После того как пронеслась сильная буря, церковь вернулась к привычной жизни быстрее, чем ожидалось.
Возможно, потому, что до настоящей полномасштабной войны с мегакорпорацией дело всё-таки не дошло.
Если судить лишь по результату, я в одиночку отправился в штаб-квартиру Praxis Network и решил все проблемы. Устранение последствий оказалось на удивление простым для колоссального кризиса, когда на кону стояли сотни тысяч жизней.
Разумеется, мы извлекли из произошедшего урок и начали готовить различные меры защиты.
Разработали запасные планы на случай конфликтов с другими мегакорпорациями, а также создали собственную защитную программу и распространили её среди верующих, чтобы вновь не попасться на уловку вроде кода бэкдора.
Но оставалось ли что-нибудь ещё?
Вряд ли.
Единственным способом защититься было наращивать собственную силу церкви, а этим мы занимались и прежде.
Жизнь в церкви быстро вернулась в привычное русло.
Дни вновь заполнили инвестиции, благотворительность и всевозможные деловые проекты, укреплявшие наши ресурсы и внутреннюю основу.
Через несколько дней после уничтожения мечтавшего о вечной жизни призрака и возвращения мира...
Вж-ж-ж...
— ?..
Со мной неожиданно связался человек, от которого я совершенно не ждал вестей.
***
Правители нередко становились зеркалом своей эпохи.
В древнем родоплеменном обществе, ещё не вышедшем за пределы кланового уклада и поклонявшемся природе, эту роль играли вожди и шаманы.
В феодальном Средневековье — лорды и короли. В современном демократическом обществе — президенты и политики, олицетворявшие суверенитет граждан.
Облик верховной власти всегда отражал эпоху.
Но какая власть представляла гиперкапиталистическое общество второй половины XXI века?
Ответ очевиден: крупные корпорации.
В обществе, где деньги ценились выше человеческой жизни, не существовало силы могущественнее компаний, распоряжавшихся астрономическим капиталом.
Но само название «корпорация» не означало, что все они обладали одинаковым влиянием.
Среди них существовала абсолютная власть с совершенно особым, общепризнанным положением.
Сто крупнейших компаний города.
Омега-Детройт — свободный экономический город, задуманный и основанный Omega International Group, первой в мире транснациональной сверхкорпорацией.
Почти нулевой корпоративный налог и радикальная политика в пользу бизнеса, устранившая все ограничения, привлекли сюда ведущие гигантские компании. Но даже среди них лучшие... стояли на ступень выше остальных и служили доказательством господства тех, кто вёл за собой целую эпоху.
Люди проклинали эти имена и одновременно мечтали о них.
Методы, которыми корпорации без разбора накапливали богатство, вызывали отвращение, но достигнутая ими слава оставалась всеобщей мечтой.
Большинство жителей Омега-Детройта даже считали условием успешной жизни трудоустройство в одну из ста крупнейших компаний.
Но если само попадание под крыло большой корпорации уже означало успех...
Какой же славой наслаждались те, кто владел этими компаниями и управлял ими?
Возможно, сцена перед глазами Ронана хотя бы отчасти давала ответ.
В банкетном зале под роскошными люстрами звучала спокойная классическая музыка.
Смех нарядно одетых дам и господ непрерывно лопался, словно пузырьки шампанского.
За панорамным окном во всю стену драгоценным полотном раскинулись ночные огни Омега-Детройта — вид, доступный лишь с вершины небоскрёба.
Изысканные блюда, скульптуры и драгоценности, о которых девяносто процентов живших внизу горожан не могли даже мечтать, сияли на этом поистине роскошном приёме.
Но впечатляло не только убранство. Все собравшиеся здесь принадлежали к известнейшей городской элите.
Партнёры знаменитых юридических фирм, руководители исследовательских институтов, профессора, высокопоставленные чиновники городской администрации и политики избирательных округов каждого круга.
На светский приём тщательно отобрали лишь знаменитостей, которым нигде не приходилось склонять голову.
Один из них, мужчина средних лет в дорогом костюме, мягко улыбнулся:
— Директор Крисвелл, недавно опубликованные результаты клинических испытаний нового препарата поразительны. Технологии Syneron Medica действительно находятся на другом уровне.
Стоявший рядом пожилой джентльмен подхватил:
— Дело не только в технологиях. Исключительную прозорливость проявил директор, который одобрил этот проект и продвигал его. Это достойно глубокого уважения.
Красавица в роскошном платье кокетливо улыбнулась и вмешалась:
— Ах, директор. Я думала, вы блистаете только в управлении... Но сегодня вы и выглядите потрясающе.
Другая женщина, кружившая поблизости и выжидавшая возможность заговорить с целью, вышла вперёд и поспешила согласиться:
— Мир так несправедлив. Как вам удалось получить всё — и способности, и внешность? Это же настоящее жульничество.
Между взглядами двух потенциальных соперниц проскочило едва заметное напряжение.
Но, чтобы не уронить достоинства, обе продолжали изящно улыбаться.
Вновь раздался расчётливый светский смех, а вслед за ним продолжилась череда лести, обращённой к окружённому людьми красавцу.
Собравшихся здесь действительно можно было назвать высшим классом города.
Известные люди, которым не приходилось уступать другим ни в богатстве, ни во власти.
Но сейчас все они словно изо всех сил виляли хвостами перед хозяином.
Ронан с безупречной улыбкой ответил собравшимся вокруг:
— Вы мне льстите. Просто повезло.
Реакция последовала немедленно:
— К чему такая скромность! Этот успех целиком достигнут благодаря выдающимся способностям директора.
— Совершенно верно! Подобной проницательностью обладает далеко не каждый!
Разумеется, эти люди не были глупцами.
Напротив, каждый считался выдающейся фигурой в своей области, поэтому недостатка в проницательности и социальном уме они не испытывали.
Наверняка прекрасно понимали, как выглядит их поведение.
Череда откровенных похвал. Льстецы, чьи намерения читались насквозь.
И всё же причина была одна: любой ценой использовать единственную возможность хотя бы обменяться парой слов.
С будущим руководителем Syneron Medica, крупнейшей транснациональной фармацевтической корпорации мира.
Syneron Medica занимала шестнадцатое место среди ста крупнейших компаний и считалась корпорацией верхнего эшелона, почти достигшей уровня мегакорпорации.
А Ронан Крисвелл был практически утверждён её следующим руководителем.
Властный человек, способный назвать ничтожеством всю славу собравшихся здесь людей.
Поэтому они изо всех сил старались привлечь хотя бы крупицу его внимания, обменяться хотя бы словом. Даже самая короткая связь с ним могла изменить жизнь.
Сам Ронан как раз уже устал отвечать на бесконечные похвалы.
Поэтому незаметно сменил тему:
— Вино довольно неплохое. Кажется, оно называется Святая кровь?
Окружающие словно только и ждали этих слов и немедленно начали наперебой обсуждать вино.
— Ах! Разумеется, директор тоже оценил. Как и подобает шедевру, который так хвалил сам мастер Альберто, у него благородные вкус и аромат...
— Разве сейчас его можно достать даже с огромной наценкой? Недавно я тоже всюду искал хотя бы одну бутылку...
«...»
Пропуская болтовню мимо ушей, Ронан снова оглядел банкетный зал.
Роскошная картина.
Впрочем, иначе и быть не могло на светском мероприятии, где самые известные люди города собирались ради полезных знакомств.
Здесь присутствовали не только богатые и влиятельные персоны, но и несколько редких красавиц — звёзд искусства и индустрии развлечений.
Знаменитые певицы и инфлюенсеры, находившиеся на вершине популярности.
Даже эти высокомерные женщины, стоило взгляду Ронана коснуться их, поспешно опускали головы в притворной застенчивости или посылали ему соблазнительные взгляды.
Конечно, не все.
Некоторые демонстративно держались неприступно и капризно отворачивались, словно он их совершенно не интересовал. Обычной лестью и соблазнением победить было невозможно, поэтому они выбирали стратегию Золушки: изображали безразличие, пытаясь пробудить любопытство.
Но для Ронана и этот шаблон был привычным до скуки.
Ведь даже такие женщины не выдерживали и украдкой оборачивались, когда его взгляд наконец скользил мимо.
Обычно подобная сцена не пробудила бы в нём никаких чувств.
Но на одном человеке его взгляд почему-то задержался дольше.
Стройная сереброволосая красавица.
Кажется, знаменитая актриса, недавно получившая награду на международном кинофестивале и находившаяся на пике славы.
Даже встретившись с Ронаном глазами, женщина с надменным лицом сделала вид, что не заметила его, и капризно отвернулась. Но скрыть внутреннее удовольствие не смогла. Ронан не видел причин исправлять её заблуждение.
Ему всё равно было скучно.
Он допил вино и поднялся.
— Из-за плотного расписания мне пора откланяться. Рад был со всеми встретиться.
— Ах...
— Вы уже уходите?
Предлог был поверхностным, но никто не осмелился его удерживать.
Короткое знакомство с ним могло изменить жизнь. Но даже малейшая неприязнь с его стороны способна была лишить человека всего.
Поэтому вслед покидавшему зал без сожалений Ронану устремились лишь разочарованные взгляды.
«...»
Как он и сказал, этот приём ничего для него не значил.
Место для светских знакомств?
Связи, участники которых обмениваются помощью, возможны лишь между людьми одного уровня.
Но во всём мире, среди миллиардов людей, едва ли нашлась бы даже сотня тех, кто мог представлять такую ценность для будущего руководителя Syneron Medica. И уж точно не эти ничтожества, называвшие себя высшим классом.
Зачем же он вообще появился в столь бессмысленном месте?
Причиной было...
Цок, цок.
В этот момент в дальнем конце коридора показался человек.
Раздался лёгкий перестук каблуков. На стройных ногах появилась красавица в элегантном платье.
Та самая сереброволосая актриса, которая на приёме сделала вид, будто не заметила взгляда Ронана.
Она нетвёрдой походкой двинулась в его сторону.
Лицо раскраснелось.
Она слишком много выпила или лишь играла?
Из-под слегка распахнувшейся одежды исходил возбуждающий аромат.
Наконец женщина прошла прямо мимо Ронана.
Но, так и не дождавшись, чтобы он её остановил, сделала ещё несколько шагов и растерянно замерла.
— Эм...
За спиной прозвучал жалобный голос.
Игнорируя почти осязаемый затылком липкий взгляд, полный желания и разочарования, Ронан продолжил идти.
Ведь причина, по которой он недавно хоть немного задержал взгляд на сереброволосой женщине, не имела ничего общего с её фантазиями.
