1.
Пин, старшая дочь, вопреки завещанию Лидии вместе с другими крёстными дочерьми поклялась отомстить.
В сущности, это мог предвидеть кто угодно.
Син Сиу, убивший крёстную мать, не может стать крёстным отцом. Ведь Лас Вуэрфанас хранила верность Лидии Магнус.
Разве это не простая и очевидная истина?
Однако, если учесть преданность Лас Вуэрфанас Лидии, эта ситуация далеко не обычна.
Преданность крёстных дочерей Лидии сродни вере. Даже само собой разумеющаяся истина — «ведьмы существуют ради магии» — для Лас Вуэрфанас не имеет силы.
Для них оставленное Лидией завещание — не что иное, как священное учение. Каждое её слово — причина жить и священная, неприкосновенная ценность, которую нужно хранить, даже если за это придётся заплатить собственной жизнью.
Поэтому и решимость Пин отомстить, даже ценой отказа от статуса крёстной дочери, и душевный настрой последовавших за ней сестёр были отнюдь не легкомысленными.
Всего в Лас Вуэрфанас насчитывалось сорок шесть участниц.
В то время в клубе Альмак собрались двадцать пять участниц, и все тринадцать капо присутствовали на ужине. Шесть капо вместе со своими подчинёнными встали на сторону Пин и напали на сестёр и Найири, собиравшихся последовать завещанию Лидии.
Лас Венгадорас — неофициальная организация, созданная вокруг Пин после того, как её участницы отказались от имени Лас Вуэрфанас. Название означает «мстительницы».
Во время ужина пятнадцать участниц Лас Вуэрфанас, включая Найири, противостояли Лас Венгадорас, однако силы двух сестринских групп различались.
Большинство участниц Лас Венгадорас составляли оперативницы, прежде занимавшиеся «убийствами», «диверсиями» и «грязными делами за кулисами». В рядах Лас Вуэрфанас, напротив, решивших в точности исполнить завещание Лидии, было больше руководительниц.
— Как вы вообще могли пойти на такое…
— Я уже договорилась о сотрудничестве с сёстрами, живущими по всему современному миру. Ведь нет ничего бессмысленнее, чем ссориться между собой. Сами подумайте, как будет правильно.
Если бы преступницы-изгои встретились как враги, их можно было бы в любой момент убить и тем самым устранить будущую угрозу, но они были сёстрами. Пин сумела подчинить их всех, не допустив ни одной жертвы, и спокойно и настойчиво продолжила их переманивать.
В итоге семь участниц присоединились к Лас Венгадорас, а до самого конца сопротивлялись переманиванию лишь несколько, включая Найири.
— Многие сёстры последовали воле Пин. Мне так, так стыдно перед вами.
Найири, старательно обходя острые углы, сказала, что главной причиной стало отсутствие у Сиу должной легитимности, словно даже произнести это вслух было кощунственно и неловко.
Сомнения в том, что убивший Лидию Сиу действительно является наследником, а не самозванцем, незаконно присвоившим себе титул крёстного отца, вызвали желание поддержать Пин: ведь он не относился к преступницам-изгоям и, более того, был графом Геенны.
Пин старалась вовлечь сестёр, проявляя максимум терпения и снисходительности, однако к тем, кого так и не удалось переманить, была беспощадна. Ведь стоило им примкнуть к Сиу, как ему тут же утекло бы множество сведений.
Поэтому она без колебаний прибегла к чистке. Как и тогда, когда в Доме ангела создавались «мясные мешки», она лишила сестёр сознания и навечно заточила их в подземной тюрьме.
— Я воспользовалась подвернувшейся возможностью и сбежала. Правда, за мной тут же пустились по следу.
Использовав опыт службы в контрразведке Солидуса, Найири сумела эффектно бежать. Услышав, что Сиу путешествует по Ведьминым Точкам в разных уголках мира, она отправилась ему навстречу.
Ведь в каюту она вошла вся в крови: незадолго до этого на неё напали Венгадорас, находившиеся в современном мире.
Слушая Найири, Сиу уже заметил немало странностей. Точнее — бесчисленные поводы для подозрений.
— Найири.
— Двадцать шестая дочь внимает вашим словам.
Когда Сиу прервал её объяснение и задал вопрос, Найири тут же склонилась и тихим, мягким голосом ответила.
— Значит, до недавнего времени ты была внутри Хексеннахта? Но я запечатал «Врата». Как ты выбралась?
Что Найири, вся в крови, сумела пробраться в гостиничный номер, ещё можно было принять. Преследуя старшую сестру Барвинок, он и сам не раз сталкивался с немыслимым стечением обстоятельств.
— Покойная крёстная мать уже раздобыла «ядро». А торговая гильдия Солидус тайно обладала исключительными правами на него.
«Врата» Хексеннахта созданы по образцу «Врат» Геенны. Речь о тех самых «Вратах», с которыми до ремонта, проведённого Сиу, было немало проблем.
Сейчас «Врата» Геенны полностью избавились от проблем с ядром, трещинами и временными сбоями, а Хексеннахт — нет.
Оставался бэкдор, созданный в прошлом с помощью гомункулов.
В таком случае становилось понятно, как Найири удалось выбраться наружу.
— Голова раскалывается.
Тогда как ему следовало поступить в этой ситуации? Может, для начала прекратить поиски старшей сестры Барвинок в современном мире?
Он с самого начала не думал, что сможет без каких-либо последствий проглотить целиком такую большую группу.
Обычной ведьме Сиу не одолеть, но отборные боевые отряды Лас Вуэрфанас, лично выбранные Лидией, представляли собой серьёзную угрозу. С одним-двумя он, возможно, справился бы, но нельзя было с уверенностью сказать, сможет ли он одновременно противостоять нескольким.
Сиу всё ещё нуждался в отдыхе.
— Крёстный отец, сёстры просто растеряны.
Когда молчание затянулось, Найири заговорила жалобным голосом — совсем как щенок, которого вот-вот бросят. Захотелось спросить в ответ:
— А ты как?
— …Я тоже была растеряна. Но я последую за крёстным отцом.
— Потому что такова воля Лидии?
— Да.
— Кроме этого, есть ещё какая-нибудь причина?
— Это… это…
Найири не ответила сразу.
Как ни крути, эти отношения были ненормальными.
Убедительных оснований всё ещё не хватало, чтобы спокойно доверять Найири.
Да и кто мог гарантировать, что сама эта ситуация с самого начала не была ловушкой?
Поверив в расплывшееся, словно краска, недоверие, Найири помрачнела. Затем, словно окончательно решившись, схватила Сиу за руку и заставила его сжать пальцы на своей тонкой шее.
— Мать вверила вам смысл моей жизни. Отныне жизнь и смерть этого ничтожного тела — в руках крёстного отца. Если, отдав жизнь, я смогу доказать свою верность, то с радостью это сделаю.
— …….
— Прикажите мне что угодно. Я немедленно исполню волю крёстного отца.
— …….
Ему не особенно хотелось этого делать, но и просто оставить всё как есть было нельзя. Сиу отдал приказ самым холодным тоном.
— Покончи с собой прямо здесь.
— Да, как велит крёстный отец.
В тот миг оставшаяся в теле Найири мана забурлила и в одно мгновение раскалилась так, что вот-вот должна была сжечь её цепи маны. Ведьмин способ самоубийства: намеренно спровоцировать потерю контроля над маной, чтобы её жар одновременно сварил мозг и клеймо.
Как член Лас Вуэрфанас, где сохранение тайны было вопросом жизни и смерти, Найири располагала пугающе эффективным и надёжным способом самоубийства.
— Да это же безумие!
Сиу, рассчитывавший, что она хотя бы секунду будет колебаться, в ужасе сдержал её и силой влил ману в её тело. На полную мощь задействовав магический взгляд, позволявший видеть потоки маны, он остановил поток маны Найири, пытавшийся, словно падающие костяшки домино, запустить следующую стадию самоуничтожения.
Найири, оказавшаяся в объятиях Сиу, округлила глаза, потрясённая ощущением, будто огромное тело великана обхватило её целиком.
Чтобы управлять маной в теле другой ведьмы, требовалась колоссальная разница в силах. Но Сиу с поразительной лёгкостью делал именно это.
Он сам вогнал ману в тело Найири и с её помощью полностью перехватил управление её телом.
— А-а, мана крёстного отца внутри моего тела… Столько маны…
Найири, словно получив небесную благодать, растроганно задрожала всем телом.
— Ха-а…
Остановив её попытку самоубийства, Сиу, покрывшийся холодным потом, вздохнул.
Разумеется, это было испытание.
Он приказал ей покончить с собой именно потому, что был в какой-то мере уверен: сможет её остановить. Но Найири, едва получив приказ Сиу, тут же выбрала самоубийство, не предприняв никаких мер предосторожности.
Причём он ни секунды не задумывался, сможет ли действительно остановить её самоубийство и хватит ли ему на это сил.
И таких крестниц у него было сорок шесть.
Он ещё раз всё обдумал и окончательно убедился: если бы Лидия подготовилась чуть лучше, он не смог бы поручиться за свою победу.
— Теперь вы можете мне поверить?
— …Я проиграл.
Найири впервые с тех пор, как встретила Сиу, слабо улыбнулась. И как раз в тот момент, когда казалось, что наконец-то складывается тёплая сцена.
— Дунг.
Сиу и Найири накрыла характерная для изнаночного барьера волна, сопровождаемая тяжёлой дрожью маны.
Вот вам медовый совет по жизни в современном мире: внезапно развернувшийся изнаночный барьер — это нападение.
— Это ещё что…?
— Похоже, явились Лас Венгадорас или кто они там.
— Я ведь точно от них оторвалась…
В отличие от заметно растерявшейся Найири, Сиу уже кое о чём догадывался.
Не слишком ли всё просто? Неужели из Хексеннахта безмятежно выбралась одна Найири — единственная, кто тайно связывался с Сиу в роли «проводника»?
Даже если после этого на них напали, не кажется ли, что всё прошло слишком гладко?
Вся эта цепочка событий выглядит искусственной. Прежний Син Сиу, возможно, и не заметил бы, но теперь, набравшись опыта, он сразу видел, что к чему.
— Тебя нарочно отпустили. Чтобы ты нашла меня.
Саму проверку Найири с самого начала устроили, чтобы выяснить, была ли она «добровольной приманкой». Судя по всему, это не так. Значит, она, скорее, «приманка, не осознающая своей роли».
Сиу тут же подошёл к окну и расширил чувство маны.
Осязание маны уловило примерно девять преследователей: одну Архиведьму и ещё восемь других ведьм. Если думать лишь о побеге, с такой силой одному человеку было бы нетрудно вырваться.
— Тебе не за что извиняться. Мы ведь не могли вечно от них бегать.
Успокаивая Найири, которая, похоже, вот-вот расплачется от потрясения, он быстро продолжил:
— Ты ведь сказала, что среди членов Лас Вуэрфанас есть немало тех, кто сомневается в моей легитимности?
Он не собирался бездумно бежать, не имея никакого плана. Для начала следовало принять бой.
— Да, да…
— Значит, достаточно это показать.
Сиу достал магическое снаряжение Золотой ведьмы — «Мистильтейн», заранее приготовленное для Барвинок, — и без колебаний направился на поле боя.