— А-ах...

Альбирео осознала, что из её уст вырвался кокетливый, почти капризный стон, и поспешно прикусила язык.

В этот момент она стояла лицом к лицу с ним, пока он ласкал её грудь. Сиу, неловко пригнувшись, опустил голову и начал жадно посасывать сосок Альбирео.

Еще несколько дней назад подобная сцена была немыслима.

— Чмок, чмок... Хлюп... М-м-м...

В тишине спальни раздавались непристойные звуки влажных поцелуев. Его порочные движения не прекращались: он то дразнил языком её уже затвердевший сосок, то втягивал его в губы, то с силой прижимал к нему весь язык. Сиу сжимал её прекрасную, похожую на капли воды грудь так сильно, что она едва не деформировалась; он словно отчаянно цеплялся за неё.

— Тебе так нравится моя грудь? Ну ты и извращенец.

Несмотря на то, что он действовал крайне умело, она, на удивление, всё ещё могла это выносить. Это означало лишь то, что уровень чистого удовольствия от стимуляции оказался ниже, чем он ожидал.

В этом также сыграло свою роль то, что у Альбирео были весьма пышные формы. В каком-то смысле это было даже к лучшему.

В глубине души она переживала, не предстанет ли она в неприглядном или вульгарном виде, как это случилось с Денеб. Теперь же, придя в себя, она почувствовала, что сможет поддерживать формальные и чистые отношения, как того и хотела Альбирео.

— А-ах...

Однако, даже если у этого был предел, ласки Сиу наносили удар по Альбирео сразу с двух сторон.

Во-первых, это, разумеется, осязание. Если бы она занималась самоудовлетворением, то еще куда ни шло, но сама она не могла дотянуться до собственных сосков. Конечно, обладая такими пышными формами, как у Альбирео, это было бы возможно, но её непомерная гордость не позволила бы ей пойти на такое.

Если не считать того случая, когда её чувства синхронизировались с Денеб и близнецами во время группового секса, соски Альбирео, не привыкшие к подобным раздражителям, воспринимали каждое прикосновение как нечто совершенно новое и острое.

Во-вторых, это зрение. Сиу, который ещё во время поцелуев был таким неистовым, теперь лишь спокойно посасывал грудь Альбирео.

Особенно под этим углом его лицо выглядело так, что в нём вполне можно было разглядеть нечто, пробуждающее в женщине материнский инстинкт.

Не напоминало ли это сцену, где мать кормит младенца грудью? Она даже на мгновение замерла, невольно потянувшись к нему, чтобы погладить его по затылку.

Не знаю, уместно ли это выражение, но в данный момент Альбирео сама была исполнена материнских чувств.

— Хи!

Но это длилось недолго. Альбирео, погружавшаяся в туманное наслаждение, вздрогнула от резкого ощущения и сердито взглянула на него. Во время ласк он слегка прикусил её сосок. А по её меркам это было крайне вульгарным поступком.

— Сиу! Я же говорила не пытаться удовлетворить свои личные желания! Ну правда...!

— Простите. Я просто по природе такой...

— Какой еще «по природе»? Ты же не младенец, чтобы грудь сосать!

Конечно, её тело на мгновение пронзило от нового, непривычного ощущения, но всё же — нет, так нельзя.

— Серьёзно... Хватит. Кажется, я позволила тебе насладиться в достаточной мере.

Отстранив Сиу от своего лба, Альбирео щелкнула пальцами, используя магию очищения, чтобы стереть с груди следы слюны. Для студента на сегодняшнем уроке по сексуальной связи её поведение можно было назвать весьма непокорным.

— Теперь моя очередь, верно?

— О чём вы говорите?

— Я не могу получать удовольствие в одиночку.

— ...?

Сиу на мгновение растерялся от столь решительных действий Альбирео, но для неё это было совершенно логичным заключением. Графиня Йесод говорила, что поцелуй подобен вальсу, и, как его продолжение, диалог тел также должен быть подобен вальсу.

Подобно тому как вальс невозможен, если женщина будет лишь односторонне перекладывать свой вес на партнёра, в сексе женщина тоже не должна быть лишь пассивной стороной, принимающей ласки.

— Теперь я понимаю, что нужно делать... Подойдите ко мне.

Похвальное поведение Альбирео, которая сама понимала, что делать, не дожидаясь указаний учителя, заключалось в следующем:

— Госпожа Альбирео?

— Раз уж Сиу сделал это, теперь настала моя очередь. Хлюп...

Она прильнула губами к груди Сиу. И ей было мало просто поцелуя: она двигала языком, лаская его кончик точно так же, как это делал Сиу.

— Ну как? Хлюп... Я угадала?

— ......

Он не планировал заниматься подобным, но раз уж это приносило удовольствие, решил просто не сопротивляться.

— Хм-м... Чмок, чмок...

Сверху, да ещё и с такого близкого расстояния, особенно заметными становились её неестественно длинные ресницы и красота старшей тёщи. Каждый раз, когда она моргала, её длинные ресницы щекотали его грудь.

Существует предубеждение, что мужчинам не может быть приятно, когда им ласкают соски, но на самом деле эрогенные зоны у мужчин и женщин не так уж сильно различаются. Тем более, учитывая её горячие, словно тающие от опьянения губы и язык, это ласкание не могло не доводить его до экстаза. Его член в ответ на это радостно и мощно дергался.

— Ой!

Альбирео, которая самоотверженно ласкала его, прильнув к Сиу, словно цепляясь за старое дерево, невольно вскрикнула от неожиданности, когда её рука коснулась его твердого копья. Она отпрянула, будто обожглась об огонь.

— Кхм-кхм... Вы меня напугали.

Однако, решив, что её реакция выдала слишком уж неопытную натуру, она принялась кашлять, чтобы скрыть смущение, и вместо этого осторожно обхватила его член рукой.

Если подходить к этому профессионально, то, используя всю ладонь и держа член обратным хватом, это можно было назвать мастурбацией в стиле «реверс-фул-грип».

Её хватка была неумелой, словно она делала это впервые, но движения рук были настолько нежными, что Сиу подумал: «Вот она, рука человека, который в жизни и капли воды не касался».

— Я ведь правильно делаю?

Словно немного обретя уверенность, Альбирео посмотрела на него с лукавым вызовом, продолжая ласкать его грудь губами и при этом неумело, но старательно стимулировать его член рукой.

— Шурх, шурх...

— Члюп, чмок. Хм-м... Хлюп...

Сами по себе ощущения могли быть обычными, но сама ситуация заставляла его член буквально разрываться.

Её губы и язык, которые при каждой встрече источали лишь холодное высокомерие, теперь были заняты тем, чтобы доставлять удовольствие Сиу.

Невероятно нежные руки использовались для простой мастурбации. Движения её колышущейся груди лишь сильнее разжигали похоть, таившуюся в самых глубинах души Сиу. И, конечно же, самым возбуждающим было...

— Ну как? Для первого раза неплохо, правда?

Это была красота старшей тёщи: она, приоткрыв один глаз, одаривала Сиу триумфальным взглядом. Ей показалось, что она на мгновение перехватила инициативу, и эта внезапная уверенность заставила Сиу захотеть увидеть, как она будет в панике пытаться справиться с опытом, которого никогда прежде не испытывала. Это был опасный и извращенный порыв.

— Вы отлично справились. Думаю, на этом можно закончить.

— А что дальше?

— Конечно же, ласки ртом. Ай!

Стоило ему это произнести, как разгневанная Альбирео отвесила ему сокрушительный удар ногой, достойный тёщи.

— Ну вы и... Вечно в голове одни пошлые мысли!

— ......

На этот раз оправдаться было невозможно. Но эта сцена, где Альбирео посасывает член Сиу... Это желание увидеть, как её благородное лицо и пухлые губы обхватывают мужское достоинство, а она сама бросает на него взгляд снизу вверх...

Разве любой мужчина не смог бы это понять?

— Разве сегодня учителем был не я?

— Учитель или не учитель! Не пытайтесь переиначить то, о чём мы договорились заранее! Ой...!

Альбирео, которая в порыве гнева привычно упёрла руки в бока, вдруг замялась. Словно внезапно почувствовав стыд, она попыталась прикрыться рукой, но затем, вспомнив собственное громкое заявление о том, что до начала занятий она не испытывает никакого смущения, застыла в неловкой позе.

— ...Мы же договорились, что вы не будете заниматься удовлетворением своих скрытых желаний.

— Оральный секс — это тоже весьма древний акт проявления любви. Это даже на египетских фресках изображено.

— Ласкать половые органы друг друга ртом... Это нечистоплотно. И в этом нет никакой необходимости.

— Если рассуждать в таком духе, то и то, что мы только что делали, было ненужной прелюдией?

— Я имею в виду, что во всём должна быть мера.

Однако, похоже, даже при использовании одного и того же метода — оральных ласок — разница между ласками груди и ласками гениталий была для неё огромной. Альбирео не скрывала своего недовольства. Сиу отчаянно пытался сообразить, что ответить, и в итоге нашёл оправдание.

— В таком случае, я буду делать это только для вас.

— Не хочу. Знаете, почему я до сих пор делала это стоя? Потому что не хотела, чтобы Сиу видел всё слишком откровенно. Я и проникновение планировала совершить стоя у стола.

Он гадал, зачем она упорно настаивала на сексе стоя, имея в распоряжении мягкую кровать, и теперь понял — у неё действительно были такие намерения. Только что она сама ласкала его грудь и делала ему мастурбацию, а теперь внезапно начала вести себя как крайне нерадивая ученица. Сиу даже подумал, не от такой ли переменчивой натуры близнецов пошла их привычка менять мнение так же быстро, как закипает каша.

— Это для вашего же блага, госпожа Альбирео. Если я не подготовлю вас как следует, вам будет очень больно. Разве вы не сказали, что сегодня доверитесь мне?

— Это... это правда. Вы правы.

Альбирео кивнула, видимо, вспомнив о толщине, длине и твердости его члена, который ей было даже трудно обхватить рукой. И именно с этого момента начинался план Сиу. Сиу уже успел завоевать немало женских сердец.

К тому же сейчас он был в состоянии, когда реагировал на слабости женщины острее, чем голодная акула на запах крови.

Тот факт, что на этом занятии Альбирео проявляла странную готовность к сотрудничеству, позволил ему понять её психологическое состояние. Проще говоря, она чувствовала дискомфорт от «одностороннего лидерства».

Если отбросить все обстоятельства, в любом случае это был первый опыт Альбирео. Первый раз пугает любого, но высокая самооценка Альбирео не позволяла ей даже признать страх перед этим «первым плаванием». Поэтому она и не хотела, чтобы Сиу просто навязывал ей свои уроки или чтобы она оказывалась в положении «покоренной». Она пыталась компенсировать страх перед неизвестным, проявляя инициативу. А значит, если он предложит ей оральные ласки, велика вероятность, что она сама пойдет на это без всякого принуждения.

Так он думал, но...

— И всё же я не хочу делать минет. И принимать его тоже не хочу.

Её брови решительно взметнулись вверх, словно говоря: «Тебе всё ещё не хватает терпения». Однако, как говорится, чем больше спешишь, тем медленнее нужно действовать.

— В таком случае, я помогу вам хотя бы руками.

— Руками?

— Да, госпожа Альбирео, вы ведь тоже делали это руками, так что на такую уступку вы сможете пойти, верно?

— Ладно, пусть будет так...

Альбирео сменила гнев на милость, перейдя от колючести к кроткой сдержанности. Каждый раз, когда он видел её в таком соблазнительном виде, у него вспыхивало опасное желание — научить её, что такое «джабак-кком».

— Перейдем к кровати.

— Дивана будет достаточно.

Альбирео, проигнорировав слова Сиу, тяжело опустилась на диван.

— ...Хорошо.

Он и раньше это чувствовал, но заниматься сексом, когда уровень симпатии равен нулю, — задача не из легких.