Даже после того как торговое судно показалось, никто из семей моряков не мог успокоиться, пока корабль не подошёл к порту.
И даже когда порт приблизился и стало видно, что на корабле есть люди, — тоже. Глаза бегали, разыскивая своих.
Люди в порту выкрикивали имена своих родных. Шум дождя без конца перебивал голоса.
В порту впервые за долгое время стало шумно. Ирса на торговом судне искала взглядом Эйприл.
А потом, увидев её, вперившуюся в корабль, улыбнулась и сказала:
— Для начала, хозяйка.
— Да.
— Все вернулись живыми. Все до одного.
— …
— Ведь это первое?
На её вопрос Эйприл только тогда сбросила напряжение:
— Да, верно.
Она отозвалась:
— Этого довольно.
От её ответа и Ирса, и остальные моряки весело рассмеялись.
И только потом Ирса рассказала о том, что они привезли на корабле.
Торговля вышла удачной.
Оставив за спиной моряков, бегущих обнимать своих, Эйприл круто повернулась и твёрдым шагом вернулась в свой флигель.
Ей, наверное, не хочется показывать чувства, — подумали люди в порту.
* * *
Эйприл вернулась во флигель и закрыла дверь. И положила руку на святыню.
— Благодарю. За то, что услышали молитву.
Пробормотав это, она осела на месте. С той минуты, как увидела корабль в порту, сил стоять не было.
Эйприл упёрлась рукой в стену, чтобы подняться. Но встать не смогла.
В конце концов Эйприл бросила попытки подняться и пробормотала:
— Тогда следующий срок…
По первоначальному замыслу она собиралась отправить корабль снова самое позднее в начале сентября. Потому что, если задержаться дольше и придёт зима, торговое судно не пройдёт через это море.
Тогда выход отложится до следующего года. Так было нельзя.
Постройку нового корабля завершили. Подготовка к выходу тоже более-менее была, но, где взять новых моряков, было неясно.
После такого долгого дрейфа морякам, похоже, придётся долго отдыхать. Даже если, как говорили родители, они любят только уходить, на этот раз ведь дело другое.
Эйприл и вообразить не могла, что снова отправит их в море.
Как бы там ни было, и люди, и судно вернулись, а значит, перед ней открылась дверь безграничных возможностей.
Медленно взяв себя в руки, Эйприл вышла из флигеля — и, обнаружив, что на улицу уже несут бочки со спиртным, испуганно закричала:
— Как можно людям, которые столько дрейфовали, сразу начинать с выпивки!
Тогда Ирса, опустошившая кружку быстрее всех, невозмутимо отозвалась:
— Насчёт выпивки нас уже по дороге угостили: спасатели много привезли и раздали. Знают ведь, что для нас выпивка — лекарство!
— Ты правда дал им выпивку?
Когда свирепый взгляд Эйприл обратился на Шейфера, тот вздрогнул и стал оправдываться:
— Ну а как, надо ведь сперва дать самое любимое. Выпили — и никто не помер, разве этого мало?
— …
Эйприл искренне не понимала, но, глядя на измождённых моряков, которые так и застыли с пивными кружками в руках, пока она не разрешит, в конце концов вздохнула и сказала:
— Ладно, пейте. Я позову врача.
Сказав так, она щедро дала денег портовому кабаку — пусть накормят как следует.
Оставив шумных людей позади, Эйприл двинулась проверить портовый склад, куда Шейфер с товарищами сгрузили провизию.
На складе аккуратно громоздились сушёные фрукты, мука и мешки с рисом.
Когда мешки сложили и остальных выпроводили, на складе остались только Эйприл и Шейфер.
Шейфер сказал:
— Меньше, чем я думал. На торговое судно погрузили мало денег?
— Много.
— А почему тогда так мало?
— Это мало?
Эйприл переспросила с недоумением, взяла нож и подошла к ближайшему мешку с рисом. И вспорола мешок ножом.
Шейфер с недоумением смотрел на неё и спросил:
— Ты что делаешь, тебе рис нужен?
— Нет, мне нужно то, что внутри.
Она сунула руку в мешок с рисом, порылась — и оттуда показался наглухо запечатанный свёрток.
Шейфер вытаращил и без того большие глаза:
— Ч-что это. Ты что, наркотиков накупила?
Тогда Эйприл посмотрела на то, что держала в руках, и, спохватившись, сказала:
— А ведь и правда можно так понять…
Глядя на бормочущую Эйприл, Шейфер честно проворчал:
— Ты, кажется, стала ко мне благосклоннее. Ещё недавно ты бы придралась: как это, мол, ты и того не знаешь.
— Ты что же, считаешь, будто я придираюсь к чему попало?
— К чему попало и есть! Ты ко всему придиралась, как госпожа Эленоа.
— А что делать, если я это вижу.
Попеняв так, Эйприл принялась крайне осторожно распутывать слишком туго связанный свёрток и сказала:
— На наш с Педжином взгляд, избежать войны почти невозможно. Вот я и подумала: что нужнее всего на войне?
— Солдаты.
— Да, мнение военного выслушано.
Эйприл машинально попеняла ему, а потом от взгляда Шейфера, говорившего «вот видишь», крепко сомкнула губы и нехотя признала:
— Верно, впрочем. И то, что от твоих слов почему-то хочется просто придраться. И то, что солдаты нужнее всего.
— Наконец-то настал день, когда я побеждаю в споре!
Шейфер недолго порадовался и быстро продолжил:
— Но всё-таки. Что, по-твоему, нужнее всего?
— Деньги.
Эйприл ответила коротко, но твёрдым голосом. Шейфер по-прежнему не мог связать её невозмутимый ответ с тем, что она держала в руках, и сдвинул брови.
Эйприл, боясь испортить содержимое, двигала руками ещё бережнее и продолжила:
— На нашем острове людей мало. Если понадобятся наёмники, то первым делом нужны деньги, чтобы этих наёмников нанять. А ценность денег правого острова низка — до крайности низка.
К этому месту глаза Шейфера снова расширились.
К счастью, ещё до того, как Эйприл сняла последнюю обёртку, он сумел догадаться, что́ внутри.
— Это чужая валюта?
— Да.
Из развёрнутого свёртка вывалилась пачка чужеземных денег.
Эйприл ровно продолжила:
— Куплю ли я наёмников или оружие, но, прежде чем это попадёт мне в руки, в Расе об этом узнают раньше. А нам надо оттягивать войну как можно дольше, и ничего хорошего в том, чтобы попасться, нет. Одна только закупка провизии, разумеется, насторожит их, но повода тут же начать войну не даст. А вот с наёмниками, я думаю, будет иначе.
— То есть ты сделала провизию дымовой завесой и нашла самый быстрый способ добыть наёмников и оружие…
Только теперь Шейфер снова оглядел мешки с провизией, которые привезла Ирса Джойс.
И понял.
Эйприл вовсе не собиралась давать левому острову знать о размерах своей экономики. Но к войне она начала готовиться давно.
Шейфер, возвращаясь после спасения торгового судна, слышал, как моряки говорили о своём капитане.
Ирса Джойс, по их словам, без конца проверяла привезённую провизию.
Не залилась ли в трюм вода, нет ли лопнувших мешков, не завелись ли жуки.
Всё то время, пока корабль носило по открытому морю, она снова и снова проверяла мешки с провизией.
Только теперь Шейфер понял, что одна лишь капитан знала точное требование Эйприл — и вдобавок исполнила его безупречно.
Шейфер поцокал языком и сказал:
— Педжин перед отъездом всё повторял мне, что ты — возможность… А я-то думал, что этот подлец ослеп от любви и переоценивает тебя…
— Переоценивает, вообще-то.
— Нет? Если подумать снова — какой же он ушлый малый. Уж он-то рассудил как надо.
Он заглядывал в новый мир, спрятанный на этом складе. И восхищался.
Выйдя на поиски торгового судна, Шейфер подумал, что мир и вправду широк.
А сейчас ему подумалось, что, может быть, потому род Рунос и любит торговлю.
Ведь они из тех, кто наслаждается радостью разносить своё влияние в самую даль.
