(Опущено)... Из этого очевидно, что, пока люди живут без общей власти, держащей всех их в страхе, они находятся в том состоянии, которое называется войной, и именно в состоянии такой войны, которая есть война всех против всех — bellum omnium contra omnes...
— Томас Гоббс, Левиафан —
***
Военно-промышленный комплекс.
Система взаимных интересов, возникающая в результате тесного сращивания армии и оборонной промышленности.
Проще говоря, так называли отрасль или корпорацию, занимавшуюся продажей оружия.
Поэтому в художественных произведениях военно-промышленные корпорации в силу самой своей природы часто объявляли виновниками всевозможных заговоров.
Ведь назначение оружия — быть направленным против врага. В фантастике огромные военные корпорации намеренно разжигали конфликты ради продаж и из-за кулис мировой политики управляли влиятельными лицами.
Но в действительности современные оборонные компании на фоне подобного образа выглядели довольно скромно.
Даже совокупная рыночная стоимость крупнейших мировых производителей оружия уступала одной известной технологической корпорации.
Главная причина заключалась в ограниченном числе покупателей.
Смартфоны и автомобили продавали миллиардам частных лиц по всему миру.
А истребители и ракеты можно было предлагать исключительно вооружённым силам государств.
Абсолютный спрос в этой отрасли был намного ниже, чем на гражданском рынке.
Статистика тоже показывала, что в начале XXI века военные расходы стран мира в среднем не превышали трёх процентов ВВП.
Причём далеко не все эти деньги тратились на закупку вооружения.
Таким образом, рынок военной продукции не шёл ни в какое сравнение с гражданскими отраслями.
Поэтому, вопреки распространённым теориям заговора, вплоть до современной эпохи военно-промышленный комплекс не обладал особенно большим влиянием.
Пока в недалёком будущем мир не перестроился по законам сверхкапитализма.
После Великого разрыва государственные системы рухнули, и мир охватил чудовищный хаос.
Споры за пригодные для жизни земли в загрязнённой среде, захват ресурсов, сепаратизм, гражданские войны, идеологические и расовые конфликты...
Войны ради выживания или выгоды не прекращались ни на день, и спрос на оружие резко возрос.
Всю прибыль от этого получили именно производители вооружений.
Пока правительства слабели, а мир раздирали бесчисленные конфликты, их продажи достигли невероятных высот.
Более того, после установления корпоративного порядка и приватизации большинства общественных служб во имя капитала безопасность во всём мире стремительно ухудшилась. Гражданам требовались средства для самозащиты, и спрос на оружие взлетел даже на частном рынке.
Настоящая война всех против всех.
Победителем, рождённым в этом беспорядке, стала Leviathan Industries.
В реальности рассказы о гигантском военно-промышленном комплексе, намеренно разжигающем войны, были скорее теориями заговора.
Но разве подобное оставалось невозможным для мегакорпорации, которая десятилетиями продавала оружие на полях сражений по всему миру и обрела астрономическое богатство и власть?
Благодаря предвидению я знал, что эти слухи возникли не на пустом месте.
Левиафан — символ хаоса.
Император, взошедший на вершину мира благодаря торговле смертью.
И встретить такого человека... ещё до того, как я вошёл в зал заседаний.
Динь!
Увидев его сразу после открытия дверей лифта, я невольно задержал дыхание.
— !..
Владелец четвёртой мегакорпорации мира, Leviathan Industries. Александр Иванович Соловьёв.
Даже своим телосложением мужчина оказывал подавляющее впечатление.
Он был выше меня на добрых три или четыре головы, а открытые кисти и гладко выбритую голову покрывали татуировки и шрамы.
Завершал образ ярко вспыхивавший красным глазной протез.
Он напоминал не руководителя корпорации, а хищного зверя — старого матёрого медведя. Я невольно вздрогнул и застыл.
Почувствовав чужое присутствие, мужчина тоже повернулся ко мне.
От одного его взгляда на плечи словно легла тяжесть.
«...»
«...»
Это была моя вторая личная встреча с главой мегакорпорации.
А если вспомнить обстоятельства первой... то нынешнее напряжение становилось вполне объяснимым.
Я так и не решался выйти из лифта и нерешительно застыл на месте.
Тогда мужчина внезапно сунул руку во внутренний карман пиджака.
— !..
Я невольно дёрнулся, решив, что он собирается достать пистолет.
Теперь такая ошибка казалась довольно странной, но в тот момент исходившее от него давление было именно настолько сильным.
Впрочем, мы находились в штаб-квартире Praxis Network — на нашей территории.
Даже если бы мужчина действительно вытащил оружие, я верил, что штатная охрана остановит его быстрее звука, и потому не поддался излишнему страху. Да и ничего подобного не произошло.
Напротив, его поступок оказался совершенно неожиданным.
На суровом лице появилась на удивление неуместная улыбка, и мужчина первым вежливо поздоровался:
— Ах, так вы Святая церкви Сияния. Рад встрече. Меня зовут Александр, я представляю Leviathan Industries.
Затем он вытащил из кармана толстыми пальцами электронную визитку и протянул мне.
Я озадаченно посмотрел на неё и переспросил:
— ...Вы меня знаете?
— Ха-ха! Я слышал, что вас пригласили на нынешний саммит в качестве гостя.
Сохраняя учтивость, мужчина добавил:
— Да и кто ныне не знает об удивительном процветании вашей церкви? Я уже давно надеялся получить возможность лично поприветствовать вас и очень рад нашей встрече.
«...»
Такая предупредительность совсем не вязалась с дурной славой торговца смертью.
Может быть, управление компанией и личный характер никак не связаны? Или это лишь внешняя маска?
Я не знал. Мы были знакомы недостаточно долго, чтобы различить подобные вещи.
Но в голове на мгновение мелькнула одна мысль.
Исчезнувшая возможность будущего — апокалипсис, увиденный в первом предвидении.
В той реальности существование церкви разделило Омега-Детройт надвое, и корпорации начали гражданскую войну с верующими.
Война принесла бесчисленные жертвы и унесла даже жизнь моего крёстного.
Но ни церковь, ни крупные корпорации Альфа-круга, сражавшиеся друг с другом не на жизнь, а на смерть...
так и не поняли, кто на самом деле извлекал выгоду из этого хаоса. Не поняли, пока весь город не превратился в руины.
Никто ни разу не увидел не только лица этого мужчины, Александра, но даже его тени.
А теперь председатель мегакорпорации, которого я так боялся, лично протягивал мне визитку и хотя бы внешне демонстрировал уважение.
«...»
Погрузившись в мимолётные чувства, я молча смотрел на протянутую карточку и вновь осознал:
будущее действительно изменилось.
Наша сила выросла настолько, что даже властители мира больше не могли смотреть на нас свысока.
А значит, возможно... если постараться ещё немного...
однажды удастся отомстить человеку, по вине которого погиб мой крёстный.
Раздумья длились недолго.
— Да. Я тоже рада встрече, господин Александр.
С учтивой улыбкой я осторожно принял визитку.
— Надеюсь на дальнейшее сотрудничество. Ах, если бы я знала, что так получится, то тоже приготовила бы визитки.
— Ха-ха! Сразу видно, что Святая — религиозный деятель, а не деловая женщина. Ничего страшного. Просто бережно храните хотя бы мою.
Так мы некоторое время обменивались пустыми любезностями.
Разумеется, в моей памяти всё ещё были живы ужасы городской войны. Я никогда не смог бы их забыть.
Но независимо от настоящих чувств открыто проявлять враждебность сейчас было бы глупо.
Во всяком случае, здесь.
Визитная карточка являлась символом делового мира.
А в мире бизнеса личные чувства ничем не помогали.
Здесь с улыбкой пожимали руку даже убийце собственной семьи, если это приносило выгоду.
Сегодня меня пригласили на эту сцену, и я собирался играть по её правилам.
Когда я из вежливости поддержал разговор, мужчина с ловкостью старого хитреца перешёл к предложению:
— Я немало слышал о превосходной тактической подготовке боевых священников церкви Сияния. Но говорят, большинство из них — бывшие наёмники, поэтому их вооружению недостаёт единообразия. Раз уж нас свела судьба, почему бы вам не принять следующее поколение продукции Leviathan Industries в качестве стандартного оснащения? Мы бесплатно предоставим опытные образцы для полевых испытаний.
— Правда? Это очень щедрое предложение. Когда я вернусь, то попрошу ответственных сотрудников внимательно его рассмотреть.
— Ха-ха! Обращайтесь в любое время.
Александр ненавязчиво продвигал новейшее оружие своей компании.
Я ответил подходящей случаю улыбкой.
Возможно, нынешняя учтивость объяснялась тем, что он видел в нас потенциальных покупателей.
Сейчас церковь Сияния расширяла влияние по всему миру, а значит, ей требовалось немало вооружённой силы для поддержания порядка.
Поэтому мы закупали больше военной продукции, чем многие армии.
Но... территории, занятые церковью Сияния, столь же быстро вновь становились безопасными. Мы медленно, но уверенно восстанавливали порядок.
И если установленный церковью порядок окончательно укоренится...
если все разбитые окна будут починены и наступит эпоха, когда оружие больше не понадобится...
сохранит ли этот мужчина прежнюю учтивую улыбку, пытаясь что-нибудь продать?
Неизвестно.
«Поэтому однажды...»
— Так вот вы где.
Внезапно в разговор вмешался знакомый голос.
К нам приближался новый человек. Это был Эндрю.
— Господин Соловьёв, рад видеть вас в добром здравии.
— Председатель Геккель! Ха-ха! Давно не виделись. Благодарю за приглашение.
Эндрю естественно присоединился к разговору.
Мы обменялись приветствиями и несколькими положенными любезностями, а затем Александр неожиданно посмотрел на наручные часы.
— Ах! Уже так поздно. Прошу прощения, но мне пора первым пройти в зал. Я обещал до начала переговорить с несколькими людьми. Что ж, рад был познакомиться с вами обоими. Ещё увидимся внутри.
Мужчина удалился.
Когда его спина окончательно скрылась в дальнем конце коридора, я наконец выпустил сдерживаемый вздох.
— Ха-а-а...
Эндрю слегка улыбнулся и спросил:
— Как вам встреча, леди Ева?
— Фух, а я уже полностью вымоталась.
Сам саммит ещё даже не начался.
А я первым делом встретил человека, которого меньше всего хотел видеть.
Разумеется, сегодня здесь должны были собраться главы всех десяти мегакорпораций.
Я заранее знал, что неизбежно столкнусь и с ним, но... не ожидал, что это произойдёт так внезапно.
Может быть, Эндрю тоже заметил моё затруднение и вышел, чтобы вовремя прервать разговор?
— Я некоторое время наблюдал издалека. Леди Ева справилась довольно неплохо. Хорошее начало.
— Правда? Я даже не помню, что говорила. Всё перед глазами плыло.
Я покачал головой.
— А ведь таких людей там ещё восемь... Я уже жалею, что пришла.
Изначально я хотел отыскать подсказки к голоду: лично понаблюдать за главой Ceres Global и попытаться найти новый ключ к толкованию вещего сна.
Но каждый из собравшихся здесь людей тоже являлся чрезвычайно важной фигурой. Терять бдительность нельзя было ни на мгновение.
Эндрю легко рассмеялся.
— Ха-ха! Думаю, день окажется интереснее, чем вы ожидаете. Идёмте в зал.
Мы двинулись по коридору, и Эндрю, слегка повернувшись ко мне, спросил:
— Леди Ева, вы ознакомились с основными вопросами сегодняшнего саммита?
— Да, конечно. Но меня кое-что заинтересовало. Все вопросы показались не настолько важными, как я ожидала.
Может быть, я просто ошибался?
Сегодня здесь собирались руководители всех десяти мегакорпораций.
Но на фоне громких имён участников предметы обсуждения казались на удивление незначительными.
Вернее, на словах всё выглядело впечатляюще, но сами вопросы словно были лишены реального содержания и власти.
Эндрю ответил:
— Вы не ошиблись. В наши дни C10 скорее служит площадкой для дружественной дипломатии, чем обладающим принудительной властью органом.
Сразу после Великого разрыва...
когда саммит C10 только основали, его настоящей целью была совместная борьба с мировыми кризисами.
Но хаос тех времён улёгся, а сверхкапитализм в определённой мере восстановил мировой порядок.
Сверхкорпорации, сплотившиеся перед небывалой в истории человечества катастрофой, снова начали преследовать собственную прибыль.
Когда общая угроза перестала быть главной целью, их интересы сложным образом переплелись и прийти к согласию стало почти невозможно.
Поэтому теперь от имени C10 обычно принимали решения лишь по вопросам сравнительно небольшой важности.
— И всё же... главы десяти корпораций ежегодно приезжают лично?
Я переспросил, не скрывая ещё большего недоумения.
Руководители мегакорпораций были самыми занятыми людьми мира.
Если C10, вопреки громкому названию, превратился в обычную дружескую встречу, почему же он сохранялся десятилетиями и все они каждый год неизменно приезжали?
Тем более между ведущими корпорациями наверняка существовали неприятные трения...
— Именно поэтому. Среди участников есть и недруги, так что пропустить встречу тем более невозможно.
С лёгкой улыбкой Эндрю добавил:
— Пусть сами вопросы кажутся незначительными, кто знает, о чём остальные сговорятся в ваше отсутствие? Возможно, саммит и существует до сих пор лишь потому, что все рассуждают одинаково.
— ...Вы шутите? Всего лишь поэтому... главы мегакорпораций десятилетиями собираются в одном месте?
— Ха-ха! Разве человеческие дела устроены не именно так?
В объяснение верилось с трудом. Тем более Эндрю говорил настолько легко, что его слова казались шуткой.
Но если подумать, статус некоторых объединений часто определялся не их целью, а составом участников.
Возможно, сам факт встречи могущественнейших людей мира уже имел значение.
Пусть причина и следствие поменялись местами, такое объяснение выглядело вполне убедительным.
C10 был не органом принятия решений, а дипломатической площадкой для величайших корпораций.
«Но сумею ли я правильно вести себя в таком месте?»
Голову наполняли тревоги и множество других мыслей. Незаметно мы достигли входа в зал заседаний.
Я сделал глубокий вдох и окончательно собрался с духом.
— Фух...
Затем медленно открыл дверь и вошёл внутрь.
