Тем временем автомобиль, в котором ехали Педжин и Лиан, тоже миновал поместье Рунос и добрался до озера во владениях.
Место венчания устроили в стеклянной оранжерее у озера, которую Бауман чинил несколько месяцев. Благодаря этому дом, что когда-то звали лебединым, отчасти вернул свою прежнюю красоту.
Лиан вышел из автомобиля и восхитился видом стеклянной оранжереи, стоявшей перед озером:
— Вот в зодчестве герцогство с империей и не сравнить…
— Разумеется. У вас там все здания строят как финансовую биржу. Даже наше полицейское управление.
— Не хватает изящества, да?
— «Не хватает» — это мягко сказано.
— Честно говоря, всякий раз, входя в управление, мне стыдно: вдруг кто засмеёт.
Педжин, ворча, сунул озябшие в тонких перчатках руки в карманы, но Лиан заметил, что новобрачному не пристало держаться развязно, и он вынул руки.
И оба зашагали к оранжерее.
* * *
Леон Кис, работник огромного подземного завода, что примыкал к владениям Рунос, и человек герцогства, до самого кануна свадьбы жил в крайнем напряжении.
Он тревожился, что в исполнении плана со взрывом хоть что-нибудь пойдёт не так и он не удастся.
Из всех, кто служил на этом заводе, только у Леона оба родителя были родом из герцогства.
Это и было главной причиной, по которой Педжин привлёк Леона на свою сторону, но была и другая: о нём говорили, что он ни при каких обстоятельствах не отступает от намеченного плана.
Леон вплоть до самого дня свадьбы домов Рунос и Диеус снова и снова прокручивал в голове шаги, которые ему предстояло проделать. Он выучил их так, что не забыл бы порядок, как бы ни растерялся.
Он вспомнил дни, когда в поместье Рунос они шаг за шагом составляли этот план.
Педжин был уверен, что в день свадьбы империя остановит завод по добыче топлива.
Он говорил:
— В день свадьбы приедут имперские дворяне. Ядовитые вещества выпускать не станут. Особенно если венчание будет как раз в том месте, куда их выпускают.
На эти слова Леон согласился:
— Верно. До тумана герцогства им дела нет, а вот повредить здоровью имперца — дело серьёзное.
Было видно, как Эйприл, слушавшая их обоих, стиснула зубы.
Что имперцы кладут разный вес на жизни людей двух островов, для неё давно уже не было новостью. Но оттого, что это не новость, злиться она не переставала.
Однако при всей уверенности Леон, пока не спустили объявление, что завод в день свадьбы и вправду остановят, не мог скрыть тревоги: а вдруг что-нибудь помешает.
К счастью, объявление спустили, и завод остановили ещё накануне свадьбы.
Но остановили только добычу; в отличие от Дня победы, на заводе всё равно оставалось большинство работников. В особенности почти все исследователи так и сидели на заводе.
Леон обошёл завод, будто ради проверки безопасности. И встал в том месте, где должна была случиться беда.
Он поднял глаза наверх и пробормотал недоверчивым голосом:
— Ну и двое же эти, что надумали венчаться здесь… Ничего не скажешь, сильны.
Леону за всю жизнь не бывало так страшно. Ему хотелось сбежать даже сейчас. Любопытно было, чувствуют ли то же самое те двое, что сегодня венчаются.
Он сложил обе руки и с силой прижал их к сердцу:
— Отпустим. Давай отпустим.
Чем жить в воде, едва высунув одну голову, лучше уж утонуть, пока плывёшь — так думал Педжин, и Леон с ним соглашался.
Если правый остров рухнет окончательно, обходиться с ними станут ещё хуже.
Пусть земля и слабая, но жизнь тех, кому есть куда ступить, и тех, кому некуда, — совсем разная.
Леон оторвал обе руки от левого острова. И, обернувшись назад, поплыл.
Больше всего бед на заводе случалось из-за того самого выпускного отверстия, соединённого с этим озером.
Трубу закрывала пробка, чтобы вода из озера не шла обратно. Беда всегда случалась оттого, что вода из озера всё-таки шла обратно.
В огромной ёмкости, где скапливался газ, подлежащий выпуску, поднималось давление — и случалась беда.
Леон полез по лестнице и добрался до потолка, где проходила труба к озеру. Сверху, с земли, доносилась музыка, что играла на свадьбе.
Он повернул рукоять, соединённую с трубой.
* * *
Криц, некогда следователь 3-го отдела, а теперь, после того как перестала работать вместе с главным управлением имперской полиции, жила в тех местах, где делали контрабандный спирт и о которых заботилась Ирса Джойс.
Эйприл, едва узнав правду, скупила эти земли. И, наоборот, прекратила незаконный вывоз спирта. После этого Криц продолжала исследования по улучшению качества воды.
Сегодня её позвали на свадьбу, и перед местом венчания у озера она столкнулась с Логаном из главного управления имперской полиции.
— А, господин Логан.
— И госпожа Криц приехали!
Логан поздоровался с весёлым лицом.
Убедившись, что вокруг никого нет, Логан спросил как ни в чём не бывало:
— Насколько продвинулось улучшение воды?
— Вовсе не продвинулось. Похоже, ничего не выйдет, пока не остановим тот яд… что затекает даже в колодец, из которого берут воду для спирта.
Криц сказала это и посмотрела на озеро.
Это озеро было гордостью владений Рунос. Оно было огромным, а виды вокруг него — прекрасными. Зимой оно замерзало и на нём можно было кататься на коньках, — но сейчас оно ещё вовсе не замёрзло.
Расследуя дело о контрабандном спирте, следователь Криц выяснила, что с водой, которая идёт на этот спирт, что-то не так.
И выяснила даже то, что эта вода соединена вон с тем озером и что колодец не поправится, пока не остановить газ, который в конце концов выпускают наружу через это озеро.
К месту, где они беседовали, подошёл Педжин. За сегодняшний день он устал здороваться со слишком многими и всем лицом выражал недовольство.
Педжин сказал:
— Оба быстро внутрь, венчание начинается.
— Что это за лицо у новобрачного? Улыбнитесь хоть немного!
— Молчи. Я на сегодня свою мерку улыбок выбрал. Да что там — я, кажется, с неделю вперёд отсмеялся. Чёрт, чтобы я в жизни ещё раз женился.
Педжин выплёскивал раздражение.
Когда он в достаточной мере излил недовольство, Криц, некогда открывшая Эйприл, в чём причина, склонила голову и извинилась:
— Простите. Я вас предала.
— Чего извиняешься. Хорошо сделала. Всё равно всю жизнь бы не скрыть.
Педжин ответил небрежно, а потом обернулся к озеру и сказал:
— А главное — глядите туда.
На его слова оба, положим, и обернулись, но какая связь между тем, что Эйприл узнала настоящую работу Криц, и красотой озера, Логан и Криц не поняли и прищурились.
Вокруг озера были расставлены фонари в виде маленьких фонтанов. Внутри них горел свет. Озеро, которое освещали бессчётные огни, хранило тихую красоту.
Логан, склонив голову набок, заговорил первым:
— Да ведь дивно как!
— И на мой взгляд тоже.
Криц поддакнула, и Педжин, поцокав языком, сказал:
— В такой холод — а не замёрзло. Совсем. В детстве я приезжал сюда кататься на коньках даже в ноябре. А тут уже декабрь — и до сих пор.
И правда, так оно и было.
Криц пробормотала упавшим голосом:
— Из-за тепла, что идёт с завода.
— Да. К тому же здесь раньше можно было увидеть всякую птицу, какая есть. Круглый год слетались птицы всех пород. И оленей было много. А теперь погляди. Ни единой птицы.
— И правда…
Логан согласился, не договорив до конца.
Озеро, на котором не было даже тонкого ледка, блестело, как зеркало, а вокруг не слышно было ни единого птичьего голоса.
Педжин продолжил:
— И зверь ведь знает. Что это озеро отравлено.
— …
— Так что спасибо тебе, следователь Криц.
Педжин кивнул подбородком на озеро и сказал:
— Если сюда снова слетятся птицы, в этом будет и твоя заслуга.
На том разговор кончился; он проводил внутрь и всех остальных гостей, а потом и сам встал перед стеклянной оранжереей.
В стеклянной оранжерее прекрасно цвело бессчётное множество цветов — будто сюда снесли все цветы мира.
Хрустальные украшения, тянувшиеся по полкам на стенах, ослепительно сияли даже от малого огонька свечей.
И снаружи, и изнутри это было прекрасное место для венчания.
Двери оранжереи были распахнуты настежь, и гости обернулись, ожидая карету с невестой.
В назначенный час подъехала карета, украшенная алыми розами, и из неё вышла невеста.
Педжин, пропуская мимо ушей ахи гостей, внимательно смотрел на Эйприл.
На невесту, что была его лишь на один день, — она шла к нему, украсив золотые волосы мелкими цветами и волоча за собой длинное платье.
На свою любовь, которую, должно быть, долго теперь не увидит.
