1.
Когда человек чего-то отчаянно хочет, его взгляд на вещи неизбежно сужается.
Даже в обычной ситуации, когда он сказал бы: «Да нет, наверное», — если на кону стоит жизнь, он способен убедить себя: «А ведь похоже на правду…» «Вполне может быть…» «Точно, это оно», — и сформировать у себя подтверждающее предубеждение.
— …
Сиу отправился в книгохранилище академии и раскрыл справочник по артефактам. Когда-то эта ценная книга принадлежала дому Джемини, а при основании академии её подарили ему.
— Нашёл.
Была ли найденная в этой книге подсказка действительно ключом к разгадке дела? Или всего лишь проявлением предвзятости подтверждения?
Сиу не спеша и внимательно читал записи в книге, сопровождавшиеся искусными рисунками.
«Кольцо Никеле».
Безвкусное кольцо с крупным красным рубином, вставленным в вычурную, почти зловещую золотую оправу.
Это был маскировочный артефакт, составлявший пару с «Брисингаменом».
Если «Брисингамен» до предела усиливал женственность и красоту, превращая даже крепкого мужчину в красавицу, то кольцо Никеле, судя по всему, позволяло в точности скопировать внешность определённого человека.
— Если подарить его Такашо, тот обрадуется.
У такой эксцентричной пары, как Адонай и Такашо, наверняка нашлось бы кольцу множество самых разных применений. Хватит предаваться пустым мыслям. Пора подвести итоги.
Вот два доказательства в пользу того, что графиня Калиостро находится в чужом обличье:
1 - Подозрения, которые вот уже три месяца ходят по академии. 2 - Графиня Калиостро носит кольцо Никеле.
Продолжим рассуждать, исходя из того, что приведённые выше доказательства подтверждают подозрения.
— Тогда это, должно быть, не Лилит.
Согласно сведениям Лидии, магия сущности Лилит связана с «историей» или «прошлым».
Мы уже видели, как Лилит, притворившись другой ведьмой, в совершенстве копировала не только манеру речи и поведение, но даже магию сущности.
Уж ей-то точно не было нужды прибегать к силе артефакта.
Если теория, согласно которой графиня Калиостро — это Лилит, ложна, напрашивается следующий вывод.
— Тогда это может быть шпион торговой гильдии Солидус.
Торговая гильдия Солидус. Группа преступниц-изгоев и изгнанниц из Хексеннахта, которую возглавляет Лидия Магнус, «Золотая ведьма».
На людях торговая гильдия Солидус и Лидия выступали как «умеренное крыло», однако было понятно, что это лишь маска, скрывающая их стремление к выгоде. Как бы то ни было, они состояли в Хексеннахте и были враждебной силой для Геенны.
К тому же владелицей «Брисингамена» была Лидия, поэтому вполне возможно, что и кольцо Никеле, которое можно было получить у того же гомункула, находилось у неё.
По этой причине вновь всплыла версия о том, что графиня Калиостро — шпионка.
— Мне одному с этим не справиться.
Рано утром следующего дня.
Сиу собрал вместе старшую тёщу, младшую тёщу, заведующую факультетом Софию, графиню Йесод, Барвинок и других людей, хорошо разбиравшихся в положении дел в Геенне и заслуживавших доверия.
Вот почему он решил, что в такой ситуации нужен человек, способный более объективно оценить положение дел.
— Глава академии, ты и правда сильно вырос. Когда мы впервые встретились, ты был сопливым несмышлёнышем, ничего не знавшим о жизни, а теперь по одному твоему слову собираются такие люди.
Барвинок, прибывшая последней, слегка ошарашенно огляделась и сказала: она и так это знала, но увидеть всё своими глазами оказалось совсем другим впечатлением.
Даже если тщательно обыскать всю Геенну, людей, способных за несколько часов собрать такой влиятельный круг, можно пересчитать по пальцам.
— Я попросил их прийти, подчеркнув, что дело срочное.
— Хмм, ладно. Меня немного бесит, что меня с самого утра поторапливают, но наш глава академии щедро платит и зарплату, и премии.
— …Прошу прощения, но премии не предусмотрены. У нас финансовые трудности.
— Правда?
Барвинок, как всегда, была в откровенном, но элегантном платье актрисы и на высоких каблуках. Подойдя к Сиу, она слегка прикусила его мочку уха.
— Старшая сестрица не против получить премию и иным способом.
— Просто возьмите деньги.
С горькой усмешкой Сиу отверг заигрывания Барвинок, но…
— Хм? У академии имеется и подобная социальная политика? Отлично.
София подошла следом, с видом человека, обнаружившего нечто интересное.
— Нет, ничего подобного.
Сиу почувствовал, как взгляд старшей тёщи впился ему в спину. Если подумать, кроме заведующей факультетом Софии, у всех когда-то была сексуальная связь с Сиу.
Более того, даже София уже ублажала его рукой и пайзури…
Похоже, за всё это время он успел накопить немалый кармический долг.
Так или иначе, началась встреча дам, чей средний размер груди превышал чашку E, — зрелище поистине впечатляющее.
— Сиу, так зачем мы здесь собрались?
— Все вы — люди, которым я доверяю, но то, что я сейчас скажу, ни в коем случае нельзя разглашать за пределами этого круга.
В ответ на вопрос графини Йесод Сиу сразу перешёл к сути. Именно об этой проблеме он всю прошлую ночь не переставал думать.
Со своей стороны Сиу постарался объяснить всё максимально нейтрально. Реакции присутствующих были следующими.
Сначала — две тёщи.
— Сиу, если честно, тут всё неоднозначно. Подозрение может быть обоснованным, но доказательств слишком мало, чтобы предпринимать какие-либо действия.
— Пока лучше просто держать это в уме. Главным пунктом повестки будет то, как реагировать на разоблачение в «Одуванчике».
Реакция оказалась довольно прохладной.
Следующей выступила София.
— Я хорошо понимаю ваши чувства, господин глава академии, но такие пустые слухи в салоне возникают по нескольку раз на дню. Даже если это маскировочный артефакт, его ведь могли использовать в косметических целях, разве нет? Я тоже согласна с вами обоими.
Реакция оказалась столь же прохладной.
Следующей выступила графиня Йесод.
— Господин Сиу, конечно, в Геенне наверняка есть и подручные Хексеннахта. Но графиня Калиостро — это уже слишком. Понимаю, что вы зациклились на одной версии, однако сейчас особенно важно сохранять хладнокровие. Пока ситуация ещё не стала критической.
Все считали, что Сиу ошибся.
И неудивительно — кто такая графиня Калиостро?
Она одна из Семерых Графинь и по влиянию в Геенне уступает лишь герцогине Эрелим.
То, что Хексеннахт устранил такую важную фигуру и внедрил в Геенну шпиона, звучало бы уже не как теория заговора, а как нелепая фантазия.
— …
Но лишь одна ведьма сохраняла серьёзное выражение лица. Всегда сиявшая улыбкой Барвинок плотно сжала губы и с тревогой потирала нахмуренные брови.
— А госпожа Барвинок?
— …Я думаю, это возможно. Нет, по крайней мере, стоит как следует рассмотреть такой вариант.
Вопрос был слишком серьёзным, чтобы раскрывать его даже здесь. На самом деле, самая веская косвенная улика по этому пункту повестки указывала совсем в другую сторону.
Выдвинув лозунг «Сделаем ведьм снова великими», Ведьма Овна резко пошатнула положение Лидии и торговой гильдии Солидус, после чего сосредоточила в своих руках реальную власть.
«Психе Тигардэн» — древняя ведьма, прожившая более тысячи лет и когда-то возглавлявшая Клипот, — была тайным агентом Геенны.
Это была сверхсекретная информация, известная лишь герцогине Эрелим, но Барвинок знала о нём, поскольку была близкой подругой Психе. Сиу тоже недавно случайно узнал об этом, когда отправился в современный мир за Барвинок.
Информационная война в обществе ведьм идёт нешуточная. Если в Геенне провернули такую уловку, разве Хексеннахт не могли бы сделать то же самое?
Поэтому Барвинок, в отличие от остальных, встала на сторону Сиу.
— Ты ведь сказал это потому, что есть способ всё проверить?
— Госпожа Барвинок, я понимаю, что вы доверяете Сиу, но не подливайте масла в огонь понапрасну.
— Подливаю масла в огонь? Я просто говорю, потому что и правда считаю это возможным.
Когда Барвинок, будто прощупывая почву, задала вопрос, вмешалась Альбирео.
Альбирео казалось, что Сиу сейчас настолько растерян, что всерьёз прислушивается к откровенной чепухе. Прямо как люди, верящие в теории заговора и придающие правдоподобие самым нелепым доводам.
Он ведь ещё молодой ведьмак, так что это вполне объяснимо. Ничего постыдного в этом нет, и отчитывать его Альбирео не собиралась.
Но ей не хотелось видеть, как он прислушается к дурному совету, сделает неправильный выбор и ещё сильнее загонит себя в трудное положение. Как бы она к нему ни относилась, он всё-таки её зять.
— А если это не так? Судя по всему, все, кроме госпожи Барвинок, настроены против этой идеи.
— Но если это правда? Разве это не означает, что в безопасности Геенны пробита огромная брешь?
Сиу остановил Барвинок и Альбирео, уже готовых вот-вот сцепиться.
— Все успокойтесь. Я тоже считаю, что пока информации недостаточно.
Нельзя действовать сгоряча.
Противник не только возглавляет Изумрудную скрижаль, но и держит в руках слабое место Сиу.
Даже если это подозрение окажется правдой, стоит лишь попытаться схватить её за грудки, не разобравшись как следует, — и можно лишиться руки. А если рискнуть и схватить её, а потом выяснится, что подозрение было беспочвенным?
Поздравляю. Академия Хесед в тот же день прекратит деятельность. Тут не до разговоров о праве голоса — её оберут до самой души и высосут досуха.
— Поэтому я хочу в последний раз кое-что проверить. В некотором смысле это можно назвать азартной игрой.
— Сиу, вы ведь слышали, что я сказала?
— Не горячитесь, Сиу, по-моему, ваша догадка совершенно не верна.
Значит, не хватало ещё одной вещи.
Одного доказательства, которое позволило бы окончательно убедиться в истинной личности графини Калиостро.
— Поэтому я хотел бы попросить вас об одной услуге.
2.
День спустя.
Получив письмо, графиня Калиостро обрадовалась.
Письмо было от Син Сиу. В лаконичном тексте говорилось, что он примет предложение Изумрудной скрижали и хотел бы сегодня вечером поужинать вместе.
В постскриптуме также было сказано, что он захватит с собой хорошее вино.
— Так я и думал. И долго ещё он собирался сопротивляться? О-хо-хо-хо!
С прошлого раза графиня Калиостро понемногу готовилась свалить Син Сиу, но тот, проявляя чудеса изобретательности, ухитрялся избегать противодействия Замка.
Но как бы он ни старался, противостоять общему ходу событий ему всё равно было не под силу.
И так, вложив небольшую сумму в перспективную академию, удалось получить огромную прибыль.
Калиостро раздражало, что он всё это время капризничал, но графиня решила великодушно проявить милосердие победителя. Она приготовила великолепный ужин и прождала около пяти часов.
Прибыл герой сегодняшнего вечера — Син Сиу.
В одной руке он держал зонтик, а под мышкой — бутылку вполне приличного вина.
— О-хо-хо! Как хорошо, что вы пришли! Вино как раз отлично подойдёт для аперитива. И под дождём вам, должно быть, пришлось нелегко.
— Нет, это ведь приглашение самой графини. Я должен прийти, даже если вместо дождя будет бушевать тайфун.
Син Сиу раболепно кланялся, слащаво растягивая слова.
Он явно стал гораздо покладистее — совсем не таким самоуверенным, как тогда, когда кичился одной лишь солидной визитной карточкой.
— Вы правда считаете, что мне будет скучно, если до ужина вы начнёте так пресмыкаться и просить не слишком вас мучить?
— Прошу прощения за прежнюю невежливость. Прошу вас и дальше наставлять меня.
— Ой, ну какие там наставления! О-хо-хо-хо! Ну же, проходите. Я заглянула на кухню, попробовала — сегодня баранина просто объедение.
Графиня Калиостро, довольная собой, провела Сиу в гостиную.