Контент удален!

От его слов уголки губ Эйприл понемногу сами собой поползли вверх. А потом она снова сделала чопорное лицо и спросила:

— А если я попрошу упасть со мной в немыслимо глубокую впадину?

— Сделаю. Хотя и немного страшно.

— А если попрошу упасть с неба?

— И это сделаю, разумеется. Только не пойму, что страшнее. Впадина всё-таки лучше? Мы ведь люди правого острова, отважные в море.

От такого осмотрительного выбора Педжина Эйприл в конце концов расхохоталась.

— На самом деле мне тоже страшно.

— Но вместе ведь будет не так страшно?

— Да, наверное.

Разговаривая так, они, сами того не замечая, крепко взялись за руки.

Как Эйприл и Педжин, переплетя пальцы, весело разговаривают, Элис украдкой поглядывала из окна.

Честно говоря, приезды Эйприл были ей не так уж противны. И то, что можно увидеть, как она счастлива с мужем, было хорошо. Если бы только не приезжала часто и не досаждала.

Только вот после отъезда племянницы тоска и грусть становились ощутимее обычного, и это ей не нравилось.

— …

И она посмотрела на два портрета, что висели в доме.

На одном были её муж и дети, а на другом — родители, братья и сёстры, когда Элис была маленькой.

Элис покосилась на того из них, кто ушёл из мира раньше всех, — на старшего брата и отца Эйприл, Терри Руноса:

— Меня называл ленивой? А сам лежишь дольше всех. И свадьбы единственной дочери не увидел.

Она взяла чашку, что стояла на подоконнике, и продолжила:

— Всем помогал, всех поднимал. И умер, ни разу помощи не получив? Это всё из-за тебя, брат. Оттого я и живу вот так, отдельно, — оттого что людям не верю.

Сказав это, Элис со стуком поставила чашку.

* * *

Бауман сказал, что хочет построить висячий мост.

Ущелье было довольно длинным, и мост должен был быть под стать длинным, а раз Эйприл хотела большой мост, то, чтобы выдержать его вес, лучше всего подходил висячий — так думал Бауман.

На правом острове не было пока ни одного висячего моста.

На правом острове, где рек и без того почти не было, и самих мостов было немного, и, естественно, техника строительства мостов развилась не сильно.

Решить техническую задачу своими силами было невозможно.

Эйприл для начала велела Бауману приступить к проекту. А тем временем собиралась как-нибудь раздобыть эту технологию. Пусть и купив за большие деньги.

Но купить технологию было труднее, чем купить вещь.

Каждому кораблю, что уходил в дальние моря, велели разузнать о технологии постройки висячих мостов, но благоприятного ответа не приходило.

Тем более что правому острову нужен был даже не обычный висячий мост, а нечто, требующее ещё более высокой техники.

Надо было построить прочный мост, что одолел бы и землетрясения, и снегопады, и жестокий ветер.

Причина, по которой мост через это ущелье до сих пор не построили, была прежде всего в ветре.

И без того гибельный зимний ветер правого острова в этом ущелье становился ещё острее. Нужна была технология, способная его выдержать.

Ожидая в порту хоть какой-нибудь обнадёживающей вести, Педжин быстро понял, что Эйприл была права.

Ответа о технологии не приходило, а торговые суда всё несли роду Рунос прибыль и победу.

И правому острову при этом ничуть не нужно было ничего производить. Раз ходили разные товары, к правому острову один за другим потянулись и иностранные торговые суда.

Эйприл раньше расанских торговцев угадывала, что понадобится Расе. Это было особое чутьё людей рода Рунос.

Педжин, глядя на корабль Эйприл, что распродал в расанском порту всё подряд и возвращался в порт Рунос, восхищённо сказал жене:

— Как хорошо. Голодать нам вместе, похоже, не придётся.

— Если и голодать, то буду голодать одна. Тебя голодом не заморю.

Эйприл оставила позади растроганного этой решительностью Педжина и снова перевела взгляд на входящий корабль.

Она думала, что будет непросто, но не думала, что не найдётся и малейшей зацепки.

Ирса, что впервые за долгое время вернулась из дальних морей, тоже подошла к Эйприл, мотая головой:

— Их вообще не существует.

— О технологии?

— Ага. Говорят, технологии, чтобы выдержать такой ветер, нет. Я и денег совала — похоже, и правда нет вовсе.

На слова Ирсы Эйприл молча кивнула. И следом Ирса, почёсывая шею сзади, продолжила:

— Говорят, такая технология есть только в Расе.

На слова Ирсы первым отозвался Педжин. А потом обернулся к Эйприл.

Эйприл снова заговорила:

— И то правда, в Расе ведь много и рек, и мостов… Надо будет и в Расе найти способ получить техническую консультацию.

— Даже если они продадут технологию всему свету, тебе, наверное, не продадут?

То, чего Педжин не мог выговорить, Ирса выпалила запросто.

Пока Педжин вздыхал, Эйприл кивнула в знак согласия:

— Это-то так. И всё-таки надо попробовать.

Ответив так, Эйприл посмотрела в ту сторону, где была Раса.

Эйприл была человеком пробивным, а потому, едва узнав, что ответ на технический вопрос — в Расе, тут же послала туда людей.

Но, как и сказала Ирса, расанцы охотно скупали товары с кораблей, что присылала Эйприл, а вот с технологией было иначе.

Не было человека, который не понимал бы, что утёкшая к ней технология в долгой перспективе будет для Расы угрозой.

Эйприл искала людей, предлагая деньги, от которых трудно отказаться, но какое-то время никто не откликался.

И вот однажды ночью.

Педжин, ужинавший вместе с ней, сказал Эйприл так, будто решился:

— Я попрошу разузнать расанскую полицию.

— Одолжаться у расанской полиции нельзя.

Педжин, будто предвидя отказ Эйприл, невозмутимо продолжил:

— Одолжались-то они у меня. Я получу любые нужные мне сведения. Давай просто воспользуемся один-единственный раз.

— Придётся воспользоваться. Когда-нибудь.

Эйприл пробормотала это и покачала головой:

— Но не сейчас. Здесь ведь не человеческая жизнь на кону. Давай примем помощь тогда, когда она непременно понадобится, — если уж принимать.

На этот их разговор Бауман, что принёс свежий чай, сказал:

— Госпожа права. К тому же, пока технологии нет, я и не брошу службу при госпоже, чтобы за них взяться.

На слова Баумана Педжин подпёр подбородок и переспросил:

— А разве вы не были страшно взволнованы тем, что построите мост?

— Так-то… так, но, если теперь подумать, куда мне браться за такое большое дело. Я хватил лишку.

Когда Бауман это сказал, лицо Эйприл, наоборот, всё сильнее заливалось растерянностью.

Оттого что даже при том, как ловко этот зодчий скрывал, было видно, как велика досада, что пришла отдачей после надежды.

Эйприл сказала непривычно торопливым голосом:

— Я непременно, любым способом отыщу её — эту технологию.

— Не надрывайтесь, госпожа. И вы правы.

Бауман даже поставил чай и твёрдо продолжил:

— Оттого что моста не будет, беды не случится. Начнёшь принимать помощь расанской полиции по удобству — и, когда она понадобится по-настоящему, останется один огромный долг, который придётся отдавать.

Бауман, что так встал на сторону Эйприл, покосился на Педжина и сказал:

— Вы ведь понимаете большой замысел госпожи, Ваше Высочество?

— Понимаю, но встанете вы хоть раз в жизни и на мою сторону?

Оттого что бурчащий Педжин был по-своему мил, и Бауман, и Эйприл тихонько рассмеялись.

Тут снизу, с первого этажа, послышался топот — кто-то бежал.

— Ханна приехала?

На слова Эйприл Педжин отозвался:

— Эта малая проходит начальное обучение в полиции, как ей выйти? Отлучки не разрешают.

И, когда они так говорили, дверь распахнулась и Ирса закричала:

— Судовладелица! Я привезла его — человека, что знает, как строить висячие мосты!

На её слова первым обернулся Бауман.

Следом поднялся Педжин.

Ирса продолжила, обращаясь к Эйприл, что так и застыла с чашкой в руке:

— Он говорит, что ты его знаешь. Что он в долгу перед прежним главой рода Рунос. И потому, едва услышав, что нужна технология, собрал вещи и приплыл сюда.

— Перед отцом?

Только тогда Эйприл поднялась.

И вслед за Ирсой, что взбежала так быстро, желая доложить Эйприл хоть немного раньше, она посмотрела на мужчину, что появился чуть позже.

Эйприл узнала в нём одного из тех, кому покровительствовал её отец, и тут же рассмеялась.

Отец был прав. В том, что вкладывать надо в людей.