В наши дни, когда развились передовые сетевые технологии, можно получить доступ к любым новостям и экстренным сообщениям, просто включив смартфон, но ведьмы по-прежнему предпочитают обмениваться информацией через печатные издания. И дело здесь не только в любви к старине, но и в привычке. Для ведьмы, прожившей от нескольких десятилетий до нескольких столетий, чтение — это процесс распознавания черных чернил на носителе информации, сделанном из растительных волокон. Поэтому в Геенне также существует множество различных печатных изданий.

Прежде всего, это газета «Газетт», которую центральная мэрия выпускает дважды в неделю. Научные журналы и бюллетени, регулярно издаваемые различными академиями. Ежемесячные каталоги торговой компании «Адонай» или магазина магических инструментов Джемини. И, например, «Канар», которая в Пограничном городе сообщает о мелких новостях из современного мира.

Поскольку суть ведьм заключается в изучении магии, самым популярным периодическим изданием среди широкой публики являются научные журналы. Где бы вы ни оказались, можно встретить ведьму с научным журналом под мышкой, а если в нем публикуется поразительная диссертация — как это недавно случилось с Сиу, — то все вокруг тут же собираются в кучу, чтобы ее изучить.

Однако, как всем известно, даже самые благородные ведьмы не всегда поглощены исключительно магическими исследованиями. В Геенне есть таблоид, занимающий непоколебимое положение в мире сплетен, и имя ему — «Одуванчик». Ни авторы статей, ни места публикаций, ни даже периодичность выхода и тираж не отличаются регулярностью. Хотя издание и прикрывается маской нейтрального вестника, на деле его содержание мало чем отличается от обычных сплетен.

Слухи о романах, размолвках, расставаниях или изменах; интриги и конфликты в высшем свете; дебюты новых ведьм, модные тренды и личная жизнь знаменитых особ — всё это наполняет его страницы. Даже если внимательно изучить состав публикаций «Одуванчика», в них невозможно найти ни капли полезной информации. Несмотря на изысканный и плавный слог, это издание — настоящий «фастфуд» в мире прессы: оно начинается с фразы «говорят, что...» и заканчивается «по моему мнению...», напрочь отбросив всякую нейтральность. Впрочем, поиск острых, захватывающих, интимных и будоражащих чувства новостей — это, пожалуй, сама природа человека.

Этот таблоид с восьмидесятилетней историей, пользующийся страстной любовью застенчивых подписчиц, подобно пушинкам одуванчика, разлетается повсюду: он тихо оседает в частных салонах, в почтовых ящиках на задних дворах ведьм или на тайных книжных полках в углах баров.

Пусть содержание и никуда не годится, но как устоять перед такими заголовками, как: «Перемирия не было: психологическая война баронессы Дюмернам и графини Джемини», «Затягивая корсет ради пафоса: чересчур пышное платье леди, сделавшей первый шаг в светское общество», «Вечеринка в Секретном саду: ночь без приглашений, обернувшаяся скандалом века» или «Мой роковой любовный треугольник в секретном архиве: кто же победил?»

— В Геенне тоже есть подобное?..

Сиу, впервые узнавший о существовании такого издания, не мог скрыть своего замешательства и растерянности.

— Эти вульгарные бабы, ну и ну!..

Будучи объектом всеобщего восхищения и внимания, Альбирео не раз становилась мишенью для статей в таблоидах. Альбирео пробежала глазами по статье, чувствуя на себе даже не взгляды, а пылающие ненавистью взоры.

[В Древе Сефирот прошло голосование с целью назначения преемника на титул барона, который остается вакантным после того, как Амелия Мериголд была лишена своего титула из-за прискорбного инцидента с неконтролируемым выбросом маны на прошлом Празднике урожая. Новым кандидатом на получение титула был выбран Син Сиу — ведьмак, который недавно ворвалась в мир подобно комете, вызвав немало потрясений во всем ведьминском обществе, и которого можно назвать поистине непостижимым существом.]

[Кандидат на титул барона Син Сиу был признан сверхновой, открывающей новый путь в магии благодаря своей инновационной исследовательской работе «Сочетание различных магнитных магических свойств» и столь же шокирующему процессу проверки в секретном архиве. Однако, что касается его личной жизни, поступает множество свидетельств и показаний, которые совершенно не вяжутся с его образом перспективного ведьмака.]

Статья плотно заполняла всю страницу. Там были не только тексты, но и фотографии, служившие весомым доказательством к статье.

Кадр, на котором он входит в комнату вместе с Шарон.

Кадр, на котором он целуется с Амелией в парфюмерной мастерской.

Кадр, на котором он идет рядом с наставницей, положив руку ей на талию.

Кадр, где он сидит в седле с Рю.

И даже кадр, как он гуляет с близнецами, и всё в таком духе.

Это были скрытые снимки, сделанные под самыми разными углами, на которых отчетливо чувствовались любовь и нежность.

— Постойте, в Геенне что, нет права на защиту личной жизни?

— Речь идет не о законах Геенны, а о проблемах Сиу.

— Ну, это так, но всё же...

У него закружилась голова.

Хотя он и был вынужден создать гарем, Сиу старался вести себя осторожно. Если бы слухи или косые взгляды сыпались только на него одного, это было бы полбеды, но при таких скандалах любопытные взоры неизбежно обратились бы и на его возлюбленных.

Поскольку ведьмы были исключительно женщинами, это служило своего рода дымовой завесой для гарема Сиу, и до сих пор, за исключением нескольких человек, никто не знал о его любовных похождениях. Да и те немногие, кто знал, были ведьмами, с которыми у него уже установились определенные отношения.

— Удачно они попали по больному месту. Похоже, они готовили этот удар уже давно.

Просмотрев все статьи, Альбирео произнесла это сквозь зубы. К счастью или к несчастью, информация о Дороти, Линне и графине Эсод полностью отсутствовала. Отношения с Денеб также не были особо описаны. Однако это не означало, что проблемы нет.

В статьях не только упоминались Сиу и его возлюбленные, но и косвенно высмеивали дом Джемини, подчеркивая тот факт, что Сиу является зятем этой семьи. Они обтекаемо рассуждали о всякой чуши вроде «благородных девиц, оставленных без внимания» или «хозяек дома, не способных присмотреть за своим семейством». Для тех, кто обычно не смел и слова сказать под гнетом громкого имени рода, внезапно представился «повод». Было очевидно, что в ближайшее время дом Джемини станет главной темой для пересудов и переживет нелегкие времена.

— Простите меня. Мне следовало проявить большую осмотрительность... — сказала Альбирео.

— Виноват, конечно, Сиу, но сейчас подумайте прежде всего о себе.

— Ведь то, что Сиу в будущем будет фигурировать в подобных постыдных слухах, теперь уже не подлежит сомнению.

Однако Альбирео и Денеб были непреклонны. В конце концов, это лишь временный переполох. Дом Джемини, строго говоря, не является стороной в этом деле и по-прежнему обладает прочным положением и репутацией. Это значит, что их корабль слишком крепок, чтобы разбиться о подобные волны.

Но Сиу — совсем другое дело. Нельзя сказать, что все ведьмы чересчур старомодны в вопросах любви и близости, но Сиу явно перешел черту. К тому же, все его возлюбленные — известные ведьмы. Среди них даже есть герцогиня Тиферет, которая славится своей непоколебимой праведностью и сама называет себя его наставницей и опекуном.

Он находился лишь на стадии, когда только готовился заявить о себе миру. На стадии, когда он должен был стать первым в истории ведьмой-мужчиной, удостоенным титула барона. Более того, он был на этапе покупки земли и подготовки к основанию академии.

Учитывая, что он был беспрецедентным случаем — мужчиной, ставшим ведьмой, нельзя было отрицать, что на него смотрели либо с догматическим осуждением, либо с легким пренебрежением. И вот, в тот самый момент, когда он присел, готовясь к мощному прыжку вперед, его под дых ударил позорный скандал. Было очевидно, что на него обрушится поток неприкрытых обвинений и насмешек, несопоставимый с тем, что ждет дом Джемини или его возлюбленных.

— Может, мне найти их и устроить разнос?

— Нельзя.

— Разумеется, нельзя, Сиу.

— Я так и думал…

Сиу на мгновение даже подумал о том, чтобы разыскать этих людей и устроить им веселую жизнь, хотя и не знал, кто они и где живут. Но это, разумеется, было бы худшим из возможных решений.

— Если вы позволите себе подобную выходку в Геенне, где честь и доверие ценятся превыше всего, вам действительно негде будет жить.

— Ха... Ну и дела... Неужели я и в Геенне кажусь слишком резким?

— Если говорить строго, то да.

Его официальными возлюбленными были Амелия, Одиль, Одетт, Шарон, Элоа, Рю, Дороти и Линне. Если же считать графиню Эсод, с которой он делил постель ради исследовательских целей, или перечислять все мимолетные связи, то число возлюбленных становилось еще больше.

— Ха... Ну и упрямец же ты.

Альбирео пристально посмотрела на Сиу, чувствуя, как затылок сковало напряжением. Однако она понимала: даже если вытащить на свет известные ей факты и начать изводить его ими, это ничего не изменит.

— И Проект Харизма, и всё остальное — всё прахом. Титул барона тоже уплыл.

— Придется лет десять жить тише воды, ниже травы, будто тебя и вовсе нет.

Тридцать процентов ведьм Геенны принадлежат к «ортодоксальным», и их представления о целомудрии мало чем отличаются от тех, что в прошлом считались добродетелью среди аристократии. И в такой обстановке — «распутный глава академии» — это провал. Если на нем запечатлеют такое клеймо, авторитетные ведьмы естественным образом начнут избегать академии, которую он собирается основать. Более того, даже долгожданный титул барона теперь будет трудно принять без опасений.

— Почему это?

— Сиу. Как я уже говорила, титул барона в Геенне — это почетная должность.

— Попасть в скандал и попытаться без особых объяснений присвоить себе почетный титул?

— Это всё равно что совершить социальное самоубийство ради получения разбитой таблички с именем. Люди этого не допустят.

Судя по детализации статьи и приложенным фотографиям, это не было делом одного-двух дней подготовки. Это был выверенный выстрел снайпера, который долго и методично собирал информацию, чтобы нанести удар точно в цель именно в тот момент, когда это нужнее всего. Именно тогда, когда внимание Геенны приковано к Син Сиу, и именно в тот период, когда он пытается расширить свое влияние с помощью этого внимания.

— Я совершил ошибку.

Никто не хочет так просто делиться властью. Особенно учитывая, что в глазах большинства ведьм он был посторонним человеком — «Син Сиу». Интриги и политическое противостояние были вполне ожидаемы.

— Кто бы мог подумать, что они начнут действовать так стремительно...

Однако и Альбирео, и Денеб не могли предвидеть одного: скорость этих действий была слишком высокой. Даже не будь человек дураком, он мог догадаться, что кто-то намеренно раздул этот скандал, чтобы сдержать Син Сиу. Это также означало, что он фактически навлекал на себя гнев герцогини Тиферет, графинь Джемини, двух ведьм 23-го ранга и одной ведьмы 21-го ранга. Это значило, что время еще не пришло для того, чтобы так безрассудно идти на подобный риск. В ситуации, когда это можно было истолковать только как чьи-то преднамеренные враждебные действия...

— На сегодня занятия окончены.

— Мы пока продумаем меры противодействия.

— Сиу, не встречайся ни с кем и не выходи из поместья.

— Еще повезло, что всё ограничилось этим. Представьте, если бы это было секс-видео.

Как раз в тот момент, когда Альбирео и Денеб собирались разойтись, так и не найдя дельного решения. В этот миг.

—

Дверь распахнулась. В дверях стоял мужчина с ухоженной бородой и безупречно уложенными волосами. Несмотря на приталенный костюм, в его облике чувствовалось благородство, не допускавшее никакой вульгарности.

— Вы...?

— Хозяин Роуз Гласс?

— Давно не виделись. Графиня Джемини, и вы, графиня Денеб.

Поскольку он часто появлялся на различных светских раутах, вошед в высшее общество, и Альбирео, и Денеб сразу его узнали.

— Прошу прощения за столь бесцеремонный визит.

Такашо Мимая, парень из Хоккайдо, вежливо поклонился, ничуть не смутившись перед двумя тещами.

— Эй, братан. Тебе нужна помощь?

Белоснежные зубы Такашо ослепительно блеснули в своей излишней жизнерадостности.