Альбирео закончила занятие на час раньше намеченного времени. Поскольку Сиу усваивал материал быстрее, чем ожидала Альбирео, они успели пройти весь намеченный объём материала. Однако свободного времени всё равно не осталось.

При наличии свободного времени стоило бы продвинуться ещё дальше, но решение Альбирео объявить: «На сегодня всё!» было продиктовано исключительно растерянностью.

— Я совсем с ума сошла...

Существовало множество способов справиться со стрессом и тревогой, но Альбирео предпочитала цепляться за дела современного мира. Когда она смотрела на листы бумаги, исписанные цифрами, таблицами и графиками, пока голова не начинала кружиться от напряжения, это помогало ей немного унять беспокойство. Однако стоило ей взглянуть в зеркало, стоявшее на краю стола, как вся эта попытка бегства теряла смысл. В зеркале отражалось холодное лицо ведьмы.

Чёрные волосы и фиолетовые глаза. Изящная, словно у балерины, линия шеи. Хрупкие плечи без малейшего намёка на развитые мышцы. Благодаря лисьим глазам с приподнятыми уголками и подчёркивающему их макияжу Альбирео часто излучала ауру, напоминающую «злодейку-аристократку».

Она могла бы похвалить себя, сказав, что её красота поистине величественна, как и подобает главной хозяйке знаменитого дома Джемини. По крайней мере, сегодня днём. По сравнению с той никчёмной девчонкой, которая, прижавшись к Син Сиу, краснела до самых кончиков ушей.

— Фух...

— Сестра, что-то случилось?

Может, она слишком громко вздохнула? Денеб, работавшая за соседним столом, обеспокоенно спросила её. Хотя она приступила к работе позже Альбирео, стопка подписанных ею документов была вдвое больше. Денеб на мгновение поднялась, а затем присела на край стола Альбирео.

— У Сиу проблемы с успеваемостью? Может, мне начать заниматься с ним уже завтра?

Денеб и Сиу уже не раз скрещивали ноги, принимая разные позы. И это ещё не всё. Они даже спали в одной постели с близнецами. К счастью, после этого Денеб объявила о разрыве и попыталась взять свои чувства под контроль.

Ослеплённая первой любовью, Денеб быстро вернула себе облик статной и величественной графини. Альбирео же, напротив, всё ещё не понимала, как ей лучше поступить в этой связи. Альбирео вряд ли решится запрещать младшей сестре делать то, чего та хочет. Поэтому она даже ходила к Люси Эсод, чтобы обсудить вопрос наследования клейма. Хотя окончательное решение ещё не было принято.

— Нет. Не нужно. С этим я разберусь сама.

Как известно, недавно в современном мире произошли серьёзные беспорядки, и Денеб сейчас вовсю трудится над вопросами гуманитарной помощи и моральной поддержки. К тому же, хотя младшая сестра и заявила, что разорвёт связь с Сиу, действительно ли этого хочет сама Денеб? В любом случае это любовь, предначертанная судьбой. Даже просто находиться рядом с ним ей будет тяжело. Наверное, именно поэтому в последнее время Денеб так усердно занимается работой. Разве можно в такой ситуации просто переложить всё на плечи сестры? Альбирео решила, что должна уладить это дело своими силами.

— Спасибо за работу.

— Да, Сиу, ты тоже очень постарался.

Четвёртый день занятий по классическому вальсу подошел к концу. Вежливо поклонившись, Сиу попросил разрешения выйти на террасу покурить.

Если основой вальса являются шаги вперёд и назад, то его истинным украшением, вне всякого сомнения, служит вращение. Даже то, как юбка бального платья расходится от линии талии, служит одной цели — создать во время вращения образ распускающегося цветка.

Сегодня Сиу также завершил занятие без единой ошибки. Можно сказать, что он был поистине выдающимся учеником. Его физическая форма была великолепной, координация движений не подводила, а гибкость и изящество исполнения тоже были на высоте. Можно ли сказать, что у него выдающиеся способности лидера? Вальс рождается во взаимодействии лидера и партнерши.

И Сиу идеально считывал состояние Альбирео, ощущая малейшие изменения и давление при соприкосновении тел. Более того, он умело помогал ей выполнять движения. Сначала казалось, что Альбирео сама ведет его, но в какой-то момент она обнаружила, что кружится, ведомая его движениями.

— ……

Сердце сегодня тоже билось непривычно быстро. Щёки слегка покраснели. На лбу выступила лёгкая испарина.

В первый день она была просто в замешательстве, но теперь уже привыкла к этому. Конечно, с тех пор как появились Одиль и Одетт, она почти не танцевала на балах… Даже будучи духовной сущностью, она наверняка удивилась такой внезапной физической нагрузке. Бывали моменты, когда она пыталась так оправдать себя. Но теперь это уже не помогало. За последние три дня Альбирео удалось довольно объективно взглянуть на свою ситуацию со стороны.

— Фух...

Син Сиу виднелся на террасе. Закурив сигарету, он погрузился в глубокие раздумья и задумчиво смотрел на закат, медленно опускающийся за сад. Красавец, курящий с таким безразличным видом. Сам по себе он был подобен живописной картине. Скажу честно — нынешний Син Сиу был невероятно привлекателен.

Как и Денеб, Альбирео была невинной девушкой, которая ни разу в жизни не целовалась с мужчиной. Она не то чтобы гордилась этим или упорно старалась сохранить это как предмет своей гордости. Она родилась в знатной и консервативной семье графа, чьи традиции уходили корнями в глубокое прошлое, поэтому с самого рождения воспринимала это как нечто естественное; к тому же, погружённая в магию и дела современного мира, она просто перестала обращать на это внимание.

У ведьм много других дел, помимо любовных игр, да и врождённо высокая планка Альбирео не позволяла ей даже взглянуть на большинство мужчин. Поэтому Альбирео не знала, что такое любовь. Она не знала любви, не знала мужчин и, само собой, не знала того трепета, который испытывают друг к другу мужчина и женщина.

Но если это её идеал, разговор другой. У людей есть инстинкты, и ведьма — это, в конечном счёте, лишь не совсем обычный человек. Если спросить человека, который никогда в жизни не пробовал сладкого: «Какое лакомство вы любите больше всего?», он не сможет ответить. Потому что он никогда не знал вкуса сладкого. Но если дать такому человеку ананас, шоколад или торт, он выберет то, что ему больше всего понравится. И наверняка будет в полном восторге. Потому что тяга к сладкому заложена в людях на уровне инстинкта.

Среди всех продуктов, существующих в природе, «сладкий вкус» означает, что пища «безопасна», поэтому совершенно естественно, что людей тянет к сладкому. И даже у Альбирео, у которой не было никакого опыта в любовных делах, ни даже намёка на него, при виде своего «идеала» сразу возникало то самое чувство. Это тоже инстинкт.

Даже если половые инстинкты атрофировались, процесс эволюции, длившийся сотни тысяч лет и направленный на передачу превосходных генов, заставляет распознавать «сладкого мужчину» и испытывать к нему влечение. В этом смысле нынешний Син Сиу был воплощением идеала Альбирео. Его манеры были изысканными и аристократичными. В нём сочетались сдержанность и достойное спокойствие.

Он больше не казался тем остолопом, каким был; теперь он походил на принца на черном коне. Альбирео вышла из танцевального зала.

— Ну, такое бывает.

Это вполне объяснимо. Как я уже сказала, это ведь все инстинкты, верно? Подобно тому как при первом укусе кислого ананаса во рту невольно скапливается слюна, танец с мужчиной, являющимся идеалом, может вызвать определённую физиологическую реакцию.

— Если руководствоваться одними лишь инстинктами, то это уже животное, а не человек.

Верно. Человек состоит не только из инстинктов. Например, он не станет есть ананасы, которые невозможно съесть. Высокий интеллект и благородный рассудок — вот барьеры, отделяющие человека от приматов. А если это ведьма, то и подавно. Альбирео верила в свой непоколебимый рассудок.

— Хотя я так и говорю...

Но усталость от пережитого, впервые возникшая в жизни, была слишком сильной, чтобы её прогнать.

— Может, поспать подольше?

Она наполнила ванну водой, чтобы расслабить тело, а затем, накинув халат, направилась прямиком в постель. Она зажгла ароматическую свечу с магией добрых снов и мгновенно погрузилась в глубокий сон.

Эффект ароматической свечи был неоспорим. Действие происходило на пляже с бескрайним горизонтом. Этот первозданный берег, куда не ступала нога человека, славился великолепными пейзажами и сейчас пылал в лучах заходящего солнца. Свежий морской бриз и ласкающий слух плеск волн заставили Альбирео облегчённо улыбнуться.

— Может, когда разберусь с делами, съездить в отпуск?

Как бы Альбирео ни хотела отговорить близнецов от поездки в современный мир, в это путешествие она планировала взять с собой и Одиль, и Одетт. Если их последняя семейная поездка перед вступлением в права наследования пройдёт на таком чудесном пляже, это останется прекрасным воспоминанием.

— Ха-а... Вот это и есть настоящий отдых.

Пусть это всего лишь осознанное сновидение, но как же давно она не знала подобного покоя. Альбирео медленно шла вдоль берега, наслаждаясь ощущением прохладного мокрого песка под босыми ногами. В этот момент... Покой Альбирео нарушил звук приближающегося топота копыт.

— И-и-и-и!

— Цок-цок-цок-цок!

— Ох, ну вот опять...

Альбирео нахмурилась. Вдалеке к ней скакал тот самый статный черный конь, который в последнее время постоянно не выходил у неё из головы. Этот великолепный скакун, куда более мощный, чем любая породистая лошадь из дома графини Джемини, мчался к ней с таким усердием, будто преследовал её.

— ……

А, была не была! Попробую-ка я на нём прокатиться. Она передумала. Если она сможет промчаться на таком великолепном коне по этому прекрасному пляжу, это тоже станет чудесным сном. Поскольку в прошлом Альбирео была страстной любительницей верховой езды, она умела скакать на лошади даже без седла.

— Иди сюда.

Конечно, такой дикий конь не сразу позволит ей сесть на спину, но, как уже говорилось, Альбирео была не только опытной наездницей, но и обладала аурой графини. Так что ей это было по силам. Альбирео уже собиралась погладить жеребца по переносице, чтобы установить с ним контакт, но вдруг замерла.

— И-и-и-и-и!

— ……

Между мощными задними ногами, покрытыми дикими мускулами, виднелось нечто огромное. Оно было слишком велико, чтобы называть это просто членом. Он был невероятно огромным, толстым и тяжёлым — просто болтался между ног.

Это был конский член.

Ради соблюдения морали и здорового полового воспитания близнецов все лошади в доме графинь были кобылами. Поэтому тяжело свисающий конский член стал для неё настоящим визуальным шоком.

— Хык!

Альбирео подскочила на кровати, словно её ударило током. Во сне она совершила великолепное движение, подняв верхнюю часть тела одним усилием мышц пресса. Бескрайнего пляжа больше не было — перед глазами предстал знакомый потолок спальни.

— Ха-а... ха-а... ха-а... Ох, голова...

Она ведь легла спать именно для того, чтобы отдохнуть, а в итоге подскочила из-за такого нелепого и непристойного сна. Нащупав на тумбочке бутылку с водой, Альбирео жадно принялась пить, испытывая глубочайшее отвращение к произошедшему.

— Хм?

Почувствовав, что халат почему-то влажный, Альбирео просунула руку под ткань.

— Члюп.

— ……

Когда Альбирео снова сняла халат, на кончиках её пальцев была прозрачная жидкость. И её было очень много.

Было бы верхом глупости спрашивать, откуда взялась эта сладкая жидкость. Альбирео схватилась за голову, терзаемая чувством стыда из-за того, что в её возрасте происходит подобное.

— ...Неужели это... поллюция...?

К слову, для женщин вместо термина «поллюция» используется понятие «эротический сон».