1.
Если даже с натянутой причиной можно дать объяснение — это знакомый мир. Но в мире, внезапно лишённом иллюзий и света, человек чувствует себя чужестранцем.
К Эрелим пришла гостья. Она ожидала, что та непременно явится.
В минувшие долгие годы она была жнецом, что вела отчаявшихся к гибели. Множество ведьм проглотили плод, протянутый ею, и, не найдя мгновения остановиться, встретили смерть.
Существо, рождённое из собранных остатков Кетер. В отличие от Кетер, одержимой наваждением под названием порядок, это существо воспевало и славило лишь бесконечный хаос.
— Давно не виделись.
— Лилит.
В щели между колоннами из-под нависших теней показались сияющие золотистые глаза.
Она не принимала чужой облик, как обычно. Чёрные как смоль волосы, что, казалось, растворялись в темноте, и золотые очи, сияющие столь же ослепительно, как у Кетер.
Это был истинный облик Ведьмы Шёпота — Лилит Кетер.
— Что так удивляешься?
Эрелим нахмурилась неспроста: облик Лилит был далёк от нормы.
Словно старая шкура сползала, само тело Лилит медленно разрушалось. Её присутствие было настолько зыбким, что казалось, она вот-вот исчезнет.
— А, это?
Однако сама Лилит с полнейшим спокойствием оглядела своё тело и рассмеялась.
— Это естественно. Я ведь…
— Мне, честно говоря, не очень интересно.
Лилит — существо, произошедшее от Кетер. Кетер может существовать без Лилит, но обратное невозможно.
Когда Эрелим отрубила голову Кетер, существование Лилит естественным образом начало разрушаться.
— Какая же ты холодная. А я думала, ты будешь ждать меня.
— ….
Эрелим ничего не ответила. Эти слова были одновременно и правдой, и ложью.
Лилит спокойно подошла к Эрелим.
— Я примерно догадываюсь, что ты собираешься сделать. И я очень хочу тебя поддержать.
— Зачем ты пришла ко мне?
Лилит горько усмехнулась, услышав, как Эрелим сразу же оборвала её чепуху.
— Я не буду тебе помогать. Но и мешать не стану. Так что не нужно так уж отгораживаться.
— Ни одна ведьма тебе не верит.
— И всё же стоит хотя бы выслушать. Настороженность — это хорошо, но было бы жаль просто так прогнать возможность, которая сама пришла в руки, не так ли?
Лилит облизнула губы и, убрав улыбку, заговорила.
— Подарок, который я хочу тебе дать, предназначен на тот случай, если твоя цель окажется ошибочной.
2.
В последнее время Орселия радовалась каждому дню.
Преступницы-изгои вопили на все стороны света, что однажды нужно растоптать тех ужасных людей, которые совершат эти злодеяния, и что сейчас как раз настала эпоха, когда ведьмы должны захватить мировое господство…
Честно говоря, Орселии было совершенно неинтересно, насколько опасны люди.
В конце концов, разве не естественно, что, прожив слишком долго, ко многому привыкаешь и тупеешь?
Впрочем, Орселию лишь забавляло то, что видео, которое оставила Пин, сплотило разобщённый Хексеннахт под знаменем Клипота и, наоборот, раскололо Геенну.
Преступницы-изгои, которые до сих пор прятались в тени Кетер и Геенны, умудрились поглотить почти треть мира.
Разве кто-нибудь мог представить, что настанет такой день, всего лишь за тысячу лет?
— Я и не думала, что партия продлится так долго….
Однако у ведьминства, вспыхнувшего от мгновенной тревоги, и у его экспансии были свои пределы. Именно поэтому никто в Хексеннахте не считал войну с Геенной лёгкой победой.
Если вступить в полномасштабную войну, придётся заплатить множеством ран. К тому же оставался такой фактор, как хранящая сейчас молчание герцогиня Эрелим и Академия Истинных Имен.
Стоит им встать на сторону Геенны, и равновесие сил легко перевернётся.
— В таком случае всё может пойти по-другому, не так ли?
Орселия, улыбнувшись, посмотрела на величайший фактор неопределённости со стороны Геенны, который собственноручно явился во дворец, где она пребывала.
— Как бы это назвать — смелостью или высокомерием? Я и представить не могла, что ты так невозмутимо появишься в самом сердце вражеского логова. Бланш.
— ….
— Я знала, что ты немногословна…. Но с годами ты стала ещё тише.
Связь двух женщин, встретившихся вновь спустя сотни лет, как ни приукрашивай, нельзя было назвать доброй.
Ещё до возникновения Геенны они сражались друг с другом насмерть не один десяток раз. Ныне же одна из них — Великий мудрец Геенны, а другая — глава Клипота.
И всё же в глазах Орселии промелькнула теплота — ведь обе они были древними ведьмами. Встреча с той, с кем её связывала память о дорогих сердцу временах, когда всё было в новинку, пробудила в ней щемящую ностальгию.
Однако это лишь впечатление Орселии — лицо Эрелим оставалось холодным и бесстрастным.
— Так зачем вы меня искали? Перемирие? Мирный договор? Объявление войны? Предупреждение?
Орселия притворно удивилась. Ведь для всего перечисленного Эрелим незачем было приходить сюда в одиночку.
— Я вступлю в Клипот.
— Что?
Слова, которые не входили ни в один из бесчисленных вариантов, которые она могла предположить, сорвались с губ Эрелим. Орселия ошеломлённо приоткрыла рот.
Эрелим всегда с подозрением относилась к людям. А после того как в сеть утёк видеоролик из Тэджона, Геенна, к которой она принадлежала, так и не смогла по-настоящему сплотиться.
Наверняка она чувствовала одновременно и досаду, и тревогу.
Но кто она такая? Одна из трёх герцогов Геенны, та, кто дольше всех способствовала процветанию этого мира.
Она и сама прекрасно понимает, что значит встать на сторону Клипота в такое время.
— О-о. Я так и думала, что вы пришли с каким-то необычным предложением. Но вы превзошли все мои ожидания. Вы заметно поднаторели в шутках, Бланш.
Однако за плечами у неё были прожитые годы.
В тот момент, когда Орселия увидела в глазах Эрелим почти безумную одержимость и взгляд человека, нашедшего собственный ответ, она поняла: та изменилась.
Она догадалась, что это была не просто перемена, вызванная годами, а решающий сдвиг в её душе.
Орселия посерьёзнела. Эрелим не из тех, кто бросает слова на ветер по прихоти.
— Ради чего?
— Ради ведьм.
— Но ведь это приведёт к войне с Геенной?
— Я посвятила свою жизнь не Геенне, а ведьмам. Геенна лишь следует за ложным порядком, веря, что он правильный. Если то, во что верят, неверно, это нужно исправить.
Орселия склонила голову набок. Было ли это правдой или лишь прикрытием истинной цели…
Ведь даже ей было нелегко с ходу разгадать намерения Эрелим.
Но отдача от присоединения Эрелим была огромной.
Архиведьма 25-го ранга и глава Академии Истинных Имен. Разве это не означало, что величайшая переменная исчезает и встаёт на их сторону?
Более того, это становилось лозунгом: «Даже лидер Геенны согласна, что мир нужно завоевать!» — и боевой дух Хексеннахта взлетал до небес, а Геенна, столкнувшись с внезапным предательством своего лидера, пошатнулась бы ещё сильнее.
Это была поистине лёгкая победа.
— Хм, очень жаль, но, пожалуй, это невозможно.
Однако ответ был предрешён.
— Как старая знакомая Бланш, я хотела бы верить вам, но, честно говоря, даже мне кажется, что за этим скрывается какой-то умысел. То, что я занимаю видную должность в Клипоте, ещё не делает их моими подчинёнными. Остальные члены Клипота не поверят в ваши намерения. А если не поверят они, то и у меня не будет способа их переубедить.
Принимать Эрелим в такой ситуации — всё равно что прижимать к груди лишний источник опасности. Как бы красиво ни выглядел гриб, если нет гарантии, что он не ядовитый, совать его в рот — глупость, что ни говори.
— Может, лучше принести голову кого-нибудь внушительного? Например, герцогини Тиферет.
С точки зрения Орселии, это была проверка по принципу «не выйдет — и ладно, а выйдет — так и хорошо».
Если предательство Эрелим окажется правдой и она действительно принесёт голову герцогини Тиферет, игра закончится на этом; а если Эрелим, затаив сомнительный замысел, решит сыграть роль троянского коня, то она отсеется сама собой.
— Тук.
В такт этому звуку Эрелим достала что-то из подпространства.
Это был труп. Настолько ужасно изуродованный, что его было трудно даже опознать.
Орселия внимательно разглядывала это, а затем растерянно издала глупый звук.
— Э-э….
Причиной было то, что труп, распростёртый на столе, был ей знаком.
Маленькое телосложение. Золотистые волосы, напоминающие вьющиеся золотые руна.
Это была Ведьма Овна, Психе Тигардэн. Та самая старая ведьма, которую ещё совсем недавно пригласили в качестве лица радикального крыла Хексеннахта, то есть Клипота.
— Психе Тигардэн уже давно была человеком Геенны. Вот доказательства.
Эрелим с невозмутимым видом, словно торговец, показывающий сертификат качества, небрежно сложила стопку документов. Там были подробно записаны деятельность Тигардэн, известной как древняя ведьма и преступница-изгой, её приказы и утёкшая информация.
Особенно резко эта деятельность возросла после появления Хексеннахта. Орселия, поражённая до глубины души, издала горький смешок.
— Ого, одна пиявка сидела крепко. Мурашки по коже.
— Этого достаточно как доказательства, не так ли?
Если бы Эрелим не раскрыла этого, это была бы бомба в лагере союзников, которую никто не ожидал. Если бы они столкнулись с Геенной, не зная об этом факте, их в любой момент могли бы серьёзно ударить в спину.
Ведь Психея вплоть до этого момента занимала важную должность в Клипоте и имела доступ к ключевой информации.
Эрелим вскрыла это своими руками. Более того, она притащила с собой ещё и труп.
Это указывает на две вещи.
Во-первых, Эрелим — достаточно сильна, чтобы без труда одолеть Ведьму Овна, которая среди преступниц-изгоев славилась устрашающей боевой мощью. Во-вторых, она своими руками вытащила джокера, который, если бы его оставили в покое, принёс бы Геенне неоспоримую выгоду.
Иными словами, предательство Эрелим было подтверждено.