Контент удален!

Элеонора, женщина прямая и несдержанная на эмоции, нахмурилась:

— Что это значит?

Джефф поднял голову и посмотрел на жену.

Элеонора, даже после семи лет его молчания, умела читать его взгляд.

— Мне тоже не следует это слышать?

— Я так думаю.

Причиной, по которой он попросил Феджина выйти, была связь этой истории с домом Диеус. А причиной, по которой он хотел, чтобы Элеонора Мэрроу, имперка, тоже вышла, была связь с Ласской империей.

Элеонора кивнула:

— Когда закончишь, позови меня, Эйприл. У меня тоже накопилось много слов.

— Хорошо, тётя.

Когда Элеонора вышла, Эйприл посмотрела на Джеффа:

— Теперь говорите. То, что хотели сказать.

— Я и сам не знаю всех подробностей. Мой брат и его жена боялись впутывать других, поэтому не рассказывали всего.

Эйприл задумалась на мгновение:

— Вы хотите сказать, что они намеренно исключили остальных Луносов?

— Да. Они оба знали, что умрут. Если они могли спасти хотя бы тебя одну...

Эйприл не нашла слов для ответа.

Джефф, понимая её, продолжил:

— Подробностей я не знаю, но Миллер Диеус, скорее всего, действовал при поддержке Империи. Иначе он не смог бы уничтожить дом Лунос...

Он медленно замолчал — его поразил взгляд Эйприл, слушавшей его.

Её глаза теплели, холодели, снова наливались жаром.

Неужели один и тот же красный цвет может вмещать столько оттенков?

Джефф заговорил снова:

— Решить устроить похороны — правильное решение. Многие из дома Лунос захотят прийти.

— Но они боятся великого герцога?

— Да.

— Тогда придётся их заставить.

— Заставить?

— Да. Сделать так, чтобы они пришли из страха передо мной.

Джефф, глядя на неё с изумлением, вдруг улыбнулся:

— Как же ты похожа на своих родителей...

— Правда?

— В тебе есть то, чему я всегда завидовал.

Говорят: если ветер силён — трава ложится, а деревья ломаются. Но тот, кто родился деревом, не может лечь, даже зная, что это безопаснее.

Его брат родился деревом. Нашёл такую же жену. И вырастил такую же дочь. Которая не гнётся под ветром — только ломается. Или, если повезёт, выстоит.

Джефф продолжил:

— Он вырос в Империи?

— Вы о Феджине? Да, так и есть.

— Присмотрись к нему. Он знает ответы.

— Ответы?

— Он из дома Диеус, который протянул руку Империи. И вырос там. Император наверняка использует его с пользой для себя. У него всегда есть цель.

Эйприл посмотрела в сторону, куда ушёл Феджин.

Она тоже знала. У Феджина есть нечто, чего она не знает. Какая-то ясная цель.

Она кивнула:

— Я узнаю.

Если следователь из штаба сделает то, о чём она попросила, Эйприл сможет получить ответы.

Закончив разговор с Джеффом, она пошла искать Феджина.

Ему, видимо, было неловко сидеть одному, поэтому он вышел в сад.

Эйприл подошла к нему:

— Зачем ты вышел? Ты же легко простужаешься.

Феджин устало усмехнулся:

— Один раз простыл, а ты теперь будешь всю жизнь меня этим попрекать?

Он докурил сигарету и затушил её в пепельнице.

— Если всё закончилось — поедем. Я провожу тебя до особняка Лунос, заодно прогуляемся.

— В такой холод? Есть куда идти?

— Тепло оденешься, выпьешь горячего.

— Тогда хорошо.

Эйприл уже собиралась пойти за вещами, но остановилась и обернулась к Феджину:

— Ты не спросишь, о чём мы говорили?

— Даже если спрошу — ты не скажешь.

— Да.

— Поэтому я и не спрашиваю.

Эйприл согласилась и вошла в дом.

Она вернулась в кабинет, попрощалась с Джеффом, и Элеонора проводила её до дверей.

— Заходи почаще, — сказала она. — Если будут вести — пришлю Каяни.

— Нет. Пока он не встанет на ноги, не надо, чтобы дом Лунос тянул его вниз. Нам лучше оставаться в плохих отношениях, тётя.

Элеонора, тронутая этими словами, ответила:

— Нет. Как ты будешь одна?

— Я надеюсь на будущее. Когда-нибудь мы все соберёмся вместе — встречать Новый год.

Элеонора поняла, что больше не может спорить, и нехотя кивнула. Она крепко обняла Эйприл и указала на Феджина, который ждал у кареты:

— Если этот парень доставит тебе хлопот — скажи мне. Мы выпьем и вместе его обругаем.

— Даже если мы просто друзья?

— Не важно.

Эйприл улыбнулась и кивнула:

— Хорошо.

Попрощавшись, она вернулась к Феджину. Он подал ей руку, помогая сесть в карету.

Они какое-то время ехали в молчании.

Феджин примерно догадывался, что Джефф сказал Эйприл.

Не зная точно, сколько она знает и что именно ей сказали, он был уверен: она получила предупреждение остерегаться его — Диеуса и имперского полицейского.

Эйприл смотрела в окно на небо — снег наконец прекратился, и оно было синим.

Между ними накопилось множество вопросов, но ни один нельзя было произнести вслух.

Феджин сидел, скрестив ноги, глядя прямо перед собой. Он даже не смотрел в окно.

Эйприл нарушила тишину первой:

— Куда ты хотел пойти гулять?

— На рынок.

— На рынок?

— Зимний. У южной реки.

— Он ещё работает?

— Да, за пределами твоих владений. И стал ещё больше.

Зимний рынок появился, когда торговые суда стали подниматься по южной реке для разгрузки.

Хорошие товары отправляли в столичные универмаги и лавки. А то, что не подходило для продажи в магазинах — мелочь, вещи без чёткой категории, — стали продавать прямо там, дёшево. Так и родился зимний рынок.

Когда-то этот рынок находился во владениях Луносов, но после падения рода перешёл на южный берег реки и стал одним из источников дохода семьи великого герцога.

Теперь рынок вырос невероятно благодаря своей популярности. То, что раньше продавали с телег, теперь разместилось в аккуратных, стандартных лавках. Рынок стал настолько известен, что его начали посещать даже имперцы.