— На самом деле всё это время хозяин тела понемногу менялся. Пока ты ждала здесь, под землёй.
Рассказ потрясал.
Но ещё удивительнее самого существования подобного способа было то, что стоявший передо мной человек решился им воспользоваться.
«Не то чтобы я совсем не допускал наличия у него подобного запасного плана. Но...»
Я подсознательно считал, что уж этот человек ни за что к нему не прибегнет.
Ведь именно он цеплялся за вечную жизнь в теле, которому перевалило за сотню лет.
«Такой человек не мог положиться на оцифровку сознания. Ведь в конечном счёте это означает...»
— Что оригинальный человек всё равно умрёт? У тебя на лице написано, что ты хочешь сказать именно это.
— !..
От ответа, словно он прочитал мои мысли, сердце снова ухнуло вниз.
Молодой старик с неестественно добродушной улыбкой продолжил:
— Ответь мне на один вопрос. Допустим, мозг неизлечимо больного человека отсканируют, возродив его как электронную личность, а тело умрёт. Будешь ли ты считать, что появился совершенно посторонний человек, обладающий лишь похожими воспоминаниями?
«...»
— А что, если при тех же обстоятельствах ежедневно заменять электронными компонентами и сознанием лишь один процент мозга? В какой именно момент человек перестанет быть оригиналом? Обычно человека, у которого девяносто девять процентов биологического мозга и один процент электронного, считают всё той же личностью. Тогда когда произойдёт перемена? Когда электронная часть превысит половину? Или когда заменят последний процент живого мозга? Но ведь разница с предыдущим состоянием составит всего один процент.
Он пристально посмотрел мне в глаза и продолжил:
— В чём сущность, определяющая человека как человека? Неужели электронная личность лишена души, даже если во всём идентична человеку при жизни? Можно ли считать человеком андроида, чьи чувства и мыслительные способности ничем не отличаются от человеческих? Ты ведь уже прекрасно знаешь ответы на такие вопросы, не так ли?
«...»
— В вопросах без правильного ответа важнее всего лишь то, во что ты веришь. Осознав это, ты смогла исцелить даже андроида. Разве связь между сознанием и сущностью устроена иначе? Дитя моё, всё это благодаря тебе. Спасибо, что помогла мне решиться на выбор, над которым я размышлял последние десятилетия.
Меня пробрала дрожь. Хотелось возразить, что всё совсем не так. Но сейчас важнее было другое.
Дрожащим голосом я переспросил:
— Подождите. Тогда почему... Если у вас была такая технология... зачем вы принуждали меня даровать вам вечную жизнь и угрожали убить верующих? Вам ведь не нужно омоложение с помощью чуда. Разве нельзя было сразу завладеть этим телом?
Он ответил без промедления:
— Разве я не сказал, что это страховка?
С несколько горьким выражением он опустил взгляд на своё тело.
— По правде говоря, мне и самому не хотелось прибегать к этому запасному варианту. Оцифровка сознания пока остаётся экспериментальной технологией, а человеческая душа весьма хрупка... Поэтому её электронное воплощение вызывает множество побочных эффектов. Один пример тебе прекрасно известен.
Продолжая говорить, он слегка помрачнел.
— Киберпсихоз. Я говорю о том, к какому концу приводит разрыв между душой и телом.
Мужчина сжал и разжал кулак, словно что-то проверяя.
— Оцифровка сознания вызывает схожие побочные эффекты. Электронно воссозданное сознание со временем постепенно утрачивает человечность. Сейчас я управляю телом внука, но однажды моё самосознание неизбежно рассеется, превратившись в нечто вроде программы или алгоритма. В конце концов я сойду с ума, перестану различать собственные и чужие желания, чувства, саму принадлежность чего-либо... Поэтому другие старики в похожем положении не решаются на такой шаг.
Судя по его словам, оцифровка сознания тоже была лишь несовершенным способом продлить жизнь и не избавляла от смертного приговора.
Даже сбежав из гниющего тела в электронный мир, устранить разложение души до сих пор было невозможно.
Взгляд мужчины на миг стал хищным, словно он хотел меня сожрать.
— До твоего появления.
Горящие глаза придвинулись ещё ближе.
— Дитя моё, этот путь появился и стал возможен исключительно благодаря тебе.
Он протянул руку и медленно провёл по моему лицу.
— Разве ты не должна взять за это ответственность?
От прикосновения к щеке меня передёрнуло.
«...»
Его слова ошеломляли.
Пока я сидел, окаменев от потрясения, взгляд мужчины миновал меня и ненадолго устремился за стеклянную стену стерильной капсулы.
На сморщенной шее старика, превратившегося после загрузки личности в совершенно безмозглую пустую оболочку, всё ещё торчал шприц с ампулой наноботов.
Мужчина посмотрел на него с непонятным выражением и слегка покачал головой.
— В конечном счёте всему причиной твой отказ от моего предложения. Иначе эта страховка мне бы не понадобилась.
Я посмотрел на него уже почти с отвращением и ответил:
— Не смешите меня. Разве моя воля вообще когда-нибудь влияла на ваши решения?
С первой же встречи он шантажировал меня жизнями верующих.
Глубокая неприязнь невольно просочилась в голос.
Мужчина ответил странной улыбкой.
— Разумеется. Разве молитва не исполняет желание, которого искренне жаждут?
Он непринуждённо заложил руки за спину.
— Что, если ради искренности я убью миллионы, но оставшееся в твоём подсознании сопротивление не позволит даровать мне вечную жизнь? Или молитва и вовсе исказится, превратившись в проклятие? Даже для меня это была игра без гарантии успеха.
«...»
Меня удивила пронизывающая его слова холодная рассудительность.
Он смотрел на мою силу на удивление объективно, не просто как на средство обрести вечную жизнь, но и как на источник опасности.
Впрочем, для председателя мегакорпорации подобная способность к расчёту наверняка была чем-то само собой разумеющимся.
Просто до сих пор я считал его обезумевшим от старческой алчности безумцем. Да и вёл он себя именно так.
— Вы меня обманывали? Притворялись человеком, который ради вечной жизни пойдёт на всё? Но зачем?..
— Чтобы всё вышло безупречнее.
Он улыбнулся.
— Откровенно говоря, одного месяца слишком мало, чтобы пробудить настоящую искренность и отчаянное желание. Даже для меня это была сомнительная ставка. Да и настоящий способ убить верующих сопряжён с немалым риском, не так ли?
Что он опять несёт?
Я мрачно уставился на него, а он добродушно улыбнулся, словно дедушка, которого внучка торопила продолжить занимательную историю.
— Если ты выслушала объяснения Эндрю, то теперь должна понимать. Активация кода перегрузки причинила бы колоссальный ущерб и нашей Praxis Network. Если сервис компании убьёт миллионы клиентов, даже корпорацию с абсолютной монополией на рынке ждут серьёзные потрясения.
«...»
— Поэтому я и закрыл глаза на бунт милого внука, хотя знал о нём.
Словно передо мной рассыпали части головоломки.
Все подсказки были на месте, но никак не складывались в ясную картину.
Пока я хмурился, у самого уха вновь прозвучал голос со смешком:
— Взгляни на результат. Благодаря этому ты пришла сюда одна. И мне даже не пришлось применять протокол Мелтдаун.
— !..
Только тогда я понял... понял смысл всего, что он делал.
Он хотел одновременно получить средство для обретения вечной жизни и сохранить положение Praxis Network.
Поэтому, зная о бунте наследника, он не стал ему мешать, а я присоединился к заговору и спустился сюда.
На самый нижний этаж штаб-квартиры мегакорпорации. Сам вошёл в трясину, из которой меня уже никто не мог спасти.
В итоге он получил всё.
И Святую как средство обрести вечную жизнь, и непоколебимое положение мегакорпорации — он прибрал к рукам всё, не упустив ничего.
Насколько же изощрённым был его замысел?
«...»
Все плясали на ладони этого старого чудовища.
Эндрю, недовольные внутри Praxis Network, последовавшие за ним, и даже я.
Все до единого.
Я вдруг почувствовал, что лоб покрылся холодным потом.
Но не мог даже вытереть его: от напряжения всё тело одеревенело.
«Так вот каков настоящий глава мегакорпорации?..»
Невольно подавленный, я отвёл взгляд. Но леденящий душу голос всё равно проник в сознание.
— Повторю ещё раз. Месяц — слишком короткий срок. При столь слабом отчаянном желании даже смерть сотен тысяч не гарантировала бы успеха.
Он медленно двинулся с места, продолжая говорить:
— Но теперь, похоже, я смогу заняться этим без спешки.
Голос шептал, пока мужчина обходил меня кругом.
— Дитя моё, ты знала? Человеческим сердцем удивительно легко управлять. Даже не проливая кровь тех, кто стал для тебя драгоценной паствой, можно правильно чередовать боль и счастье... и заставить человека поверить, будто любые чувства исходят из глубины его души. Поэтому...
Жуткое дыхание коснулось моего уха.
— Отныне я сделаю так, чтобы рядом со мной ты искренне, отчаянно молилась о моей вечной жизни.
От этого приговора сердце провалилось в пятки.
В глазах, в которые я уже не мог заставить себя смотреть прямо, таились жадность, безумие и...
Внезапно его взгляд скользнул в сторону.
«...»
Глаза, смотревшие сверху на сидящего меня, остановились на моих обессилевших ногах.
На коже, слегка обнажившейся между сбившимися складками юбки.
Как только я это понял, по спине пробежал холодок.
— !..
В ужасе от совершенно неожиданного поведения мужчины я невольно поспешно прикрыл бёдра обеими руками.
Он тоже слегка удивился и потёр подбородок.
— Хм-м, такая реакция... из-за того, что тело помолодело?
Лёгкое замешательство в его голосе вскоре сменилось странным удовлетворением, и он пробормотал словно самому себе:
— Молодость хороша. Действительно хороша. Я уже не помню, сколько десятилетий не испытывал подобных порывов.
«...»
— Чтобы я, Эрнст Геккель, и из-за какой-то девчонки... Хо-хо. Вот ведь.
Однако мужчина больше не пытался скрыть похоть.
Липкий взгляд начал бесстыдно шарить по моему телу, словно ощупывая его.
— Да, как ни крути, мне придётся держать тебя рядом целую вечность. Возможностей много.
Этот взгляд полностью отличался от всего, что прежде выражал старик.
Как только я осознал это, ощущение опасности взлетело до предела, и в голове сами собой зазвучали ругательства.
«Он безумен... Совсем безумен! Он не в своём уме!..»
Я отчаянно искал хоть какой-нибудь выход из положения. И вдруг кое-что вспомнил.
«Постой, в импланте Эндрю всё ещё находится чип, созданный Хлоей!..»
Если активировать аварийный выключатель — предохранитель от предательства, — возможно, удастся убить этого выжившего из ума старика.
Но меня останавливало одно.
Даже если я прямо сейчас устраню самого председателя, для побега придётся прорываться через телохранителей. А Эндрю, который мог бы урегулировать ситуацию, погибнет вместе с ним.
Впрочем, и эта слабая надежда быстро угасла.
Старое чудовище в обличье Эндрю словно прочитало мои мысли, мерзко усмехнулось и произнесло:
— Не советую тратить силы впустую. Разве ты не понимаешь? Я прошёл оцифровку сознания. Пусть сейчас я пользуюсь этим телом, моё сознание уже синхронизировано с основным сервером Praxis Network. Даже если эта оболочка погибнет, мне достаточно переселиться в другую.
— !..
От этих слов меня охватил ужас.
«Если он говорит правду, убить его невозможно, пока не рухнет сама мегакорпорация...»
Иначе и быть не могло. Он мог жить вечно, бесконечно меняя тела.
Это уже даже не человек.
Император, завладевший силой бессмертия, теперь казался не человеком, а чем-то иным, преодолевшим человеческие пределы.
Я уже почти потерялся, раздавленный его грандиозным присутствием.
И тут в голове сверкнула догадка.
«Постой».
Сцены, увиденные во сне перед тем, как я пришёл сюда.
Причина, по которой я до сих пор берёг интуицию, не используя молитву.
И целая череда подсказок, которые я заметил, недавно размышляя о чудесах.
Сейчас, когда положение стало критическим, всё это вдруг пронеслось перед глазами, словно жизнь перед смертью.
И я невольно встретился с ним взглядом.
— Хм? Ты ещё что-то хочешь сказать?
Я проигнорировал вопрос и продолжил пристально смотреть.
Настоящий Эндрю был по-своему благородным и прямодушным человеком.
Но как назвать существо, которое поглотило личность несчастного потомка и теперь вращало глазами, пылающими бесконечной алчностью?..
Возможно, мне лишь казалось, но стоило прислушаться, и я будто слышал крики личности, лишённой власти над телом и заточённой в темнице собственной души.
Я осторожно заговорил:
— Господин Эндрю. Вы ещё меня слышите?
— Что? О чём ты говоришь?
В ответ прозвучало недоумение, но я ничего не объяснил.
Ведь обращался я не к нему и мог лишь говорить в одностороннем порядке.
— Господин Эндрю, вы желаете спасения? Вы ведь не хотите провести всю жизнь одержимым призраком выжившего из ума дедушки?
— Что ты вообще...
— Тогда молитесь.
Именно это я и имел в виду.
Стоило задуматься.
Когда-то, преследуя Оверфлоу, я случайно столкнулся в сети с добровольной верой разработчиков и хакеров в церковь Сияния.
[Если помолиться Богу Сияния, ошибки и баги в коде исчезнут?]
Быть может, это был намёк на то, что сила веры способна выйти за пределы реальности и распространиться даже на законы электронного мира.
А ещё я вспомнил то, что осознал лишь недавно, размышляя о сущности чудес.
«Мне казалось, что эффективность этой силы с самого начала была связана с моей ролью Святой».
Ведь все пробудившиеся во мне способности относились именно к подобным чудесам.
Исцеление неизлечимых болезней и ран, предвидение будущего и даже превращение воды в вино.
Иными словами, молитва была универсальной силой, но я предполагал, что использовать её гораздо эффективнее в соответствии с образом религиозной святой.
А сейчас передо мной сложились идеальные условия.
Мужчина, видимо, что-то почувствовал и потребовал объяснений с небывало грозным выражением:
— Немедленно объясни, что означали твои слова.
«...»
С древних времён бесплотное сознание называли призраком или духом.
А если такое сознание таило злой умысел, вредило кому-либо и причиняло страдания, его называли злым духом.
Тогда разве нематериальную человеческую личность нельзя считать чем-то подобным?
«Возможно, это несколько притянуто за уши, но...»
Я не сомневался в собственной мысли. Ведь источником молитвы была именно твёрдая вера.
Я лишь снова сосредоточился.
Да. Существо, которое отказалось принять естественный закон смерти.
Из алчности и злобы пошло против причинности, покинуло дряхлое больное тело, а теперь отняло даже плоть собственного потомка. Как ещё его можно назвать?
Призрак.
Другого имени ему не требовалось.
И на протяжении тысячелетий люди прибегали к силе религии, чтобы противостоять таким духовным сущностям.
Ведь изгнание демонов и злых духов всегда считалось одной из главных обязанностей и сильнейших сторон священнослужителей.
Председатель Геккель, видимо, тоже почувствовал неладное и запоздало вскрикнул:
— Постой...
Но я не колебался.
Ведь упокоить злого духа, который отказывается признавать установленный Богом Сияния закон жизни и смерти и мучает невинных людей... очевидный долг Святой.
Конечно, применить силу таким образом я прежде даже не представлял.
Но не сомневался в успехе.
Даже не видел причин сомневаться.
— Подожди, нет! Стой!!! Я сказал, стой!!!!
Как только кончики моих пальцев легко коснулись лба мужчины, перекошенного, точно у злобного демона, вспыхнул ослепительный свет.
Вспышка!
***
п.с. от беса
Так же, если желаете, поддержать мой недоперевод и помочь оплатить квартиру, а то выселят бедного человека на улицу и я больше не смогу делать переводы *грустни смайл* Тбанк - 2200702069232168 Сбер - 2202208154669916 ВТБ - 2200248097612195
донат https://pay.cloudtips.ru/p/ce1baad0
Ссылка на тгк, где нет ничего важного @BlinEtoBes
