Сотни резервуаров из нержавеющей стали, установленных на огромном складе.
Освятить сотни тысяч тонн вина, наполнявшего эти ёмкости, было именно таким тяжёлым трудом, каким казалось по описанию.
Тем более что никто не мог заменить меня в работе с чудесами.
Но это вовсе не означало, что мне она не нравилась.
По сравнению с трудами людей, которые в разных уголках мира охотно подвергали себя опасности ради церкви и Святой, я не смел называть подобное испытание тяжёлым.
Я всегда с радостью мог вознести молитву об их благополучии.
Не замечая течения времени, я одно за другим освящал вино.
Вспышка!
«...»
Уже не раз озарявший склад свет снова угас. Повернувшись к следующему резервуару, я вдруг кое-что понял.
Предыдущий был последним.
Я посмотрел на часы. С начала работы незаметно прошло больше половины суток.
«Вот почему я так устал»
Когда я успел настолько увлечься? Не верилось, что я сам того не замечая работал так долго.
Я невольно выдохнул, одновременно ощущая усталость и удовлетворение.
— Фу-ух.
Но теперь всё было закончено.
Оставалось лишь проверить, действительно ли чудо наполнило вино в последнем резервуаре, и после этого сегодняшняя работа завершится.
Способ проверки был очень прост.
Зажурчало вино.
За прозрачным стеклом бокала в свете складских ламп мягко сияла прекрасная рубиновая жидкость.
Я открыл клапан для отбора проб и налил немного вина. Осторожно оценив аромат, набрал в рот один глоток.
Слегка покатал вино во рту, в последний раз проверяя концентрацию растворённой в нём веры.
«Хм... Вполне достаточно»
Ту же дегустацию я повторял у каждой из предыдущих сотен ёмкостей.
Иногда во время освящения вино наполнялось неодинаковым количеством веры.
Я не был машиной, поэтому при сотнях повторений порой допускал одну-две ошибки. Дегустация была нужна именно для того, чтобы их обнаружить.
Было бы досадно с таким трудом отправить вино за океан, а потом выяснить, что оно не оказывает необходимого действия.
«К счастью, с этой партией всё в порядке»
Попробовав вино, я невольно кивнул.
Тогда ожидавшая рядом Джоанна как раз вовремя протянула мне кое-что.
— Сестрёнка, вот.
Ёмкость в форме ведёрка с установленной сверху воронкой.
Это был спитун — сосуд, куда сплёвывали напиток после дегустации.
Даже профессиональные сомелье и виноделы во время работы сплёвывали в такие ёмкости большую часть продегустированного вина.
Если всё проглатывать, быстро опьянеешь, ощущения притупятся и правильно оценить следующий образец уже не получится.
Сейчас я находился в похожем положении.
На этом складе стояли сотни резервуаров для выдержки вина.
Даже если после освящения пробовать из каждого всего по глотку, я уже давно должен был напиться до беспамятства.
Поэтому вино обязательно следовало выплёвывать.
Я сплюнул его в поднесённый спитун и сказал:
— Спасибо, что сегодня помогла, Джоанна. Тебе пришлось долго ждать. Наверняка было скучно. Я ведь говорила, что ты можешь вернуться и отдохнуть.
И в самом деле, все полдня, пока длилось освящение, девушка ни на шаг не отошла от меня и продолжала помогать.
Во время молитвы мне требовалось сосредоточиться, поэтому мы даже не могли переброситься парой лёгких фраз, чтобы развеять её скуку.
Но Джоанна ничем не показала недовольства, быстро замотала головой и ответила:
— Ничуть. Мне никогда не надоедает смотреть, как ты творишь чудеса, сестрёнка. Если бы можно было, я наблюдала бы за тобой всю жизнь.
«...»
Я вытер платком губы, скрывая смущение.
Теперь я прекрасно знал, что это не пустая любезность, а искренние слова.
Лишь из желания следовать за мной эта девушка без всякого вознаграждения поддерживала нынешнюю церковь Сияния.
Когда я видел, насколько преданно она трудилась ради меня даже там, где никто не мог этого заметить, как сегодня, сердце вновь наполнялось глубокой благодарностью.
«Или дело немного в другом?»
Я уже почти поддался чувствам, но вдруг слегка наклонил голову.
После нескольких часов ожидания глаза Джоанны сияли даже ярче прежнего.
Невольно возникала мысль, что само зрелище творимого мной чуда действительно служило для неё неплохим развлечением.
Не знаю. Порой эту девушку всё ещё было совершенно невозможно понять.
Как бы то ни было, сегодняшняя работа закончилась.
— А теперь вернёмся в церковь.
Я уже собирался идти, когда Джоанна внезапно подняла несколько неожиданную тему:
— Сестрёнка, ты не думала снова начать продавать Святую кровь?
— А? Но зачем?
Я удивлённо наклонил голову. Сейчас у церкви было более чем достаточно денег.
Нас надёжно поддерживали ставшие союзниками крупнейшие корпорации, а сделанные на основе предвидения инвестиции продолжали приносить невероятную прибыль.
Денег нам хватало, и даже освящать достаточно вина для внутренних нужд церкви было нелегко. Поэтому вновь продавать Святую кровь не имело смысла.
После моей прохладной реакции Джоанна спокойно продолжила:
— Иногда даже в церковь обращаются с вопросами о новых поставках. Но, сестрёнка, ты знаешь, по какой цене недавно продали настоящую Святую кровь?
— По какой?
— Внешние поставки полностью прекратились, поэтому теперь коллекционеры изредка продают её друг другу только на аукционах. Недавно одну бутылку купили вот за такую сумму...
Джоанна включила экран терминала и показала мне цену, за которую несколько дней назад на аукционе продали настоящую Святую кровь.
Увидев цифру, я невольно воскликнул:
— Что?!..
Цена одной-единственной бутылки вина выглядела совершенно нереальной.
Конечно, лучшие алкогольные напитки относились к предметам роскоши.
Но как бутылка, содержимое которой исчезнет, стоит лишь его проглотить, могла стать настолько дорогой? Это ведь не суперкар и не драгоценность.
Цена была настолько заманчивой, что даже мне на мгновение захотелось тайком продать одну бутылку.
— Продукция, которую мы когда-то продавали ограниченной партией, остаётся единственной Святой кровью, доступной на рынке законным путём. А из-за нынешнего положения церкви к цене прибавилась огромная наценка. Говорят, среди коллекционеров за неё теперь платят сколько попросят.
«...»
Но вскоре я покачал головой.
— Нет, продавать её всё равно нельзя. Теперь Святая кровь имеет для нас другое значение.
В действительности чудо освящения я использовал только на Святой крови и ни на чём другом.
Причина имелась. Недостаток этого чуда оказался намного очевиднее, чем можно было ожидать.
Эффективность.
Возможность пользоваться силой чуда даже в моё отсутствие на первый взгляд казалась невероятно удобной.
Но наделение предметов чудесными свойствами посредством освящения оказалось поразительно неэффективным.
Сколько ни пытайся вложить чудо в обыкновенную вещь, в большинстве случаев вера лишь бесследно уходила, словно вода в дырявую бочку.
После множества проб, ошибок и экспериментов я наконец понял, от чего зависит эффективность.
«Насколько тесно предмет связан с Богом».
Чётки или священный знак, непосредственно использовавшиеся в религиозной жизни, ещё удавалось наделить некоторой силой.
Но лучше всего подходило вино, созданное чудом.
И даже оно проявляло лишь половину силы моего исцеления, причём только во время церковного обряда, когда его использовали как вино для богослужения.
Из-за столь строгих условий и ограниченного действия сейчас Святая кровь применялась внутри церкви исключительно для лечения зависимости от имплантов.
Поэтому проводить службы с освящённой Святой кровью разрешалось только боевым священникам.
Но эта мера привела к несколько неожиданным последствиям.
Они гордились тем, что единственные во всей церкви Сияния могли проводить богослужения с настоящей Святой кровью.
В последнее время число желающих стать церковными стражами резко возросло, а боевой дух действующих бойцов заметно укрепился.
Их особое положение естественным образом вызывало восхищение остальных верующих.
Я не стремился к подобному результату, но он оказался неплохим.
Боевые священники нашей церкви вполне заслуживали такого отношения.
Избавленные чудом от зависимости бывшие наёмники при желании могли под покровительством церкви вести совершенно обычную жизнь.
Многие после лечения действительно удаляли импланты и уходили на покой.
Но те, кто добровольно становился стражем и выбирал путь дальнейшей борьбы ради церкви, заслуживали искреннего уважения.
Они рисковали собой не только ради Бога, но и ради всех людей, которых объединяла церковь.
Церковь Сияния превратилась в настолько огромное сообщество.
Многочисленные верующие естественным образом брали на себя разные обязанности и делились на отдельные группы.
В будущем у простых прихожан, священников и стражей могли появиться собственные трудности и столкновения интересов.
Но я хотел создать порядок, при котором все они всегда будут уважать друг друга.
Первым шагом становились небольшие, но заслуженные привилегии для людей, трудившихся ради общего блага церкви.
Я надеялся, что уважение побудит их и дальше помогать обычным людям, поддерживая этот круг взаимной заботы.
Услышав мои доводы, Джоанна согласно закивала.
— Да, ты права, сестрёнка. Лучше оставить Святую кровь наградой для стражей и больше не продавать её посторонним.
За разговорами мы незаметно добрались до выхода со склада.
На этом сегодняшний изнурительный труд завершился.
Испытывая лёгкую гордость за проделанную работу, я вдруг посмотрел на стоявшую рядом девушку.
Теперь мне стало немного любопытно.
Я был уверен, что Джоанна потратила драгоценный выходной и отправилась со мной, потому что что-то замышляла.
В начале работы она явно вела себя именно так, и всё это время мысль не давала мне покоя.
Но до самого завершения освящения Джоанна весь день лишь спокойно ждала.
Неужели ей действительно было настолько приятно просто смотреть, как я творю чудо?
От этой мысли мне стало немного стыдно.
Возможно, первое впечатление от нашей давней встречи слишком прочно засело у меня в памяти, и я напрасно подозревал девушку.
Я мысленно немного раскаялся.
Мы уже собирались войти в коридор, ведущий к стоянке.
И тут мой взгляд упал на предмет, который Джоанна всё ещё держала в руках.
— Ах да! Перед тем как сесть в машину, нужно это опустошить. Пойдём вместе. Где здесь туалет?
Я указал на спитун, ведёрко для дегустации вина, и девушка совершенно естественно ответила:
— Не нужно. Ты наверняка устала, сестрёнка. Я быстро всё вылью, а ты пока отдохни в машине.
Я мгновенно остановился.
А затем медленно провёл ладонью по лицу.
— Ха-а...
Ну конечно. Не зря она казалась подозрительной.
Попытка была неплохой. И сыграла она вполне убедительно.
Следовало признать, что годы, проведённые на посту главы администрации церкви Сияния, не пропали даром.
Из-за её невозмутимого поведения даже я едва не прошёл мимо.
Но не одна Джоанна научилась лучше разбираться в людях.
Чем дольше и ближе мы общались, тем лучше узнавали друг друга, и именно это стало её роковой ошибкой.
Почувствовав неладное, я медленно повернул голову.
Взглянул Джоанне прямо в глаза и понизил голос:
— Нет. Давай вместе поскорее выльем. Туалет вон там.
«...»
Плечи Джоанны едва заметно дёрнулись.
Похоже, её актёрские силы окончательно иссякли: девушка больше не могла сохранять спокойное лицо.
Она косилась на меня и делала вид, будто ничего не происходит, словно нашкодивший щенок, который прекрасно знает о своей вине, но первым делом пытается притвориться невиновным.
Я мысленно тяжело вздохнул.
«Я так и знал».
И правда... Только что было то же самое.
Не зря она заводила разговоры о совершенно посторонних вещах.
Джоанна наверняка и без того знала, что я отвечу на предложение снова продавать Святую кровь.
Мне не показалось: она действительно пыталась любым способом отвлечь моё внимание.
Я немедленно предупредил:
— Джоанна, отдай ведёрко, пока прошу по-хорошему.
Но теперь девушка, похоже, окончательно отказалась от притворства.
Она торопливо спрятала спитун за спиной и начала медленно отступать.
— Н-нет. Моя святая вода... Я с таким трудом добыла это сокровище!..
— Да это же просто вино, которое я выплюнула!.. Фу! Какая гадость! Отдай сейчас же!
Девушка внезапно проявила невероятное упрямство.
— Не хочу! Нет! Не отнимай!
Она напоминала маленького ребёнка, который в отделе игрушек огромного магазина вцепился в дорогого робота и улёгся прямо на пол.
Крепко обняв спитун, Джоанна принялась отчаянно капризничать.
При виде этого у меня заболела голова. Я прижал ладонь ко лбу и сдержал тяжёлый вздох.
— Ха-а...
Конечно, я знал о склонности Джоанны к коллекционированию.
Однажды я уже поймал её на том, что она тайком подбирала и собирала мои волосы.
Тогда я решил, что это своеобразное увлечение помогает ей справляться с напряжением от непомерной церковной работы, и закрыл глаза.
Но сейчас она немного... нет, очень сильно перешла черту.
«Но там же моя слюна! Как можно собирать подобную мерзость!..»
Происходящее настолько ошеломило меня, что я не мог даже нервно рассмеяться.
Если рассуждать объективно, подобное поведение и правда могло показаться неприятным и жутким.
Но если постараться истолковать его как можно благожелательнее...
Наверное, Джоанной двигало то же чувство, которое побуждало верующих собирать святые реликвии.
Как вино, которое я подержал во рту и выплюнул, могло стать реликвией?
Разумеется, я и сам совершенно этого не понимал. От одной мысли слегка кружилась голова.
Но если ради чести девушки попытаться найти ей хоть какое-нибудь оправдание, многие святые реликвии и сами по себе казались современному человеку немного непонятными. Даже в крупнейших мировых религиях моего прежнего мира, обладавших многовековой историей.
Всё, что было связано со святыми, считали священным, поэтому частям человеческих тел тоже нередко поклонялись как реликвиям.
Настоящий осколок человеческой кости считался вполне обыденной святыней. Ради созерцания останков приезжали многочисленные паломники. Более того, реликвии ценили настолько высоко, что, согласно религиозной истории, тела некоторых святых сразу после смерти расчленяли, варили в котлах и отделяли кости от плоти.
В детстве меня немало потрясли даже мумии высокочтимых монахов, чьи тела целиком сохраняли как статуи Будды. Я собственными глазами видел их ужасающий облик.
Даже у крупнейших религий встречались стороны, которые с точки зрения современного человека выглядели шокирующими и гротескными.
И всё же на протяжении многих веков люди признавали их возвышенное религиозное и культурное значение.
Поэтому желание собирать вещи, связанные со святым человеком, можно было считать чем-то вроде продолжения ревностной веры.
Если заставить себя взглянуть на происходящее таким образом...
«Нет, всё равно это уже слишком».
Как бы я ни старался красиво всё упаковать, упаковка просто разрывалась.
Даже если другие религии действительно занимались чем-то подобным, церкви Сияния такая традиция совершенно не требовалась.
Нет. Даже если бы требовалась, я ни за что её не разрешил бы.
— Да выброси уже!
— Я сказала, не хочу!
Джоанна продолжала упрямиться, и я решил, что больше не стану проявлять снисхождение.
Я бросился к ней и попытался силой отнять спитун. Мы сцепились, но в итоге...
— Ха... ха-а...
Первым обессилел и отступил я. Она полностью превзошла меня в силе.
Честно говоря, это стало настоящим потрясением.
Мы с Джоанной впервые открыто мерились силами, но я был уверен, что без труда одолею такую хрупкую девушку.
Осознание того, что моё слабое тело уступало даже ей, впервые в жизни нанесло мне тяжёлый душевный удар.
В конце концов мне пришлось проглотить унижение и искать другой выход.
«Кто из апостолов сегодня отвечает за тайную охрану?.. Ах да»
— Тея! Пожалуйста, заберите у неё это!
В ту же секунду из пустоты внезапно появилась тень.
Рывок!
Возникшая с лёгким свистом женщина, не дав Джоанне времени сопротивляться, ловко выхватила ведёрко из её рук и мягко приземлилась рядом со мной.
Ошеломлённая девушка некоторое время смотрела на пустые руки. Осознав, что случилось, она запоздало вскрикнула:
— А-а-а!.. Моя святая вода!..
Глядя на потерянную Джоанну, я снова медленно провёл ладонью по лицу.
«Возможно, мне давно следовало как следует её отчитать».
Пусть и с некоторым опозданием, но, похоже, такой день наконец настал.
Решившись, я осторожно заговорил:
— Тея... Простите за такую просьбу, но не могли бы вы выбросить это вместо меня?
Пусть Джоанна сейчас капризничала, она всё же являлась высшим руководителем всей церковной администрации.
Я собирался строго с ней поговорить, но из уважения к её положению не мог открыто отчитывать её на глазах у остальных.
Поэтому я попросил апостола Тею, отвечавшую сегодня за охрану, выполнить поручение и таким образом дал понять, что ей следует ненадолго уйти.
Но, услышав просьбу, она на мгновение замешкалась.
«...»
Низко надвинутый козырёк бейсболки, как всегда, скрывал выражение её лица, но видневшиеся губы странно дрожали.
При виде этого я вдруг понял, что совершил ошибку.
Возможно, я обошёлся с ней слишком бесцеремонно.
Пусть все в церкви были моими подчинёнными, апостолы бесспорно являлись главной ударной силой церкви Сияния.
И стражи, и простые верующие смотрели на них с восхищением. Многие апостолы гордились почётным положением тех, кто сопровождал Святую ближе всех остальных.
Пусть это и была просьба, но не допустил ли я ошибку, поручив столь талантливой девушке такое незначительное и к тому же крайне неприятное дело?
Подумав об этом, я поспешил взять свои слова обратно:
— Простите, Тея. Я лучше сама выброшу...
— Нет! Я схожу!
Она ответила молниеносно, прежде чем я успел закончить фразу.
А затем Тея вместе с ведёрком исчезла, словно её унёс ветер.
Она двигалась так быстро, что запоздавший порыв воздуха ударил мне в лицо.
— ?..
Я несколько мгновений растерянно моргал, глядя туда, где она только что стояла.
Но вскоре пришёл в себя и снова посмотрел на потерянно бормотавшую Джоанну.
— Нет... Нельзя... Такое сокровище!..
— Сил моих больше нет. Джоанна, быстро иди сюда. Сегодня тебя впервые за долгое время ждёт серьёзный разговор.
*** П.С. ОТ беса. там кста новые картиночки добавил!
