скакуна с великолепной черной гривой, которого невозможно приручить.

— Присаживайтесь и говорите.

Син Сиу потушил сигарету в пепельнице и поднялся со стула, застегивая пуговицы. Альбирео в замешательстве кивнула.