1.

Долгожданный проект «Полинезия» продолжался уже второй день. Первый день завершился без особых происшествий — они просто провели ночь вместе, практикуя совместный сон обнаженными.

На второй день они встретились еще раньше, в десять вечера, и перешли к более откровенным ласкам.

Например, Денеб сидела на краю кровати, подставив Сиу свои бедра в качестве подушки. Положив голову на мягкие бедра, Сиу, словно младенец, посасывал ее нежную грудь, издавая тихие чмокающие звуки.

— А-ах... Тебе так нравится? — прошептала она.

Денеб поглаживала Сиу по голове, пока тот нежно ласкал ее соски.

Конечно, ей было приятно от ласк, но на самом деле возбуждение, которое испытывала Денеб, носило скорее психологический характер.

Ведь Сиу вовсе не старался изо всех сил, чтобы доставить ей наслаждение; он просто расслабился и поддавался моменту.

— Сиу, ты совсем как ребенок.

Тот самый надежный Сиу теперь послушно лежал у нее на руках, припав к ее груди.

Это не совсем капризное, но всё же детское поведение пробуждало в ней материнский инстинкт, заставляя сердце переполняться нежностью. Вместе с тем её сокровенный сад на внутренней стороне бедра, к которому он так плотно прижимался, стал влажным, словно наступил сезон дождей.

— Спокойной ночи.

— Да, ты отлично потрудился, Сиу.

После этого они снова засыпали, тесно прижавшись друг к другу обнаженными телами, словно влюбленные.

Обычно их распорядок был таков: провести вместе около четырех часов, затем каждый одевается, завтракает и уходит.

— Ха-а... Ну и утомительно же это...

Хотя из запланированных четырех дней прошло всего два, Денеб чувствовала себя совершенно измотанной, словно её долго томили на медленном огне.

Это означало, что эффект был поистине колоссальным.

Такая тесная близость не шла ни в какое сравнение с обычными поцелуями.

Разве не естественно, что когда двое статных красавцев проводят ночь в одной постели обнаженными, их жажда и влечение друг к другу лишь возрастают? Это волнение, желания и зарождающиеся чувства Денеб неизбежно передадутся и её сестре.

Однако именно здесь возникла непредвиденная проблема.

Она считала, что на этом этапе этого должно быть достаточно. Ей казалось, что эффект должен был уже начать проявляться и на сестре.

Разве сладость любви не является лучшим из успокоительных?

Однако на вопрос Денеб о том, не могла бы Альбирео хотя бы помочь с церемонией основания академии, последовал такой ответ:

— С чего бы мне это делать?

Реакция Альбирео была холодной, словно иней в разгар лета. Казалось, температура в комнате упала на пять градусов от её ледяного тона.

— Пусть сам со всем справляется.

Денеб хорошо знала свою сестру и не спешила успокаиваться оттого, что та не впала в истерику, как раньше.

Такая реакция сестры не означала, что её гнев утих. Напротив, это был результат того, что ярость, кипевшая в ней подобно пару, превратилась в ледяную эссенцию и осела внутри.

По опыту она знала: такая обида будет длиться как минимум три года.

— Если тебе больше нечего сказать, то иди по своим делам. Я занята.

Денеб, пытаясь справиться с замешательством от столь холодного требования уйти, вышла из комнаты.

Это было неожиданно. Ведь Денеб целых два дня терпела эти изнурительные занятия с Сиу.

Поскольку половина запланированного срока уже прошла, согласно плану, сейчас должен был состояться разговор в духе: «Может быть, сестра проявит великодушие и поймет нас?»

— Срочное совещание с Сиу!

— Что? — отозвался голос.

Денеб снова вызвала Сиу, который в это время находился в поместье Тиферет и изучал личные данные ключевых лиц.

Для того, кто сам предложил план и активно настаивал на его реализации, признать ошибку было непросто.

Однако умение исправлять ошибки в тот момент, когда это ещё возможно, — ключ к управлению рисками.

Денеб осторожно призналась, что план пошёл не так.

— Кажется, я всё-таки просчиталась.

— Хм... Да, понятно.

Выслушав объяснения Денеб, Сиу не придал этому особого значения.

Разве это не он сам сомневался в этом плане, пока Денеб изо всех сил его не продвигала?

Впрочем, сам план не был уж слишком тяжелым. Жаль, конечно, что немного времени было потрачено впустую, но ничего не поделаешь — нужно начинать подготовку прямо сейчас.

— И вот что я хотела сказать, Сиу.

— Да?

Однако последовавшие за этим слова Денеб были способны нанести Сиу сокрушительный удар под дых.

— Думаю, нам нужно повысить градус.

— Что?

Затем последовало смущённое объяснение Денеб:

Суть «Полинезийского проекта» заключалась в том, чтобы усмирить ярость любовными чувствами и страстью. И если сестра до сих пор не проявляет никакой реакции, значит, нужно сильнее усилить эротическое напряжение.

— Это... точно правильно?

— Конечно.

Даже Сиу, при всей его покладистости, начал чувствовать неладное.

Поначалу он был благодарен младшей тёще за её старания и жертвенность, поэтому закрывал глаза на сомнительные моменты...

Он и представить не мог, что это может быть кто-то другой, кроме неё, но всё же не мог избавиться от смутного подозрения: «А вдруг у неё на уме что-то другое?»

Не был ли сам план по усмирению ярости через эротику в корне ошибочным? Разве добавление топлива в локомотив, который уже сошёл с рельсов, поможет ему вернуться на правильный путь?

— Сиу, я наблюдаю за сестрой уже больше ста лет. Я знаю её лучше всех.

Однако Сиу не мог возразить Денеб, которая демонстрировала странную страсть, словно во что-то вцепившись.

Ведь тот факт, что Денеб знает Альбирео лучше всех, был неоспорим.

Оба переместились в спальню, которая последние два дня служила им прибежищем для измен.

— Если тебе тоже нужно, Сиу, можешь выпить.

— Что?

Денеб сделала несколько жадных глотков крепкого бренди, который приготовила заранее, и в мгновение ока опустошила целую бутылку.

— Пфу-ху-ху... — она шумно выдохнула, избавляясь от жгучего послевкусия алкоголя.

Даже прочность духовной сущности не позволяла ей без последствий выпить залпом 60-градусный бренди. Лицо Денеб тут же приобрело нежный румянец.

— Сейчас я расскажу вам о своих догадках.

Она подождала, пока алкоголь достаточно разойдётся по телу, и только тогда заговорила.

— У нас с сестрой общие сексуальные предпочтения.

— Что вы вдруг такое...?

— И это очень стыдная история, но... эта особенность заключается в том, чтобы подвергаться истязаниям со стороны мужчины. А если точнее — со стороны Сиу.

Это заявление было подобно удару грома. Сиу замер с открытым ртом, пытаясь понять, не бредит ли Денеб под действием алкоголя.

Однако Денеб, чей разум не помутился даже от выпитого, продолжала говорить четко и разборчиво.

— Подумайте сами. Если то, что сказал Сиу — правда, то первый сексуальный опыт сестры был «острым».

— Я не лгал, но...

— Однако наш проект основывается лишь на «мягких» действиях, не так ли?

Так оно и было.

Нежные ласки, словно у влюбленных. Учитывая, что самым интенсивным из их ласок до сих пор была мастурбация рукой при имитации кормления грудью, здесь и говорить было не о чем.

— Короче говоря, мой диагноз таков: чтобы через эмоциональную связь изменить сердце сестры, нынешних вялых действий будет совершенно недостаточно.

Итак, подведем итог. То есть она хочет сказать, что для того, чтобы разжечь пламя в сердце Денеб, нужны не посредственные действия, а нечто крайне, крайне извращенное?

— Нет, госпожа Денеб...

— Я настроена решительно, Сиу.

Только тогда он заметил, что лицо Денеб покраснело вовсе не от алкоголя. Она выжимала из себя все силы, чтобы совершить это признание.

— Я действительно извращенка. Я распутная ведьма, которая возбуждается от того, что её истязают.

— ......

Одежда Денеб одна за другой соскальзывала с неё и падала на пол. Розовый оттенок, проступивший на её белоснежной коже, красноречиво выдавал её смущение.

— Так что, пожалуйста, приручите меня, Сиу.

2.

Теперь он действительно почувствовал неладное. Неужели Денеб не подумала о том же, о чём подумал Сиу?

Возможно, в этом плане с самого начала была неверная предпосылка.

Иными словами, это могло быть не результатом чистых намерений, а тем, что подсознание Денеб выдвинуло этот план лишь для того, чтобы удовлетворить собственные желания.

Однако он решил отложить эти подозрения в сторону.

В конце концов, единственное, что он мог здесь потерять — это время. Да и кто знает, вдруг это действительно сработает чудом?

— Можно вести себя грубо, и пошлые слова тоже приветствуются.

— Но вы же понимаете, что проникновение абсолютно исключено?

— ...Хм, можете обращаться со мной, как с секс-рабыней?

Таковы были наставления Денеб.

Обычный мужчина, возможно, почувствовал бы себя неловко, но, к счастью, Сиу был уже опытным специалистом.

Он слишком хорошо знал, как нужно обращаться с женщиной, чтобы она почувствовала стыд и смущение — это выходило далеко за рамки ожиданий Денеб.

Сначала он закрыл глаза Денеб повязкой. Можно было бы спросить: «Разве ты не говорила, что стыд достигает пика, когда на тебя смотрят в глаза?»

Однако состояние, когда зрение полностью ограничено и ты двигаешься лишь в ответ на внешние стимулы и команды… Эта пассивность тоже была ключевым фактором, заставляющим женщину смущаться.

К тому же сейчас Сиу был совершенно трезв. И ему ни в коем случае нельзя было вдыхать её запах тела.

Поскольку он совершенно не был уверен, что сможет играть роль порочного господина, глядя Денеб в глаза, такой подход был гораздо удобнее.

— Хорошо, оставайтесь в этой позе.

— ...Да.

Денеб с повязкой на глазах последовала указанию Сиу и закинула руки за голову, сцепив пальцы в замок. Её гладкие подмышки и приподнятая грудь теперь были полностью открыты взору.

— Раскройтесь шире.

— ......

В этот момент Денеб, смущаясь, попыталась прижать локти к телу. Эта сцена была настолько соблазнительной, что в голове Сиу невольно промелькнуло желание... но...

Всё же это было немного неловко.

Дело было не в методологии, а в чувствах.

Не то чтобы возбуждение и естественная страсть возникали сами собой во время секса или ласк. Напротив, это было похоже на постановку по сценарию, где ему выдали квест: «Унизь Денеб!».

И тут Сиу кое-что вспомнил. Вспомнил личные предпочтения Такашо, который был воплощением всевозможных извращённых сексуальных желаний.

— Ты не понимаешь, насколько сексуальны приседания без одежды? Ты вообще человек?

— Что в том, чтобы сидеть на корточках, такого возбуждающего? Ты что, считаешь, что любая нагота — это уже возбуждение? Ха-а...

— Син Сиу, женщина по своей природе хочет выглядеть красиво. Но посмотри на эту позу для приседаний — насколько она нелепа? Её трудно назвать эстетически изысканной. И вот, она выполняет эту нелепую позу либо по приказу, либо по своей воле. Именно это её смущение и есть самое лучшее!

Именно так. То, что Сиу собирался заставить сделать Денеб, было теми самыми приседаниями без одежды, которые так яростно защищал Такашо.

— А теперь, оставаясь в этом положении, слегка разведите ноги и, не отрывая пяток от пола, медленно опускайтесь, будто садитесь на лошадь.

— Что? Сиу, если я так сделаю...

— Да, это поза для приседаний. Вы же понимаете?

— ...Это, конечно, так, но...

— Делайте. Это приказ.

Глядя на то, как Денеб в замешательстве не знает, что ей делать, Сиу невольно вновь оценил Такашо по достоинству.

Это действительно работает.