Контент удален!

❅• ──── ⊱❀⊰ ──── •❅

На рассвете, когда наступило седьмое сентября, Эйприл обернулась на Феджина, входившего в спальню.

— Отдай обратно.

Она протянула руку, требуя вернуть ключ, который оставила ему, чтобы он мог тайно входить. Феджин положил ключ на её ладонь.

Она дала ему один, а вернулось два, и Эйприл спросила:

— Почему два?

— Один — от моего дома, того, что в Империи.

— Зачем он мне?

— Пусть будет, на всякий случай.

— С какой стати мне держать ключ от твоего дома?

— Если вдруг мне захочется тебя увидеть.

— Вряд ли.

— Или если ты так разозлишься на меня, что не сможешь удержаться и не дать мне пощёчину.

— Вот это возможно.

Феджин усмехнулся на её согласие. Эйприл вернула ему его ключ, и он без споров забрал его.

Эйприл спросила:

— Завод далеко отсюда?

— Совсем нет.

Феджин достал из внутреннего кармана стеклянную баночку.

— Сначала съешь это.

— Конфета?

— С этого момента ты будешь много злиться. Съешь хотя бы сладкое, чтобы не стошнило.

— Насколько сильно ты собираешься меня разозлить?

— Подумай хорошенько. Я уже сильно тебя разозлил. Если разозлишься ещё сильнее, будет хуже только тебе.

Что он собирается сказать, чтобы так вывернуть человека наизнанку? — подумала Эйприл, принимая баночку. Феджин поманил её за собой.

Когда он дошёл до холла и направился к подвалу, Эйприл остановилась.

Феджин сказал ей, смотрящей на него так, будто готова убить:

— Я же говорил. Ты разозлишься.

— ...

— Я придумал разные способы на такой случай.

Феджин задумался, глядя ей в лицо.

Затем заложил руки за спину:

— Похоже, ничего не сработает. Просто буду стоять молча.

— ...

Феджин отвернулся, зажёг свет в подвале и подошёл к какому-то месту. Опустил свечу на пол и вставил в узкую щель инструмент, расширяя проём.

Когда щель стала достаточно широкой, чтобы пролез палец, он потянул стену — за ней оказалась дверь.

Прежде чем открыть её, он обернулся к Эйприл:

— Пистолет взяла?

— Да.

— Если захочешь меня убить, убей после того, как осмотрим завод.

— Не убью.

— Потому что нужен?

— Ты ведь сейчас помогаешь мне.

Эйприл кивнула на дверь:

— С гневом я сама справлюсь. Открывай уже.

— Ты иногда, когда сильно злишься, становишься похожа на сумасшедшую.

Феджин пробормотал, словно про себя, и открыл дверь.

С той скоростью, с какой он выхватил пистолет и нацелился куда-то сразу после открытия, Эйприл сначала восхитилась, а не испугалась. Скорость была такой, что взгляд не успевал уследить. У него была необычайная зрительная реакция.

Эйприл увидела стоящего там молодого человека в защитном костюме, на которого целился Феджин, и сказала:

— ...Разве все имперцы не отдыхают?

— На заводе не только имперцы.

Феджин невозмутимо ответил и направился к молодому человеку в защитном костюме.

— О-офицер?

— Даже в маске узнал. Видимо, я заметная личность.

Феджин убрал пистолет, зажал ему рот рукой и маленьким острым ножом порезал сотруднику руку. Затем сказал ему, осевшему от мгновенной боли:

— Леон Кис, твоя семья снимает жильё в имперской столице, восточный квартал, дом двести двадцать, третий этаж, двенадцатая комната?

У Леона Киса глаза расширились.

Феджин кивнул, смотря на рану:

— Всё хорошо. Пока ты на моей стороне, я ту комнату не навещу.

Пригрозив так, он обернулся к Эйприл:

— Нужен хотя бы один человек, знающий внутреннее устройство.

❅• ──── ⊱❀⊰ ──── •❅

Сотрудника завода звали Леон, и он не отдыхал сегодня потому, что был единственным работником родом из герцогства.

Феджин достал принесённые с собой лекарства, заранее планируя нанести рану для устрашения. Эйприл, смотревшая на него с некоторым оцепенением, оттолкнула его рукой, когда он, не касаясь раны, просто высыпал на неё лекарство.

— Отойди, я сама.

— Я учился в военной академии, у меня хорошо получается.

Сказав так, Феджин всё же уступил место, и Эйприл рукой зажала рану сотрудника, у которого мгновенно поднялась температура. Другой рукой она начала зашивать рану, и Феджин нахмурился:

— Откуда ты это умеешь?

— Я семь лет жила без врача. Чего бы я не умела?

— ...Ты что, ранилась?

Эйприл проигнорировала его вопрос, крепко зашила рану и полила её крепким алкоголем, который принёс Феджин. Леон Кис корчился от боли, но обезболивающее, которое Феджин дал ему, когда зажимал рот, подействовало, и вскоре он успокоился.

Когда Леон Кис успокоился, Эйприл, переведя дыхание, сказала:

— Это временная помощь, нужно скорее в больницу.

— Шрам на твоём бедре? Он появился за это время?

— Да.

Он уже почти зажил, но шрам был слишком длинным, чтобы Феджин, осмотревший её всю, его не заметил. Тогда он сделал вид, что не заметил, ради Эйприл, но теперь не мог.

— Откуда такой шрам?

— Копала картошку, делала это впервые.

Пока Феджин морщился и молчал, Эйприл продолжила:

— Картошку легко выращивать. Ты знал?

— С какой стати мне выращивать картошку?

— Вот. Я и подумала, что ты не знаешь. Решила поделиться новым фактом.

— Что, предлагаешь мне посадить?

— Это интереснее, чем кажется. Картошку трудно убить. Наверное, поэтому она растёт даже в этой скудной земле герцогства.

Пока Эйприл говорила, сотрудник, опираясь на пол, с трудом приподнялся. Нашёл слетевшие очки, надел их и сказал:

— Родина картофеля — горы, и это культура, которую выращивают в прохладных местах. В Империи она, наоборот, часто гниёт, поэтому выращивать её сложно. Слишком много дождей.

— Хорошо, что ты много знаешь.

Феджин упрекнул его и быстро подошёл, преграждая путь сотруднику, который полз к телефону. Схватил его за воротник и поднял:

— Что собираешься делать?

— Не знаю, что вы задумали... но мне не нужны деньги. И семья не нужна.

— Странно. Обычно такие верные типы ещё и патриотичны.

— Вы разве не видели военную мощь Империи? Герцогство не продержится и дня.

— Я имперский полицейский, так что знаю это лучше.

— Да. Но что вы сейчас делаете, офицер? Хотите, чтобы герцогство рухнуло быстрее?

— Это земли Лунос. Госпожа этой земли хочет получить завод. Как полицейский, я считаю, что она права. Если воры забрались — надо ловить.

Леон замер. Затем обернулся к Эйприл:

— Это... простите.

Эйприл кивнула, показывая, что поняла.

Феджин продолжил:

— Подумай, пока восстанавливаешься. Позову, когда понадобишься.

Феджин обернулся — Эйприл уже шла к двери.

Феджин крепко связал Леона, достал из кармана ключ и побежал за Эйприл.

За дверью была ещё одна дверь, и ещё одна.

На дверях висели таблички с названиями отделов — разведка, разработка, — и все они заперты.

Феджин, шагая на полшага впереди, показывал дорогу:

— В такие кабинеты я не заходил, но знаю, где бурили.

Эйприл молча шла за ним.

Когда Феджин открыл железную дверь и она увидела, что за ней, её тело застыло.

Это была наглая, бесстыдная кража.

Огромная буровая скважина с трубами, уходящими вглубь земли. К этому времени стало известно, что утечка газа опасна даже для работников завода. Поэтому даже когда в подвале никого не было, стрелка манометра, измерявшего концентрацию газа, медленно двигалась. На доске, закреплённой на стене, виднелись следы постоянного обновления этих цифр.

Эйприл в детстве видела, как строят торговые корабли. Самым ярким воспоминанием был их масштаб. Этот огромный масштаб восхищал ребёнка, которому и так всё в мире казалось большим.

Теперь её подавил масштаб труб, раскинувшихся под её землями.

На правом острове не существовало технологий для создания таких огромных труб. Тем более не существовало технологий для такой буровой скважины.

Эйприл сказала Феджину:

— Страшно.

Феджин встретился с ней взглядом и отвернулся к скважине.

— Что именно?

— Страшит разрыв между Империей и нами. Теперь я понимаю, чего ты боялся.

— Если страшно, может, бросим и уйдём? С этим сотрудником я разберусь.

— Нет, я не об этом.

Эйприл покачала головой:

— В конце концов, всё это — моё. У Империи нет этого сырья.

— Верно.

Феджин перевёл взгляд на её лицо.

Эйприл продолжила:

— За семь лет можно было и дать взаймы. У нас ведь нет таких технологий.

Феджин пристально смотрел на неё, произносящую «дать взаймы», и в конце концов усмехнулся.

Сейчас лицо Эйприл было таким же, как у той девчонки из дома Лунос, которую он помнил.

Той Эйприл Лунос, что была одна во всей вселенной.