1.
Времена всегда меняются. Но люди, живущие в эти времена, не всегда легко это замечают.
В современную эпоху ускоряющиеся перемены, как правило, многократно преподносятся публике через СМИ с такими эпитетами, как «беспрецедентно», «тектонический сдвиг», «поворотный момент», и люди, сталкивающиеся с подобными формулировками десятки раз в день, в конце концов становятся к ним безразличны.
Учитывая, что статьи о появлении лекарства от облысения выходят по две-три штуки в год уже на протяжении века, большая часть этих заголовков — просто шумиха.
Но на этот раз всё было иначе. Люди, независимо от расы и национальности, обратили внимание на два изменения.
А именно — существование ведьм и магии.
Сиу, который в последнее время почти всё время проводил в Геенне и потому не успел ощутить это на себе, был ошеломлён обилием контента, связанного с «ведьмами», куда бы он ни посмотрел в Сеуле.
Даже его наставница, обычно невозмутимая, как скала, казалось, слегка растерялась.
— Вы, оказывается, пользуетесь большой популярностью?
— Ч-что это вообще такое?
Ведь в самом центре города на рекламном щите красовалась фотография Элоа, неизвестно откуда взятая, а вокруг крутилась надпись «Люблю вас, Розовая Герцогиня».
— Похоже, фанаты скинулись и разместили это в честь чего-то вроде фан-кафе. Обычно такое делают на дни рождения.
— …Почему?
— Хм… Не знаю.
На самом деле Сиу мало что знал о культуре фанатских сообществ айдолов, но если уж искать причину, то её и искать-то не стоило.
Благодаря стараниям многочисленных СМИ популярность Элоа, учительницы Суа и самого Сиу, мелькнувшего в коротких роликах на YouTube, в Корее была почти на пике.
Таково было основное общественное мнение о ведьмах в Первом мире, а также в либеральных и прозападных странах. Точнее говоря, о «ведьмах, принадлежащих Геенне или Ведьминой Точке».
По словам депутата Ким Джун Бома, которого Сиу встретил незадолго до этого, это был продуманный политический шаг.
Как бы то ни было, факт остаётся фактом: Уршила атаковала Америку и нанесла огромный ущерб. Также факт, что из-за этого по всему миру расплодились гомункулы. И то, что число жертв за столь короткое время сравнимо с пандемией национального масштаба, — тоже факт.
Иными словами, он едва не угодил в постапокалиптическую историю про охотников, где открываются настоящие врата и нет никаких системных окон.
Однако странам Первого мира, издавна поддерживавшим дружественные отношения с Геенной, было трудно позволить общественности объявить самих ведьм врагами.
Поэтому они создали общего врага — «Хексеннахт» — и героев смутных времён — «Геенну».
Это не слишком расходилось с фактами, так что люди вскоре прониклись восхищением перед трансцендентными существами. Правительства разных стран не жалели вложений, чтобы раздуть это восхищение.
В результате культурный контент хлынул потоком.
Фильмы о ведьмах и магии с грохотом возродили киноиндустрию, которая, казалось, уже клонилась к закату с приходом стриминговых платформ, а издательское дело, умиравшее ещё более мучительной смертью, пережило невиданный расцвет.
Помимо этого, они возрождались в самых разных форматах — дорамах, вебтунах, играх — и завораживали публику.
Ведьмы, появлявшиеся перед камерами, мгновенно становились знаменитостями и привлекали больше внимания, чем многие звёзды, так что можно смело говорить: настала эпоха ведьм.
— Хм… До такой степени….
На самом деле, хорошо это или плохо, я не совсем понимаю.
Но одно точно: наставница чувствует себя крайне неловко.
Пока мы ехали, её плечи заметно напряглись, когда мы проехали мимо трёх электронных табло, забитых поклонением Розовому Герцогу.
— И хорошо. Мне приятно видеть, как люди любят наставницу.
— Не смейся надо мной.
— Но на самом деле вам приятно, правда?
— …….
Вероятно, на данный момент Элоа — самая популярная ведьма в мире. Она ни разу не появлялась на публике, но вокруг неё собралась огромная армия поклонников, и её буквально боготворили.
Ведь широко известно, что именно она создала организацию супергероев (да ещё и красавиц!) под названием «Ведьмина Точка», которая сражалась со злодейками-изгоями и чудовищами-гомункулами.
— И при этом она, вопреки своему герцогскому титулу, такая милая, такая очаровательная, да ещё и вся в розовом — ну как тут устоять… Люди просто не могут не влюбиться. Я и сам, когда вижу наставницу, каждый раз ощущаю эту непреодолимую прелесть.
— Прекрати! Сиу, умоляю, прекрати….
— Раз уж так вышло, может, устроите фан-встречу? Или, пользуясь случаем, снимем рекламу? Ах, можно ещё дебютировать как певица. Вы же прекрасно поёте, наставница.
— Сиу-у-у… Если будешь продолжать дразнить, я правда рассержусь….
Наставница была строгой и серьёзной, но стоило расстелить перед ней циновку и осыпать похвалами, как она ужасно смущалась.
Сиу знал об этом, поэтому ещё сильнее подкалывал и превозносил Элоа.
Он прекратил шутить лишь тогда, когда из ушей, которые даже сквозь розовые волосы было видно, как они краснеют, повалил пар.
Когда он извинился, Элоа, отыграв гнев, чтобы скрыть смущение, положила голову на плечо Сиу.
— Ты с каждым днём становишься всё более озорным, не так ли? Какой же ты проказник.
— Простите. Наверное, я, ваш ученик, слишком обрадовался тому, что ваши старания наконец-то получили должное признание.
— Впредь так не делай. Я в этом жутко неловко себя чувствую.
— Тогда я буду делать это лишь изредка.
— Сиу!
Сегодня у них с наставницей был день свидания наедине в современном мире.
Изначальной целью была встреча с депутатом Ким Джун Бомом для согласования различных вопросов.
Теперь, когда Сиу стал полноправным графом, главой академии Хесед и обрёл влияние в Ведьминой Точке, правительственная сторона устроила встречу в уединённом ресторане корейской кухни без вывески, чтобы обсудить множество пунктов повестки.
Элоа, желая помочь своему ученику, впервые участвовавшему в подобных переговорах, присутствовала как значимая ширма, чтобы выторговать для него лучшие условия.
— Надеюсь на ваше дальнейшее сотрудничество, граф.
Сиу предложили ряд исключительных условий в обмен на поддержание дружественных отношений с Кореей и сохранение «правопорядка ведьминского общества» на её территории. Это была поддержка, которую невозможно было измерить простой суммой, предложенной по согласию правящей и оппозиционной партий.
Если в будущем академия Хесед учредит на территории Кореи предприятие или компанию, он получит обещанную щедрую финансовую поддержку, налоговые льготы, право на привлечение персонала в чрезвычайных ситуациях и многое другое. Это можно назвать политикой преференций, балансирующей на грани экстерриториальности.
Спортивный автомобиль с баритональным рокотом выхлопа, на котором они сейчас ехали вместе с наставницей, тоже был подарком из того ресторана корейской кухни.
— Как-то не верится во всё это.
— Во что именно?
— Похоже, я стал довольно значительной фигурой.
Может быть, потому что до сих пор я был сосредоточен только на том, что происходило у меня перед глазами? Теперь, когда я стал тем самым «человеком, которого лучше не злить», из времён рабства, всё вокруг казалось до крайности непривычным.
Перед моими глазами разворачивались сцены, которые, когда я смотрел политические фильмы, казались мне нереальными.
Например, как политический тяжеловес, вдвое старше Сиу, беспрестанно кланялся, вручая ему ключи от машины.
— Ты всегда был великим человеком.
— Когда вы так говорите, я просто не могу в это поверить.
— Я не шучу. Ты всегда был для меня удивительным чудом.
В машине на мгновение повисла тишина. Это было спокойное молчание наставницы, которая с гордостью смотрела на своего смущённого ученика.
— А как насчёт другой стороны?
— Другой стороны?
— Нет, я имею в виду не Америку или Европу, а другие страны.
Это была не та тема, которую можно было обсуждать легкомысленно, поэтому расслабленное выражение лица Элоа сменилось подобающей герцогине величественностью.
— Похоже, страны второго и третьего мира до сих пор не могут найти выход из положения.
В отличие от западного лагеря, который издавна находился под покровительством Геенны, антизападный лагерь испокон веков был игровой площадкой и убежищем для преступниц-изгоев.
Их правительства неизбежно имели дело с преступницами-изгоями и изгнанницами. Ситуация, в которой нельзя было вдоволь выставлять Геенну в роли благодетельниц или называть Хексеннахт последними суками, была поистине затруднительной.
Ведь если невзначай задеть настроение этой несокрушимой и не поддающейся контролю преступницы-изгоя, могла разразиться катастрофа и похуже гомункулов.
Хотя нынешней директивой было постепенное расширение влияния Ведьминой Точки и за пределы страны, чтобы надёжно сократить пространство для деятельности преступниц-изгоев, никто не знал, сколько времени это займёт.
Так или иначе, современный мир, лишённый покрова тайны, был поразительно чуждым.
Сиу видел знаки благосклонности, которые люди посылали ведьмам, но не мог понять, к добру это или к худу.
Ведь он помнил, как собственными глазами видел один из возможных исходов в Великой войне NEO, которая была включена в Ковчег.
— В этом мире тоже когда-нибудь люди действительно покорят ведьм?
Если выбирать простое решение этого вопроса, то проще всего было бы подавить человечество в настоящий момент. Вырезать под корень нестабильные ростки будущего.
— Может быть.
Однако ни Сиу, ни Элоа даже не думали о такой попытке. Это было бы... возможно, прозвучит по-детски, но это было бы злом.
— Но наша роль — сделать так, чтобы этого не случилось.
— Верно.
Времени ещё было предостаточно.
Разве в истории других линий мира не потребовались сотни лет совместных исследований ведьм и людей, прежде чем человечество получило в свои руки магическую инженерную технологию?
— Гу-у-у.
В этот момент загудел хрустальный шар, который он держал у груди. Звонила учительница Суа.
— Алло, слушаю.
[Господин Сиу, не могли бы вы включить экстренные новости по телевизору?]
Элоа, подслушивавшая разговор, быстро манипулировала терминалом и включила телевизор в машине.
По кабельному новостному каналу США шла прямая трансляция с субтитрами.
Белая женщина-ведущая с воодушевлённым выражением лица читала сценарий, глядя в камеру.
На фоне мелькало изображение современной лаборатории, напоминающей огромный коллайдер частиц.
— Удивительный момент, открывающий новую главу в науке. В исследовательском институте «Лексион» в Атланте впервые публично демонстрируется телекинез с использованием «ускорителя магических частиц». Вместе с каналом CNS мы станем свидетелями этого исторического мгновения.
Исследователи суетливо двигались, словно в центре управления перед запуском космического корабля. Когда они повернули ручки настройки, с оглушительным гулом начала подниматься бледно-голубая дымка.
Перед машиной находилась герметичная комната, отгороженная стеклянной стеной, а внутри на полке лежал маленький металлический кубик размером с игральную кость.
— Обратный отсчёт: пять, четыре, три, два, один.
Когда отсчёт завершился, маленький металлический кубик плавно поднялся в воздух. Различные показатели и данные, доказывающие отсутствие какого-либо обмана, сыпались из уст экспертов.
— Ах, кубик поднимается! Он движется! Эксцентричный предприниматель, рождённый Америкой, снова совершил нечто грандиозное! Как вы видите, впервые в истории человечества удалось осуществить искусственную магию. Преодолев горькую боль, пережитую в прошлом году из-за Потопа, человечество вновь нашло ответ! Это исторический момент, разрушающий границу между магией и наукой!
Исследователи бросали бумаги в воздух, выражая радость успеха радостными возгласами. Эта сцена тоже попала в кадр.
И лицо Сиу, и лицо Элоа помрачнели.
Ведь смысл этой новости был очевиден.
Согласно соглашению, ни один магический эксперимент не должен был раскрываться публике, — и этот запрет был бесцеремонно нарушен. Причём нарушила его американская сторона — представитель западного блока, с которым поддерживались самые тесные договорённости.
— Я поеду туда.
Сиу, который изначально собирался вернуться в отель и провести время с наставницей, сразу же развернул машину и направился к Кванхвамуну.