Выйдя из мастерской, я прикрыл за собой дверь и устало потёр глаза.
Какого чёрта всё так обернулось?
Тереза мне нравилась — не как женщина, а как человек. В прошлый раз мы прекрасно поговорили, и после той встречи я окончательно убедился, что она достойна уважения.
Я раскрыл природу её уникальной магии, но она не увидела во мне врага. Напротив, отнеслась с редким великодушием и предложила считать платой наши дальнейшие беседы.
Поэтому я не ожидал неприятностей. Даже присутствие Кали не казалось серьёзной помехой: поговорим втроём, выпьем чаю и спокойно разойдёмся.
Но всё пошло наперекосяк.
Кали тяжело вздохнула, и я невольно напрягся.
До визита мне нечего было скрывать. В моих отношениях с Терезой не было ни тени двусмысленности. Однако её внезапное приглашение всё испортило. Она хотела встретиться поздно ночью, без Кали, чтобы сообщить нечто личное. Любой на месте Кали подумал бы чёрт знает что.
— Всё нормально, кадет Хан Чонсон. Я тебе верю, — произнесла она таким тоном, что становилось ясно: ничего не нормально.
Я тут же покачал головой.
— Между мной и Терезой действительно ничего нет.
Это уже походило на оправдание, но промедлить я не мог. Иначе Кали решила бы, что мы устраиваем тайные свидания.
— Я знаю. Ты не стал бы лгать мне и заводить отношения за моей спиной. Скорее уж объявил бы о них в открытую.
Слова звучали доверительно, но в голосе всё равно слышалась горечь. Я неловко кивнул.
— Я встречаюсь с госпожой Терезой исключительно из благодарности. Никаких личных чувств у меня к ней нет.
— Правда?
— Правда.
Если судить беспристрастно, Терезу трудно назвать непривлекательной. В ней было что-то загадочное; длинные чёрные волосы подчёркивали красоту лица, а спокойная манера держаться располагала к себе.
Но времена, когда одной женской красоты хватало, чтобы вскружить мне голову, давно прошли.
Рядом со мной уже были Кали и другие женщины. Именно поэтому я начал куда осторожнее относиться к новым знакомствам.
Я не отвёл взгляда. Несколько секунд Кали всматривалась в моё лицо, затем наконец улыбнулась и кивнула.
— Хорошо. Тогда не буду сомневаться.
— И ночная встреча наверняка окажется пустяком.
— Даже если она скажет что-нибудь... особенное, не позволяй себе увлечься, ладно?
— Не позволю. Что бы ни сказала госпожа Тереза, вам не о чем беспокоиться.
Я ответил твёрдо, без оговорок.
Кали любила меня всё сильнее — и тем сильнее боялась. Вокруг меня и без того было слишком много женщин. Её тревожила сама возможность, что я сближусь ещё с кем-нибудь.
Теперь я понимал и другое: частые визиты Рейчел только усилили эту тревогу. Неважно, что на самом деле связывало меня с каждой из них. Со стороны всё выглядело так, будто я постоянно встречаюсь с выдающимися красавицами. Женщину, которая меня любит, такое положение не могло не тревожить.
Я снова взял Кали за руку.
— Чонсон, мы всё-таки в коридоре, — напомнила она, хотя ладонь не отняла.
— Я буду вести себя так, чтобы вы могли мне доверять.
Эти слова предназначались не только ей. Я давал обещание и самому себе.
Женщина, которая любит меня и изо всех сил старается верить, заслуживает того, чтобы мои поступки не давали повода для сомнений. Значит, мне следует внимательнее следить за собой.
* * *
К одиннадцати ночи коридоры башни магии почти опустели.
Тереза покинула мастерскую и остановилась у высокого окна. За стеклом раскинулась столица, а над ней — бездонное ночное небо. Лунный свет серебрил её чёрные волосы. Даже редкие прохожие, спешившие в свои комнаты, невольно оглядывались на неё.
Она смотрела на город и чувствовала себя до смешного неловко.
«Хотела поддразнить их — и вот к чему это привело».
Она назначила мужчине встречу глубокой ночью.
Уже одна эта мысль звучала сомнительно. В такое время Тереза обычно спала, а теперь стояла в пустом коридоре и ждала Чонсона, будто женщина, решившаяся на тайное свидание.
Между тем никакой близости между ними не было.
Всё началось с того, что он спас её от волшебницы Джейны. Позже обстоятельства связали их через уникальную магию Терезы. Но личного влечения она к нему не испытывала. Просто цепочка случайностей привела к нескольким разговорам, а те оказались полезнее, чем Тереза ожидала.
Разумеется, эти беседы по ценности не шли ни в какое сравнение с раскрытой им тайной её уникальной магии. Но обвинять Чонсона было бессмысленно. Он не строил планов и не пытался её обмануть. Его нелепый талант сам привёл к результату, которого никто не предвидел.
Тереза провела рукой по волосам и усмехнулась.
— Что сделано, то сделано.
Ничего уже не вернёшь.
За время встреч они успели стать почти друзьями. И всё же сейчас Тереза выглядела именно как женщина, ожидающая любовника. Она невольно прикусила губу.
«А ведь у нас нет ничего подобного».
Ни тайных свиданий, ни даже намёка на флирт. Если бы Чонсон хоть раз посмотрел на неё с похотью, Тереза ни за что не позвала бы его сюда.
Именно чистота их отношений позволила ей затеять эту опасную игру. Из одного любопытства она решила поиграть с огнём.
В коридоре послышались шаги.
Тереза повернула голову.
По длинному залитому луной проходу к ней приближался Чонсон. Его волосы тоже были чёрными, но другого оттенка, и мягко колыхались при каждом шаге.
— Я не опоздал?
Он остановился рядом и спокойно посмотрел ей в глаза.
— Нет, вы пришли вовремя.
— Хорошо. Вы уже ждали, и я испугался, что заставил вас задержаться.
Чонсон улыбнулся, и взгляд Терезы невольно скользнул к его губам. В лунном свете кожа казалась почти прозрачной, а говорил он легко и спокойно.
«Он и правда ничего ко мне не чувствует».
Чонсон видел в ней прежде всего человека. Не красавицу, которой можно польстить ради выгоды, и не женщину, к которой подходят с грязными намерениями. Этим он отличался от множества мужчин, встречавшихся Терезе прежде.
Возможно, поэтому она и решилась позвать его.
— Моё приглашение, наверное, вас смутило?
— Не особенно. Это наша последняя встреча перед моим отъездом. Я решил, что вы хотите договорить то, на что раньше не хватило времени.
Он встал рядом и тоже опёрся о подоконник. Тереза тихо рассмеялась.
«Он снова думает о моей магии».
Открытие и впрямь было огромным, и Чонсон всякий раз пытался понять, чем ещё способен отплатить. Видимо, нынешний разговор он тоже считал просьбой о возмещении.
Тереза окружила их прозрачной преградой из маны, чтобы никто не услышал беседу.
— Если вы беспокоитесь об уникальной магии, то напрасно. Я уже говорила: всё случилось из-за вашего совершенно ненормального дара. Предъявлять вам какие-либо претензии я не собираюсь.
— Вы уверены?
— Абсолютно.
В ярком лунном свете выражение его лица оставалось открытым и серьёзным. Ни притворства, ни пустой любезности. Он действительно считал себя её должником.
Если бы Чонсон вёл себя наглее, Тереза, пожалуй, потребовала бы денег или иной платы. Но при такой искренности давить на него не хотелось.
— Я позвала вас не из-за магии. Хотела поговорить о другом.
Тереза снова улыбнулась.
На самом деле говорить было не о чем.
Она не испытывала к нему особых чувств и спокойно приняла бы сегодняшний разговор за последнюю встречу двух случайно сблизившихся людей. Лучше всего было немного побеседовать и мирно попрощаться.
— Я внимательно вас выслушаю, — серьёзно ответил Чонсон.
Тереза уже собиралась перевести разговор на безопасную тему, когда ощутила чужое вмешательство.
Кто-то пытался проникнуть сквозь установленную ею преграду. Очень осторожно, почти незаметно.
Она прищурилась.
«Кто это может быть?»
Видимый коридор был пуст. Здесь находились только она и Чонсон. Однако кто-то невидимый явно хотел подслушать их разговор и даже вмешался в созданную Терезой ману.
Тереза сразу вспомнила женщину с пылающими красными волосами и безупречными манерами, которая ещё за столом пробудила в ней любопытство.
Продолжая беседу, она намеренно ослабила преграду.
Если Кали и правда пряталась рядом, стоило дать ей возможность услышать хотя бы часть разговора.
Любопытство снова взяло верх. В Терезе проснулось то самое озорство, из-за которого всё началось.
— Скажите, Чонсон... как я вам?