2080-е годы.
Как всем известно, в этом мире, на полвека опередившем мой прежний, климатическая катастрофа на Земле достигла предела.
Из-за парникового эффекта среднегодовая температура ежегодно обновляла исторический максимум.
Разумеется, летняя жара тоже стала по-настоящему убийственной.
— У-у...
В этом году я вновь испытал её на себе.
Под палящим солнцем...
Всё тело давно промокло от пота.
Длинные волосы прилипли к шее, тонкая ткань облачения Святой отсырела и липла к телу то тут, то там.
Казалось, с каждой секундой мозги медленно поджариваются.
Поэтому я почти бегом спешил вперёд и наконец добрался до припаркованного авиа.
Стоило переступить порог автоматически открывшейся двери...
Как всё тело окутал прохладный воздух кондиционированного салона.
Система седана сверхдорогой серии распознала температуру пассажира и автоматически выкрутила кондиционер на полную мощность.
У-у-у-у...
Прохладный ветер обдул лицо и шею.
Я невольно протяжно выдохнул:
— Фу-у-ух...
Ноги сами подкосились, и я рухнул на сиденье прямо в мокрой от пота одежде.
Я чувствовал, как влага остаётся на дорогой кожаной обивке, но сейчас было не до этого. (П.с. от беса. Я даже знаю кто прибежит это вылизывать.) (я) (п.р. булочке с корицей оставь (поймут те, кто сидит в тгк))
Оставалось лишь блаженствовать от прохлады сиденья, быстро охлаждавшего тело.
«Вот теперь можно жить...»
Когда я обмяк и утонул в кресле, вошедшая следом Эсти захлопнула за собой дверь.
— Вы хорошо потрудились, леди Ева.
Она, как всегда, говорила спокойно.
— На этом сегодняшняя инспекционная поездка завершена. Вернуться прямо в главную церковь?
На её лице даже в такую жару не было ни капли пота.
При виде этой свежести я невольно начинал завидовать.
Разумеется, в теле Эсти находилось множество высокопроизводительных имплантов.
В их числе была и система охлаждения, предотвращавшая перегрев боевого тела.
Благодаря ей Эсти при желании могла свободно регулировать температуру собственного тела.
Подумав об этом, я невольно позвал протяжным голосом:
— Эсти-и...
«...»
Она без лишних слов протянула ко мне тыльную сторону ладони.
Словно только этого и ждал, я прижался к ней щекой.
Потёрся.
— Ха-а...
«...»
Идеально.
Не слишком холодно...
Но достаточно прохладно, чтобы остудить разгорячённое лицо.
Гладкое прохладное прикосновение приятно охлаждало пылающую кожу.
«Раз уж функция настолько полезная, ничего страшного, если она немного поделится».
Оправдываясь перед собой, я непринуждённо потёрся щекой о прохладную ладонь ещё несколько раз.
«...»
Представив, как золотые глаза с привычно бесстрастным выражением смотрят на меня сверху вниз, я всё-таки слегка смутился.
Но против такой жары не устоит никто.
«Это средство выживания. Да».
На людях я, как верховный руководитель церкви, должен был держаться с достоинством и не мог позволить себе подобные капризы.
Но сейчас мы были вдвоём.
И погода действительно стояла невыносимо жаркая.
К счастью, Эсти без жалоб позволила мне продолжать.
Добрая девушка, похоже, собиралась держать руку неподвижно, пока я не останусь доволен.
Но так не могло продолжаться вечно.
С сожалением я немного отстранился.
В тот же миг её пальцы дёрнулись. Даже слегка задрожали, словно она что-то сдерживала.
Я машинально посмотрел вниз и ахнул:
— А...
На руке Эсти осталось много моего пота. Неудивительно, ведь я так долго об неё тёрся.
«Слишком грязно?»
Я поспешно полез за пазуху в поисках платка, чтобы вытереть ей руку.
Но, достав его, замер: платок тоже насквозь промок от пота.
— Ой... Прости, Эсти. Где в этой машине салфетки?..
Пока я суетливо оглядывался...
Эсти спокойно ответила:
— Всё в порядке, леди Ева.
И естественным движением забрала влажный платок из моей руки.
Не знаю, мог ли он вообще что-то вытереть, но она несколько раз провела им по тыльной стороне ладони и убрала к себе.
— Но он мокрый...
— Постираю и верну вам. (П.с. от беса. И что ты будешь делать до этого????)
Я не стал просить отдать его сейчас.
Эсти всегда забирала платки именно так...
А через несколько дней, как и обещала, возвращала чистыми, словно новые.
Благодарный за её неизменную заботу, я кивнул.
У-у-у...
Вскоре появилось знакомое ощущение невесомости: авиа начал взлетать.
Когда жара немного отступила, я наконец пришёл в себя.
Медленно вытирая остывающий пот полотенцем, которое Эсти откуда-то достала, я вспомнил недавние события.
«Сегодня я проверял работу церковных отделений».
Никаких крупных мероприятий не проводилось.
Я должен был по очереди посетить церкви в основных районах, проверить их работу и поговорить с ключевыми сотрудниками.
Но после моего прибытия...
Кто-то из последователей случайно заметил меня, и всё пошло не по плану.
Хотя о визите нигде не объявляли...
Одного слуха о прибытии Святой хватило, чтобы к церкви стеклось множество последователей — нет, едва ли не все местные жители.
Охраны было достаточно, и работники отделения не потеряли контроль.
Но в мгновение ока все улицы вокруг церкви заполнило невероятное море людей...
«Впечатляет. Во всех смыслах».
Даже в эту убийственную жару...
Они пришли добровольно и десятки минут ждали лишь в надежде хотя бы раз увидеть моё лицо.
Такое множество людей.
— Ура-а-а!
— Святая!
Я не мог просто сделать вид, что ничего не происходит.
Перед отъездом вышел поприветствовать их, желая хоть немного ответить на чувства толпы.
Это заняло совсем немного времени, но я успел прожариться насквозь.
«С ними всё в порядке?»
Я посмотрел в окно на удалявшуюся церковь.
Толпа, заполнявшая улицы, понемногу расходилась.
Но даже сейчас людей оставалось невероятно много. Я не понимал, откуда за такой короткий срок их могло набраться столько. В такую жару я бы не захотел сделать ни шага из тени, кто бы ни приехал поблизости...
«Неужели у каждого есть имплант для регулирования температуры, как у Эсти?»
Я вновь с тревогой посмотрел вниз.
Не знаю, существовали ли у них такие импланты...
Но очень надеялся, что никто не переусердствовал в ожидании Святой, не потерял сознание и не пострадал.
«Получить тепловой удар только ради того, чтобы один раз увидеть такого дядьку, — слишком невыгодно».
Я зажал мокрые волосы полотенцем, промокнул их и, избавившись от большей части влаги, снова вздохнул.
— Фух.
В последнее время я с каждым днём всё яснее ощущал...
Как высоко поднялась церковь после происшествия с Ceres Global.
Имя Бога Сияния приводило народ в восторг.
Даже люди, стоявшие на вершине власти, не смели легкомысленно идти против нас.
Почти не осталось сил, желавших испытать новый порядок или усомниться в нём.
Теперь церковь Сияния по праву считалась равной десяти величайшим компаниям мира.
Более того, некоторые ставили её на ступень выше.
До сих пор, говоря о силах, стоявших особняком даже среди мегакорпораций, люди всегда называли два имени на вершине рейтинга.
Amatsaruma на втором месте и Omega International на первом.
Два гиганта, деливших между собой мировое господство.
Корпорации-сверхдержавы, возвышавшиеся даже над порядком десяти мегакорпораций.
Именно поэтому их объединяли в отдельную категорию C2.
Но теперь всё чаще звучали предложения включить туда церковь Сияния и говорить уже о C3.
[Церковь Сияния вместе со всеми союзниками по своим масштабам уже сравнялась с корпорациями-сверхдержавами!]
Поначалу это походило на преувеличенную шумиху любителей сенсаций.
Но с какого-то момента похожие выражения стали естественно использовать средства массовой информации и деловые круги.
Общественных возражений почти не было. Более того, появились ещё более смелые заявления.
[Omega International всё равно больше не действует, разве нет?]
[Если она больше десяти лет скрывается, будто умерла, то, если честно, что изменит её возвращение? Нужно исключить её из борьбы за гегемонию.]
[А значит...]
В мире осталось лишь две силы, действительно делившие его между собой.
Восточная Amatsaruma и церковь Сияния в Новом Свете.
Наконец началась эпоха соперничества двух гегемонов, разделённых океаном.
«...»
Для человека, которого выталкивали на эту сцену против воли, всё звучало немного нелепо.
Гегемония. Мировой порядок.
Не было ни одного слова, которое не давило бы своей тяжестью.
Маленькая ложь, с которой я начал, чтобы скрыть тайну чудес и собрать веру, необходимую для возвращения в прежний мир.
Когда она успела разрастись до таких размеров?.. Порой даже я переставал понимать, где теперь нахожусь.
«...»
Чем больше меня любили, тем больше становилась ответственность.
Было бы ложью сказать, что восторг множества людей не приносил мне радости. Но вместе с ней росло и бремя.
И всё же начало этому положил мой собственный выбор.
Чтобы все могли быть счастливы...
— Леди Ева.
— Что?
Услышав внезапный голос, я повернул голову.
Спокойные золотые глаза пристально смотрели на меня.
— Вы устали?
— А...
Я невольно усмехнулся.
— Немного...
И глубже утонул спиной в сиденье.
— К тому же сегодня жарко. Просто... ты ведь понимаешь. В последнее время слишком многое меняется слишком быстро...
Эсти сразу ответила:
— Я немедленно попрошу администрацию главной церкви скорректировать ваше расписание.
— Нет, в этом нет необходимости.
Я поспешно замахал рукой.
Положение церкви изменилось, но объём моей работы за последнее время особенно не вырос.
Изменилась её тяжесть.
Власть людей, с которыми я встречался. Последствия каждого моего решения.
Я лишь ещё не привык к ответственности, рождённой пониманием: теперь одно моё незначительное решение действительно способно изменить мир.
Но в конце концов эти перемены придётся принять.
Они просто пришли слишком быстро, и мне требовалось немного времени, чтобы привыкнуть.
Эсти уверенно заявила:
— Тем более сейчас вам необходим полноценный отдых.
— Отдых?
— Разве не каждый должен перевести дыхание, чтобы пройти ещё дальше?
Я невольно задумался.
Когда я в последний раз отдыхал по-настоящему?
В прошлом году? Или позапрошлом?
С тех пор как я посетил пригородную Тринадцатую улицу, которую теперь называли святой землёй, и после этого всерьёз начал расширять церковь, воспоминания стали совсем смутными.
Разумеется, я не трудился до такого изнеможения, чтобы навредить здоровью.
Но и свободного времени, позволявшего бездельничать хотя бы сутки, не было.
— ...Отпуск.
Стоило произнести слово, и оно показалось непривычным.
Первой возникла мысль: «Это возможно?»
На главе церкви лежала гора обязанностей.
Неужели я действительно мог взять отпуск и несколько дней ничего не делать?
Уверенности не было.
Поэтому, вернувшись в центральную церковь, я на всякий случай спросил Джоанну.
Ответ оказался удивительным.
— Конечно можно, сестрёнка.
— Правда?
Девушка легко кивнула.
— Ты думаешь, наша церковь всё ещё такая же, как прежде? Теперь всё совершенно иначе.
Церковь Сияния развилась не только количественно, но и качественно.
Множество отделений и церквей, работавшие в них талантливые администраторы и священнослужители...
Специалисты в каждой области эффективно создавали структуры, распределяли обязанности и управляли всей церковью.
Иными словами, система стала настолько прочной, что больше не зависела от отдельных людей.
Даже верховная руководительница, Святая, могла ненадолго отлучиться.
— Конечно, уйти в отпуск прямо завтра будет немного трудно. Но если слегка изменить расписание, в ближайшее время можно освободить несколько дней.
Я растерянно моргнул.
— Правда?..
Насколько я знал, расписание Святой было забито почти без просветов не только на эту и следующую неделю, но и до конца года.
Встречи с ведущими предпринимателями, политиками, высокопоставленными представителями международных организаций...
И с другими людьми, занимавшими ключевые позиции во власти по всему миру, были назначены едва ли не на каждый час каждого дня.
Некоторые ждали очереди уже несколько месяцев.
Но Джоанна ответила невозмутимо:
— Скажем, чтобы подождали ещё несколько дней.
— ...Так можно?
Девушка легко отмахнулась:
— Теперь можно. Кто посмеет отчитывать тебя — Святую нашей церкви?
«...»
Я ошеломлённо посмотрел на неё, а Джоанна тихо рассмеялась, словно моя реакция её позабавила.
— Разве не для таких случаев существует власть?
Затем выражение её лица немного посерьёзнело.
— И как бы ты ни была занята, отдыхать нужно по-настоящему.
Несмотря на шутливый тон, в её глазах отчётливо читалось беспокойство.
— В последнее время столько всего произошло. Даже если победы следуют одна за другой, никто не способен бежать без остановки.
Девушка гордо постучала себя по груди.
— Для нашей церкви твоё счастье важнее всего, сестрёнка. Я лично устрою тебе этот отпуск.
«...»
Я немного растрогался.
Та девочка выросла настолько, что теперь могла сказать мне подобное.
На душе стало тепло.
К тому же, если подумать, Джоанна была занята не меньше меня.
Нет, если считать практическую работу, она брала на себя во много раз больше.
Когда мысль дошла до этого, слова сами сорвались с языка:
— Тогда, может, и ты заодно отдохнёшь, Джоанна?
— ...Что?
— Ты же сказала, что церковь не остановится, если не будет одного-двух человек? Раз уж так вышло, давай устроим отпуск и отдохнём вместе.
Я слегка улыбнулся.
— Можем куда-нибудь съездить вместе.
Теперь уже глаза девушки округлились.
— Вместе... с сестрёнкой?
— Конечно. Ты ведь тоже всё это время ужасно много трудилась.
«...»
Смотревшие на меня глаза становились всё шире.
А в следующее мгновение...
— Я так рада!
— Ай!
Девушка внезапно бросилась ко мне и повисла на шее.
Она налетела с такой силой, что меня качнуло назад.
— П-погоди. Успокойся, Джоанна!
— Мы правда поедем отдыхать вместе? Ты обещала!
— Поняла, поняла...
Ошеломлённый, я похлопал по спине девушку, прижавшуюся ко мне.
Если бы знал, что она так обрадуется, предложил бы гораздо раньше.
Я невольно улыбнулся и некоторое время обнимал её...
А затем вдруг осознал одну важную вещь.
— ...А.
После возвращения с инспекции я ещё не успел помыться.
Под палящим солнцем весь промок от пота, а в машине лишь кое-как обсох.
Стоило вспомнить о своём состоянии, как лицо вспыхнуло.
— Д-Джоанна, отойди на минутку.
— Зачем?
— Я только сейчас вспомнила, что ещё не помылась... От меня может пахнуть!..
Это было ошибкой.
Едва я произнёс эти слова, девушка сильнее сжала руки и прижалась ещё теснее.
— Ничего страшного!
— А меня это не устраивает?!
— Так даже лучше!
— Эй, Джоанна!.. Немедленно прекрати!
— Ещё чуть-чуть, совсем капельку!
Лишь после некоторой неловкой борьбы мне наконец удалось отцепить её от себя.
— Эх.
Поправляя сбившуюся одежду, я протяжно вздохнул.
Мне казалось, в последнее время Джоанна стала намного взрослее...
Но в такие минуты я видел: Джоанна всё равно оставалась Джоанной.
— Как бы то ни было.
Словно меняя тему, я легко хлопнул в ладоши.
— Итак, с отпуском решено. Чем нам заняться?
В прежние времена в выходной я бы заперся в своей комнате.
Заказал гору вкусной еды и, возможно, остался бы доволен, несколько дней ничего не делая и валяясь на кровати.
Но тогда и сейчас — совсем разные вещи.
Разве не жаль тратить такую драгоценную возможность, не выходя из комнаты?
Даже если больше всего на свете любишь сидеть дома.
«Я предложил куда-нибудь съездить, но...»
Всё оставалось слишком неопределённым.
Как говорится, отдыхать умеет тот, кто часто отдыхает.
Я попытался придумать план, но в голову ничего не приходило.
И тут глаза Джоанны внезапно засверкали.
— Сестрёнка.
— ?..
— Сейчас ведь лето.
— Да. И что?
— А летом лучше всего...
Девушка широко улыбнулась и воскликнула:
— Купаться!
